Спирас. Книга 2
Шрифт:
Это было единственное помещение школы господина Рикмора, окна которого свободно пропускали солнечный свет. Проходя через старые толстые стекла, он становился приглушенным, и в воздухе медленно плавали светящиеся звездочки пылинок.
Ученики, как обычно, расселись и занялись своими делами – достали тетради по истории. Полтора часа ведь осталось, и все, смерть! Но тут произошло
Раздался грохот падающего пюпитра, распахнулась дверь, которую раньше никто не замечал – судя по всему, она вела в подсобное помещение, и оттуда почти видимыми клубами повалил густой отвратительный смрад. Такую вонь мог источать… ну разве что… Люций не знал! Не было в Эмбере ничего, что могло бы так отвратительно пахнуть.
Ученики бросились к окнам и двери на выход, но все замерли, когда увидели, что следовало за запахом, а точнее – то, что являлось его источником. Из подсобки показалась большая железная клетка, внутри которой сидело собакоподобное лысое существо.
Все охнули в один голос, это был монстр!
Тварь лежала на дне спокойно плывущей по классу клетки. Монстр хрипел, скулил, силился подняться, но не мог.
Люций почувствовал за спиной шевеление. Он обернулся и с удивлением понял, что они с Деймосом инстинктивно закрыли за собой Алису, и теперь она пыталась высунуться из-за их спин, чтобы разглядеть происходящее. Люций не сомневался, что она сейчас подавляет желание достать свой журнал и сделать в нем запись. Рука подруги потянулась к рюкзаку, он на полпути поймал ее и остановил.
Клетка долетела до середины класса и с оглушительным грохотом свалилась на пол, тварь заскулила сильнее.
– Приветствую вас, друзья мои, – раздался радостный голос, и вслед за клеткой из подсобки появился невысокий мужчина средних лет. Одежда была ему на несколько размеров велика и висела мешком, от того он казался худым. Подбородок зарос густой щетиной, волосы растрепанными патлами свисали по бокам. Преподаватель блаженно улыбался и часто моргал, иногда вразнобой.
– Присаживайтесь где хотите, как сами решите, – радостно продолжал он. – Итак, кхе-кхе, меня зовут господин Лоренц,
Преподаватель замолчал – кажется, единственная выученная фраза только что закончилась, но никто его и не слушал. Монстр – настоящий, живой монстр беспокойно дергался в клетке. Он выглядел настолько отвратительно, что смотреть на него было невозможно, но и прекратить жадно рассматривать не получалось.
– Красавица, правда? – блаженно произнес господин Лоренц, растягивая каждое слово. Он уселся за преподавательский стол и закинул на него ноги. – Я назвал ее Синди. Ей тут не очень комфортно, поэтому через… – он сверился с рукой, на которой не было никаких часов, – … ровно через два часа ее нужно вернуть в родную среду обитания за границей, а то и окачурится может.
– Это вы ее поймали? – Люций не сразу понял, что этот вопрос задал его собственный рот, предварительно не спросив разрешения у мозга.
– Ну конечно, я э-м-м… гулял по лесу и случайно наткнулся на Синди. Решил непременно вас с ней познакомить.
Гулял по лесу?! За Алой Границей?
– Вы знаете, искусство – это такая штука, его нельзя в себе удержать, дисциплинировать. Оно живет в душе каждого из нас и иногда выползает наружу. У него своя собственная жизнь, и мы не можем его к чему-то принудить, зато мы можем его приманить. Разве Синди не прекрасный для этого вариант? Посмотрите, ну разве она не вдохновляет? Такая дикая и гармоничная одновременно! Лично мое искусство вдохновлено уже по самое не хочу. А у вас? Вы, наверное, переживаете за нее? Не волнуйтесь, я успею ее выпустить до того, как совсем плохо станет.
В глазах Синди… какой, к чертям, Синди? Монстра! В глазах монстра ясно читалась ненависть ко всему человечеству и его конкретным представителям, запертым сейчас вместе с ним в тесном классе. Люций, конечно, не был экспертом-психологом, но одно мог сказать с уверенностью: класс переживал сейчас не из-за вероятной кончины Синди, а из-за ее острых клыков и длиннющих когтей.
Конец ознакомительного фрагмента.