Сплоченные нитью

Стоун Дениз

Меня накрывает нерешительность. Обычные навязчивые мысли берут верх.

Сколько денег потребуется на такое мероприятие? У меня есть сбережения, но стоит ли тратить все? Как разобраться с налогами, нанять персонал? Где взять пряжу? Может, обратиться к брендам, с которыми я сотрудничала? Какие сроки?

Настоящий бизнесмен знал бы ответы. Кроме логистики — смогу ли я оправдать ожидания подписчиков вживую, без монтажа? Не будет права на ошибку, никаких волшебных фильтров. И, самое главное — достаточно ли я квалифицирована, чтобы помогать другим с ментальным здоровьем,

если сама едва справляюсь?

Тревога сжимает грудь. Ладно. Глубокий вдох. Метод успокоения с первой терапии в двенадцать лет. Сейчас не время паниковать и слушать голоса в голове.

Разве не в этом смысл моего «Года Да» — делать то, что пугает? Это определенно страшно, но скорее как аттракцион, а не бег по темному лесу с вампиром на хвосте.

— Я — Девочка-Да, — говорю пустой гостиной, потягиваясь. Занимай пространство, будь уверена, верь в себя.

Я переехала в другую страну одна — ладно, туда, где бывала много раз, в квартиру, которая раньше принадлежала маме, — но теперь я здесь одна: гуляю у Темзы, исследую шумные рынки, пересматриваю музеи детства. Самым смелым поступком был поход в клуб одной, но тревога ворвалась на вечеринку, как только я растворилась в толпе.

Но это похоже на возможность, на которую нужно сказать «да».

Я хочу объединять людей через вязание. Создать убежище для тех, кто борется с ментальным здоровьем. Делиться радостью от ношения своих творений, магией исправления ошибок и гармонией рук и мыслей.

Доходы с YouTube, продажи схем и коллабораций с брендами обеспечивают мне комфортную жизнь. Аренду здесь платить не нужно, а в Сан-Франциско Джули покрывала большую часть расходов, так что я копила. Готова ли я вложить свои деньги в это? «Да», — мгновенно отвечает сердце. Пару тысяч на старт — не проблема. Плюс, преимущество иметь маму-бухгалтера — Дани поможет с налогами и бюджетом. Она уже делала это раньше.

Нервы снова дают о себе знать, и я хватаю спицы. Даже когда мысли успокаиваются, тревога ищет выход через тело. Сегодня вяжу «Небесный шарф» для магазина — темно-синий, с белыми звездочками. Звезды появляются в моих дизайнах все чаще.

Ретрит — моя мечта годами, и теперь, после статьи, это кажется правильным. Но мозг перегружен. Столько деталей! С чего начать?

Надо действовать по шагам, как с шапками для UCSF. Начать со схемы, проверить плотность, набрать петли, вязать ряд за рядом. Разбить на части, составить список, решать задачи по одной.

Когда появятся ответы, поделюсь с подписчиками.

Мне нужно выйти из квартиры. Если останусь, утону в тревожных мыслях и бесконечном скролле.

Хотелось бы иметь здесь друга. Хотя бы одного. Вчера в метро я сделала комплимент девушке о ее сумке-крючком, но она лишь нахмурилась и надела наушники. Здесь люди менее разговорчивые, чем в Штатах.

Можно выйти под холодный дождь и найти кафе.

Или…спуститься вниз. Может, парни, которые помогли с диваном, дома. Пригласить их посидеть. Реалити-шоу веселее с компанией.

Давай, Даф.

Вскакиваю, ставлю чайник. Пока вода бурлит, натягиваю

золотистый свитер Gingersnap — тот, в котором чувствую себя теплым, только что из печеньки. Складываю шарф, беру плед, наливаю чашку каркаде. Вооружившись уютом, выхожу из квартиры — и первое, что вижу, это его дверь.

Кэмерон Хастингс.

Ставлю на него? Мечтайте.

Конечно, по жестокой иронии судьбы мы стали соседями.

Тонкая стена разделяет наши квартиры, а двери стоят напротив в узком коридоре. Моя спальня граничит с его. Его двери так скрипят, что я выучила его расписание: уходит около семи утра, возвращается к девяти вечера. Сейчас его нет. Но, кроме скрипа, его квартира всегда тихая. Наверное, он солгал про любовь к хаусу и техно, когда мы познакомились. Наверняка сидит в тишине, язвительно комментируя пыльные клубки.

Мои тапочки с утками шаркают по полу, когда я подхожу к его двери и прижимаю ухо к дереву.

Как выглядит его комната? Мой единственный опыт с квартирами парней — общага моего бывшего в колледже: куча грязного белья в углу и постеры Motley Crue, приклеенные скотчем.

У Кэмерона наверняка есть алтарь со спортивными трофеями или подсвеченная витрина с протеиновыми порошками — две вещи, одинаково лишённые индивидуальности. Сколько осталось в нём от того человека, которого я встретила в Сан-Франциско? Тот был добрым, нежным, даже смешным. Но парень с прошлой недели? Совсем другая история.

Я не знаю, чего от него ждать. Не то чтобы он волшебным образом превратится обратно в того, кто шутил про вязание и улыбался, вспоминая, как его бабушка с дедушкой отмечали День святого Валентина.

Из-за двери доносится скрип, я задерживаю дыхание и стремглав летлю вниз по лестнице.

Общая гостиная, к моему разочарованию, пуста. Зато тут есть новый телевизор на 90 дюймов.

Я осторожно обхожу липкую дверь. Этот дом построен на склоне, и мои мамы предупреждали: выбраться из гостиной без помощи с той стороны — всё равно что пройти квест в реальности.

Прежде чем устроиться на огромном угловом диване, я накрываю подушку пледом, чтобы защититься от въевшихся в обивку следов мужского присутствия. Несмотря на лёгкий шлейф пота и одеколона, терпеть можно. Беру пульт, устраиваюсь поудобнее, распутываю пряжу и включаю «Остров Любви» — реалити-шоу, где одинокие люди знакомятся в вилле в поисках отношений. Набирая первые петли, я ловлю себя на мысли: вдруг мой «Год Да» приведёт меня к неожиданному роману? Но пока я довольствуюсь экранными страстями и мягкой пряжей, скользящей между пальцами.

К тому времени, как входная дверь скрипит, шарф почти готов, чай допит, и за весь вечер у меня ни разу не случилось паники из-за моего убежища. На экране Мэл Келли, главная провокаторша сезона, швыряет бокал в бедолагу, который выбрал новую участницу вместо неё.

Команда вваливается в холл в бело-лиловой форме, испачканных майках в траву и спортивной одежде. Кто-то идёт наверх, кто-то — в гостиную.

Хм, Кэмерона среди них нет.

Я хватаю пульт и начинаю собирать вещи, когда Омар плюхается рядом.