Спецназ навсегда
Шрифт:
Лицо девушки светлеет, губы дрожат и вдруг лицо озаряет счастливая улыбка:
— Что это было? — отпустив мою руку и чуть качнувшись, тут же оказывается в заботливых руках своего жениха.
— А ты как думаешь? — задаю вопрос, так как сам ничего не понимаю.
— Кажется, радость, — подняв голову, пытается заглянуть в глаза Антону, — и грусть. Нет. Не так. Это была грустная радость. Да, — улыбка озаряет красивое лицо молодой девушки. — Антошка! — обернувшись к жениху, обхватывает его руками и крепко прижавшись,
Кажется, подарок Локи всё-таки оказался с подвохом. Татуировка демона-эмпата, помогла передать эмоции. По крайней мере, я так думаю. Ведь раньше я мог только чувствовать эмоции.
И да. Это был не рисунок на теле, а именно татуировка. Как и сказал Локи. Потому что, после моего согласия принять её, мне в грудь как будто впились сотни иголок. По крайней мере, это было не долго. Вот у богов всегда так. То Хель целует и меня колбасит, то Локи подгоны делает.
Но всё-таки в этот раз было легче, чем тогда, когда Хан тыкал в меня иглой, набивая коршуна.
Злюсь ли я на Локи? Нет. Ибо Вера прониклась к нам с Лаки полным доверием. Она и раньше хорошо к нам относилась, ведь мы её спасли. Но, одно дистанционно знать, что где-то там есть хорошие парни, ведь при этом мы всё равно были посторонними мужчинами, а совсем другое, почувствовать мои эмоции.
Она же и решила за Листика вопрос, что делать — ехать или оставаться? Стоя на крыльце, мы с Лаки поведали Листику, историю о наших парнях. И о том, что собираемся за ними, о том, что хотим вернуть Лиду. А когда я озвучил что, не смотря на то, что хотели бы видеть Листика с собой. Не можем его забрать у Веры, то Листик завис. Он хотел с нами, но и любимую бросить не мог.
Вот только ни я, ни Лаки не знали главного. Когда Листик дома, Вера всегда ходит за ним хвостиком. Она не хотела подслушать, она хотела быть рядом со своим защитником. Пусть и за дверью. Приоткрытой. Лето же.
— Мы с вами, — выйдя на крыльцо с крепко стиснутыми кулачками, произнесла Вера. — Вы спасли меня, теперь надо спасти Лиду и ваших друзей.
— Милая, — Листик, грустно смотрит на невесту.
— Я знаю, что у меня с головой не очень, — Вера крутит пальцем у виска. — Но я не буду обузой. Я же сильная, ты сам говорил. А с вами я вообще никого не боюсь. Вот… — сделав шаг, обняла Лаки. — Видишь?
— Офигеть, — Листик не веря своим глазам, мотает головой. — Свадьбу-то хоть отгуляем?
— Обязательно, — смеюсь.
Потом была собственно свадьба и объяснение с родителями Веры. Честно скажу, не представлял, что бы такого соврать? Вот как объяснить родителям, что их дочь пропадёт из поля зрения, без возможности связаться и, вполне реально, на несколько лет.
Но вопрос разрешился неожиданно просто. Взмолился про себя: «Ну вот, и как быть? Эх. Бабушки мои — красавицы, подскажите что делать?»
С негромким хлопком явилась
— Привет! Если кто не в курсе, я богиней тут подрабатываю…
В общем, Маришка поразила всех своей харизмой и очень быстро уболтала родителей.
Уезжали мы уже вчетвером, оставив после себя, отцу Веры, представителя моего отца. Собственно, с этим тоже проблем не возникло, так как бизнесмен, сразу понял открывающиеся перспективы сотрудничества. Так что за тылы Листику беспокоиться больше не надо.
Глава двадцать восьмая
И вот я сижу в самолёте, улетающем с той самой секретной базы в Сибири, где произошло столько всего. Как говорится: с вертолета в самолет. Сидя в удобнейшем кресле, смотрю в иллюминатор, хотя может, это на самом деле экран? Потому что не уверен, что в космических кораблях есть окна.
— Как красиво! — в соседнем ряду, Вера заворожённо наблюдает, как наша Земля превращается в «голубую планету».
— Привет, красавчик, — на пустующее рядом со мной место, падает симпатичная, стриженная под каре брюнетка, в камуфляже и с погонами лейтенанта. Лет двадцати пяти на вид. — В первый раз, летишь?
— С чего бы такие выводы? — радушно улыбаюсь. Ну, а чего? Красивая же, как я ещё могу улыбаться-то?
— Ну из присутствующих здесь, только вы четверо в новенькой, не обмятой форме, без знаков различия, — обводит рукой небольшой салон самолёта, где на сорок посадочных мест заняты всего пятнадцать.
Хм… А правильно ли называть самолётом, аппарат, у которого крылья сложились вдоль корпуса, и он уже не очень-то похож на тот агрегат, в который мы садились?
— И что? Новая форма это показатель? — приподнимаю бровь.
— Не-а, — брюнетка чуть наклоняет голову в бок, — но это показатель, что вы четверо вместе. Ты, вот эта парочка и вон тот паренёк впереди, кстати, тоже сел возле обзорного экрана. А уж вскрик этой девушки, вообще красноречив. И плюсом, я вас никогда не видела.
— А ты что, прям, всех-всех знаешь? — ехидно ухмыляюсь.
— Нет, конечно, — сдувает чёлку, лезущую в глаза, — но мотаться часто приходится. Так что это всего лишь камешек в копилочку.
— А разве, в копилочку не лучше денежку складывать? — не могу угомониться.
— Лучше, — мило улыбается. — Так что скажешь? Или это секрет?
— Не секрет, — пожимаю плечами. — Ты угадала. Самый что не наесть первый раз.
Слева слышится восторженный писк Веры. Брюнетка подмигивает:
— Ну ты что, знакомиться будешь? Или девушке всё самой надо делать?
— Так ты что, клеишь меня? — подначиваю.
— Вот ещё, — фыркает. — Мы с девчонками просто поспорили, что вы новички. Вот и пошла на разведку, — кивает назад, где сидят ещё две весьма миловидные особы. Кажется, мне уже нравится в космосе…