Спионтин
Шрифт:
Винициус изобразил на лице понимание, но девушка уловила слабые эманации ярости, исходившие от мага.
К ноге целительницы подплыла капсула с человеческими губами, постоянно вытягивающимися в форме буквы "О". Асцелия постучала ногой о стеклянный пол шара. Хотела проверить, нарушится ли хаотичное движение капсул, но ничего не произошло. Человеческие органы перемещались в своем, только им известном танце, игнорируя посетителей.
Цейнтилий набрал код
– Как только мы войдем в эту дверь, она снова автоматически восстановится, - сказал представитель Формоконикума, указывая в сторону белой двери, прятавшейся за разрушенной стеной.
Дверь легко открылась простым нажатием на дверную ручку.
Асцелия и Винициус шли по коридору, прореженному отверстиями. Через отверстия виднелись нижние этажи.
Цейнтилий объяснил Винициусу, что отверстия -- экономия на системе кондиционирования воздуха.
Коридор закончился. Троица очутилась в темной комнате с одиночными кластерами. Пассажиры расселись по местам, раскручиваясь внутри спирали, змейкой пронизывающей пространство башни.
Кластеры маневрировали, подстраиваясь под изгибы спирали.
У целителя заложило уши. Старенькие кластеры не успевали гасить шум воздуха.
Девушка обернулась и посмотрела на Винициуса. Алый сохранял бесстрастное выражение лица, ничем не выдавая звукового дискомфорта.
Цейнтилий летел впереди, показывая спутникам маршрут.
Посетители Формоконикума попали во что-то тягучее, затрудняющее дальнейшее продвижение.
Цейнтилий выпрыгнул первым, увязнув с головой в желтой, липкой жиже. Следующей нырнула Асцелия. Девушка зажмурилась, опуская голову в жижу. Песчаные дюны проглотили ее с головой.
Через несколько секунд, целитель открыла глаза от разъедающего запаха химических порошков. Она стояла в обычной лаборатории.
Асцелия и Цейнтилий обернулись в сторону открывающейся двери, рассматривая невозмутимое лицо вошедшего Винициуса. Маг воспользовался обычной дверью.
"Где он ее нашел?" - подумала целитель.
Винициус расхаживал по лаборатории, подмечая про себя обычный стол с колбами и отсеком для энергетических исследований.
Глава Формоконикума, не теряя драгоценное время, нажал на компьютерном экране, протянувшемся вдоль стены, цифровую комбинацию вызова сотрудников лаборатории.
Спустя несколько минут в дверном
– Добрый день, - произнесла девушка.
– Это Мирэя - старший технологический лаборант.
– представил подчиненную Цейнтилий.
– Мирэя занимается клеточным исследованием и нейронной переработкой, - добавил глава Формоконикума.
Внимание собравшихся переключилось на открывшийся люк. Из него вылез обычный горожанин в одежде, чересчур теплой для знойного лета. Серое пальто, прохудившееся в области карманов; потертые рукава; белый шарф, обмотанный вокруг шеи в четыре слоя.
"Как же ему не жарко?" - подумала Асцелия, взглянувшая на свою футболку.
– О, Летий, как отдохнул? Отпуск не превратился в сплошной сон?
– поинтересовался глава Формоконикума.
Лицо Летия тронула мягкая улыбка.
– Синтетические сны -- лучший отдых. Когда-нибудь они заменят человеческую реальность навсегда.
– Привет, Винициус! Давно не виделись, - сказал Летий.
Алый обернулся, чтобы познакомить девушку с ученым -- "талантливым художником, автором гениальных шедевров фармакологии".
Лабораторный порткомус под руководством Мирэи вывел на экран многовариантные проекции молекулярных соединений. Летий изобретал их для будущих нейролептических препаратов, прибегая к помощи молекулярной кисти.
Асцелия наблюдала, как фантазия художника свободно парит в пространстве.
Летий страдал быстрой свертываемостью крови. Его организм не успевал обогреваться, мгновенно охлаждаясь.
Ученого этим недугом наградили задолго до рождения. Его мать чистила пробирки в одной из лабораторий. Изношенное оборудование по переработке газовых осадков, попадающих в атмосферу Объединенного Галактариума, вышло из строя. Вредные соединения, в тысячу раз превышающие норму, осели прямо в помещении лаборатории, где находилась беременная мать Летия.
Обычная ситуация для Формоконикума. Руководство завода, экономя на закупке нового оборудования, использовало устаревшие технические приборы, требовавшие замены, не считаясь с риском, ради прибыли.