Спенсер

Хэванс Керри

— Твое высокомерие выходит из-под контроля.

Он секунду размышляет об этом, а затем пожимает плечами.

— Нет, не думаю, что это так.

Блин! Как же он раздражает!

— Ты должен уйти. Нам необходимо прекратить эти игры.

Он наклоняется, еще больше проникая в мое личное пространство, и берет мою руку, которой я безопасности ради вцепилась в край островка, или ради комфорта, или, возможно, чтобы просто не наброситься на него. Я вздрагиваю и отстраняюсь, но он удерживает меня и смотрит мне в лицо, в то время как опускает и прижимает мою руку

к своему твердому члену.

— Это действительно игра для тебя?

Я ахаю и пытаюсь освободить свое запястье. Он продолжает его удерживать, и меня раздражает то, что мне нравится это.

— Да, — сглатываю я. — Я думаю, что ты играешь со мной.

— Забавно, — говорит он, двигая моей рукой вверх-вниз. — Думаю, что это со мной поиграли.

Я молчу, потому что еще не пришла в себя. Он прав. Я говорила это. Не собираюсь произносить это вслух, но могу признаться самой себе. Я играла с ним, не могу с этим спорить, да и его размер сейчас очень отвлекает, чтобы попытаться.

«Черт побери, после этого Мэгс всегда будет напоминать мне об этом», — думаю про себя, когда понимаю, что обхватываю его ладонью, пока он продолжает по всей длине двигать ею вверх-вниз. Я хочу видеть его… черт бы его побрал.

— Нечего сказать? — говорит он нежно, слишком нежно.

Я смотрю вверх и встречаюсь с его интенсивным взглядом. Это ошибка. Моя решимость испаряется.

— Я думала, что ты хотел меня заткнуть? — шепчу я.

Четкое приглашение.

Насмехаясь, он приподнимает брови и сильнее вжимает себя в мою руку, отмечая мою реакцию. Я отвечаю, когда протягиваю вторую руку к его штанам и нахожу ширинку. Со звуком расстегивающейся молнии, жуткое молчание, ранее сквозившее между нами, исчезает.

Он освобождает мою руку, так что я могу расстегнуть его шорты, берет меня за плечо и подталкивает встать на колени. Прежде чем могу взять это под контроль, я подчиняюсь его самоуверенной настойчивости и оказываюсь на коленях перед его расстегнутыми шортами. Его нетерпеливый член, не стесненный нижним бельем, выскакивает, стремясь в бой.

Мой запал возвращается, и я усмехаюсь.

— Без нижнего белья? Как всегда.

— Снял их для селфи, — ухмыляется он.

— Жаждущий внимания.

— Сработало, не так ли?

Я открываю рот, чтобы возразить:

— Я… — но он хватает меня за хвост и решительно толкается в мой рот…

Он толкает глубже, гораздо глубже, чем я готова принять, и я давлюсь, отталкивая его. Он не выходит полностью, и я, тяжело дыша, смотрю на него. Он до сих пор удерживает мои волосы в сильном захвате, и когда я вновь раскрываю губы, чтобы возразить, он делает то же самое. На этот раз медленнее, затем он останавливается.

— Говорил же тебе, что у меня есть кое-что для твоего рта, Принцесса.

Он следит за мной и ждет, когда я снова оттолкну его, но я расслабляюсь. Затем он слегка кивает и ослабляет толчки. Это жест, который фактически говорит «Хорошая девочка, ты можешь это сделать», и который посылает дрожь по спине. Я принимаю его так, как он того хочет, хотя он довольно большой.

Рациональное

мышление покинуло меня, когда я позволила этому мужчине, которого не знаю и, честно говоря, презираю, использовать мой рот. Не знаю, что со мной происходит. Мне нравится самой все контролировать, и особенно я не люблю напористых наглых мужчин, но то, как он выходит и скользит обратно своим большим твердым членом в мое горло, так глубоко, что я, борясь с болью от его захвата в своих волосах, сдаюсь этим ощущениям.

То, как он не оставляет мне выбора, жаром проходит через меня, словно дикий пожар. Я такая мокрая и жаждущая облегчения, но я не прикасаюсь к себе. Так или иначе, я знаю, что ему это не понравится. Сейчас он все контролирует, и как же я ненавижу то, как хорошо это ощущается.

Стон, который он издает, заставляет меня выйти из ступора. В то время как я была потеряна в своих физических и психологических острых ощущениях, он нашел свой темп, и я просто принимаю его. Он уделяет пристальное внимание тому месту, где его член исчезает в моем рту. Внимательно изучая его, он усиливает свой захват в моих волосах, в то время как погружается и выходит обратно. Он снова стонет от удовольствия и закрывает глаза.

— Черт, — рычит он и вынимает член. Дергая за волосы, он поднимает меня, и я охотно повинуюсь и хнычу, когда он резко разворачивает меня спиной к себе. Он прижимается к моей заднице, пока рукой нащупывает переднюю часть моих шорт. Ладонью он проскальзывает внутрь и стонет, когда понимает, насколько я мокрая.

Своими настойчивыми пальцами он быстро доводит меня до грани, и я успеваю выдавить из себя:

— Да!!!

Практически позволив мне кончить, он убирает руку прочь, оставляя меня готовой умолять. Но прежде чем я позволяю просьбе сорваться с моих губ, меня грубо наклоняют и толкают вниз на прохладный мрамор кухонного островка, разбрасывая в разные стороны кухонные приборы. До сих пор сжимая в своих руках мои волосы, он пользуется этим, чтобы удержать меня на месте, пока срывает мои шорты и нижнее белье.

Он прижимается ко мне, и я в предвкушении стону. Держусь за край кухонного островка и подаюсь к нему ближе. Мое тело умоляет, клитор пульсирует, а между бедрами мокро. Хочу его прямо сейчас. Он вновь дразнит меня. Не могу заставить себя сказать это. Он может контролировать меня, а я могу втайне наслаждаться этим, но заставить себя упрашивать его я не могу.

— Сделай это, — рычу я, частично возвращая себе контроль.

Он смеется и дразнит меня, затем дергает меня за волосы и, наклоняясь к моему уху, шепчет:

— О, ты хочешь его, не так ли, Принцесса?

Я вздыхаю.

— Скажи это, — шипит он. — Не хочу впоследствии иметь какие-либо недоразумения.

Я с трудом сглатываю. Он козел, но мои волосы в его кулаке, член, прижимающийся ко мне, его дыхание возле моей шеи… я не могу бороться со всем этим.

— Хочу, чтобы ты трахнул меня.

Он рычит в ответ на мои слова и вращает бедрами.

— Сейчас, — добавляю печальным тоном.

— Ах, ах, ааах! Принцесса, ты ничего не забыла?