Спенсер
Шрифт:
— Потому что он твой. Это… это напоминает мне о тебе.
— Но ты уехала. — Он подходит ближе, слегка прижимаясь передней частью тела к моей спине. — Ты уехала без оглядки.
— Т-ты сам мне сказал.
Он прижимается лбом к моему плечу и делает глубокий вдох, когда слова, которые он сказал мне в тот день, когда я пришла попрощаться, всплывают у меня в голове.
— Я был чертовски зол, — признаётся он. — Ты уезжала от меня.
— Тебе не нужно было заканчивать с этим. Мы могли бы…
— Нет, это
— Кто сказал?
— Ты даже ни разу не позвонила. — Эмоции в его невнятном голосе убивают меня.
— Т-ты сказал мне не делать этого. Что если мне придётся уехать, то… я не должна, — мой собственный голос срывается в конце предложения.
— Чёрт, Габби… Элла… Блядь.
Спенсер отстраняется, и я тут же начинаю скучать по его теплу, по его прикосновениям.
Я оглядываюсь через плечо, собираясь развернуться, но напряжённое выражение его лица и мрачное предупреждение в глазах приковывают меня к месту.
Он снова делает шаг вперёд, и от него исходит решимость, которой раньше не было.
— Насколько сильно ты скучала по мне? — он протягивает руку и засовывает палец под подол своей футболки. — Настолько сильно, что готова обнажиться под моим номером?
Он приподнимает, открывая мои кружевные трусики с высоким вырезом на заднице.
— Хм-м-м… тогда не так уж и много.
— Нет, Спенс…
— Ты когда-нибудь надевала её и кончала, мечтая, чтобы это был я?
Я задыхаюсь, шокированная его словами. Хотя я не могу отрицать, что они пробуждают во мне потребность.
— Ответь мне, — требует он.
— Д-да, — признаю я, и мои щёки вспыхивают от того, что я говорю ему правду.
У меня снова перехватывает дыхание, когда его палец касается моей кожи. Он проводит кончиком по краю кружева.
Моё дыхание становится прерывистым, когда я пытаюсь втянуть в себя воздух, который мне нужен.
— Ты представляла, как я делаю это с тобой? Мои пальцы внутри тебя, мой язык на твоём клиторе?
Чёрт возьми, куда подевался тот милый мальчик, которого я когда-то знала? Он никогда не говорил со мной такими развратными словами. Это возбуждает. Так чертовски возбуждает.
Он снова сокращает расстояние между нами, и его пальцы скользят по моему телу, продолжая водить по моим трусикам.
Все мышцы ниже пояса сжимаются от предвкушения.
— Да, — выдыхаю я, не в силах найти в себе силы произнести это вслух.
— Блядь.
Одной рукой он сжимает мои волосы, отводя мою голову в сторону, чтобы обнажить шею.
— Спенсер, — стону я, когда он проводит носом по чувствительной коже до самого моего уха.
— Ш-ш-ш, мой маленький мышонок.
— О боже, — простонала я, услышав прозвище, которым он называл меня в детстве. Я никогда не думала, что услышу его снова.
Слёзы жгут мне глаза, но жар, разливающийся по всему телу, становится
Он проводит губами по моей шее, его язык пробует меня на вкус, и у меня подкашиваются колени.
Потянувшись, я опираюсь рукой о стену, чтобы не упасть.
— Ты влажная для меня?
Мой мозг чуть не взорвался, когда он запустил пальцы в кружево моих трусиков.
— Ответь мне, — выдыхает он мне в ухо, отчего всё моё тело покрывается гусиной кожей.
— Д-да. Пожалуйста, Спенсер. Пожалуйста, — бесстыдно умоляю я.
— Что «пожалуйста»? Напомнить тебе, как это может быть здорово?
— Да, да, — хнычу я, когда он опускается ниже.
Его пальцы раздвигают меня, находя мой влажный центр, и он стонет мне в ухо. Он обводит мой клитор, прежде чем опуститься ниже и подразнить мой вход.
— Я так и не смог заявить на это свои права.
— Господи, Спенсер. — Я хочу, чтобы мои слова прозвучали шокированно, но в моём голосе звучит лишь мольба.
— Может, мне стоит сначала сделать тебя своей женой? Тебе не кажется, что уже давно пора?
Он засовывает палец внутрь меня, и я откидываюсь на него, наслаждаясь этим ощущением. Другой рукой он проводит по моему животу, пока не обхватывает мою обнажённую грудь.
Из его горла вырывается ещё одно рычание.
— Пожалуйста, — шепчу я, пока он продолжает играть со мной своими умелыми пальцами.
Только что я была на грани оргазма, а в следующую секунду мои ноги оторвались от пола, и мы начали двигаться.
Спенсер опускает меня на матрас, лежащий на полу. Я сажусь посередине, футболка собралась вокруг талии, и наблюдаю, как он снимает с себя свою.
Бля-я-я-ядь.
Тот Спенсер, которого я помню, определённо превратился в мужчину.
Я любуюсь его обнажённым торсом, прослеживая линии его мышц вплоть до пояса брюк.
Я наблюдаю за его пальцами, когда он расстёгивает ремень и снимает ботинки, прежде чем сбросить брюки и отшвырнуть их в угол комнаты.
Я ожидаю, что он снимет свои боксеры, которые на самом деле не оставляют простора для воображения, но он этого не делает. Вместо этого он опускается на колени и толкает меня, пока я не откидываюсь назад, опираясь на локти, чтобы наблюдать за ним.
Его пальцы обхватывают трусики на моих бёдрах, и он стаскивает их, перекидывая через плечо. Его взгляд останавливается на моей недавно обработанной воском промежности, прежде чем ненадолго вернуться ко мне.
Если я и думала, что он выглядел дико в коридоре, то это было ничто по сравнению с тем, что было сейчас.
Обхватив грубыми руками мои бёдра, он раздвигает мои ноги пошире и подаётся вперед.
В ту секунду, когда его язык касается меня, я вскрикиваю, прижимаюсь спиной к матрасу и запускаю руки в его волосы, чтобы удержать его на месте.