Сплошь мертвецы
Шрифт:
Талия, от которой требовалось отрабатывать в баре «повинность», которая заключалась в простом сидении (для создания ореола таинственности и «вампирственности») пару вечеров в неделю, не всегда обходилась без инцидентов.
Талия, постоянно угрюмая и задумчивая, резко кивнула.
— Во всяком случае, ехать я не хочу, — пробормотала она.
Ее круглые черные глаза не выражали ничего, кроме презрения к миру. Она видела слишком много в своей очень долгой жизни, и уже ничему не радовалась в течение нескольких столетий. Вот, что я прочла в ее глазах. Я пыталась по возможности избегать
— Она не рвется вперед, — вдохнул в мое ухо Пэм. — Она лишь хочет, чтобы ее оставили в покое. Она была выслана из штата Иллинойс, потому что была слишком агрессивной после Великого Откровения.
Великое Откровение — это вампирский термин для обозначения той ночи, когда вампиры вышли на телевидение во всем мире, чтобы мы узнали, что они действительно существуют, и что они хотят выйти из тени и участвовать в экономических и социальных процессах человеческого общества.
— Эрик позволяет Талии делать то, что она хочет до тех пор, пока она следует правилам и показывается в баре в свое время, — продолжила Пэм своим тихим шепотом. Эрик управлял этим маленьким миром, и никто не должен был забыть этого. — Она знает, что если она хоть на шаг отступит от этой линии, кара будет неминуемой. Но иногда она забывается, и буквально напрашивается на наказание. Она должна читать Эбби, чтобы чему-нибудь научиться.
Если в вашей жизни нет никаких радостей, вам необходимо… ох, что-то другое, например, найти новое хобби, или что-то вроде того, верно? Не так ли что обычно советуют? Я вдруг представила Талию волонтером на ночном дежурстве в хосписе, и содрогнулась. Мысль о Талии, вяжущей двумя длинными, острыми спицами, обдала меня новой волной ужаса. Нее, к черту эту психотерапию.
— Таким образом, участниками саммита будут только Андре, наша королева, Сьюки, я, Билл, и Пэм —, сказал Эрик. — Еще будут адвокат Каталиадис и его племянница. Ах, да, Джервейс из Четвертой Зоны со своей дамой, поскольку община Джервейса была столь гостеприимна в приеме королевы. Расул, как водитель. И Сигиберт, конечно. Такова наша команда. Я знаю, что некоторые из вас разочарованы, и я могу только надеяться на то, что следующий год будет для Луизианы более благоприятным. И для Арканзаса, который мы сейчас мы рассматриваем как часть нашей территории.
— Я думаю, что это всё, что нам было необходимо обсудить всем вместе в моем присутствии, — сказал Андре.
Остальные вопросы он и Эрик были вынуждены обсуждать в частном порядке. Андре больше не прикасался ко мне, и это было хорошо. Андре напугал меня до самых кончиков моих отполированных розовых ногтей. Разумеется, я должна была чувствовать себя таким же образом в отношении любого в комнате. Если бы у меня был здравый смысл, я удрала бы в Вайоминг, где была самая низкая численность вампирского населения (всего два, так говорилось в статье в «Американском вампире»). Несколько дней я боролась тогда с искушением.
Я достала из своей сумочки блокнот, когда Эрик подошел сообщить мне дату нашего вылета, дату нашего возвращения, время вылета нашего чартерного рейса авиакомпании Анубис, прибывающего из Батон-Руж, чтобы
— Сьюки, эти наряды были бы тебе не нужны, если бы не поездка. Я позвонил в магазин твоей подруги и теперь у тебя там кредит. Используй его.
Я могла почувствовать, как покраснели мои щеки. Я ощущала себя бедным родственником, пока он не добавил:
— Наш персонал также имеет учетную запись в паре магазинов здесь, в Шревпорте, но мне показалось, что это будет неудобно для тебя.
Мои плечи расслабились, и я надеялась, что он говорит правду. Ничто в его лице не заставило меня в этом усомниться.
— Мы, возможно, пострадали от урагана, но мы не должны выглядеть нищими, — сказал Эрик, стараясь не смотреть на меня слишком пристально.
« Не выглядеть нищими», отметила я для себя.
— Это ясно? Наша цель на этой конференции — поддержать королеву, пока она пытается освободиться от этих нелепых обвинений, и показать всем, что Луизиана все еще престижный штат. Ни один из вампиров Арканзаса, из тех, кто был в Луизиане со своим королем, не выжил, чтобы рассказать, как все было. — Эрик улыбнулся, и улыбка его не была веселой.
Я не знала этого до сегодняшней ночи.
Ой-вей, это было плохо.
2
— Хейли, раз ты выходишь замуж за полицейского, может быть, расскажешь… так ли велика его дубинка? — спросила Элмер Клэр Уодри.
Я сидела рядом с невестой, Хейли Робинсон, так как мне дали ответственное поручение — записывать каждый подарок и его дарителя, в то время как Хейли вскрывала бело-серебристые коробки и украшенные цветами пакеты с подарками.
Никто, казалось, абсолютно не был удивлен тем, что г-жа Уодри, сорокалетняя учительница младшей школы, задала такой непристойный вопрос этой воцерковленной леди из средних слоев общества.
— Боже мой, я не знаю, Элмер Клэр, — сказала Хейли застенчиво, и в ответ раздался хор недоверчивых смешков.
— Ну, а как насчет наручников? — спросила Элмер Клэр. — Вы когда-нибудь использовали наручники?
Звук голоса южной леди Марсии Альбанезе разнесся над гостиной — хозяйки, которая любезно согласились принести в жертву свой дом: он стал фактическим местом проведения «душа».
— Элмер Клэр, ты — это что-то, — сказала Марсия со стороны стола с закусками.
Но она улыбалась. Элмер Клэр играла сегодня роль Дерзкой Девчонки, а остальные были рады повеселиться.
Элмер Клер никогда бы не повела себя столь вульгарно, если бы на «душе» присутствовала старая Кэролайн Бельфлер. Кэролайн была неофициальным предводителем светского общества Бон Темпса. Мисс Кэролайн была, наверное, миллиона лет отроду, но она была крепче любого солдата. Только что-то очень серьезное могло удержать мисс Кэролайн дома от участия в светском мероприятии такой важности для ее семьи, и это «что-то» случилось. У Кэролайн Бельфлер случился сердечный приступ, к удивлению всех в Бон Temps. Но для ее семьи это не стало сюрпризом.