Спецназ навсегда
Шрифт:
— Договорятся, — усмехаюсь. — Не думаю, что там проблема с Валькириями была. Уж точно не в отношении, Хаски и Хана. Забыл что ли об особенностях половых отношений Валькирий и Коршунов. Тут другое… — на мгновение задумываюсь, о том, что именно обещал Степанычу, не рассказывать парням. — Думаю, что это было какое-то испытание, может, хотели посмотреть, как мы себя поведём на гражданке?
— Возможно… Но всё равно… Как-то странно это всё, качает головой Пепел.
— Надо будет бабулек попытать при встрече, — прищуриваюсь. — Заодно про Хана узнаю
Глава двадцать четвёртая
Дозваться бабулек сразу не удалось, как в воду канули. Собственно всё как всегда. Да я особенно и не настаивал, может они как раз сейчас и занимаются делом. Но пару раз в день с утра и вечером, принимался настойчиво звать. Как говорится, чтоб не расслаблялись.
Так же вызвонил Саню. Опять же не сразу. То у него телефон был выключен, то недоступен. Прям моровое поветрие недоступности. Но в конце концов мне это удалось, и явно бухой Лаки ответил.
— Але-е-е…
— Лаки?
— Ага-а-а, — кажется, мы перестарались и Санек не признал меня по голосу.
— Это Мажор.
— Бра-а-атка-а-а… — на том конце провода всхлипнули. — А я бухаю, горе у меня-я-я…
Твою мать! Ну, бабули! Насоветовали! Кажется добухался Санек… Пора выводить из запоя. Ох как бы самому ехать не пришлось…
— Лаки, слушай приказ.
— Ка-а-а… ик… кой…
— Ты вообще соображаешь, братан? Какой сегодня день недели?
На той стороне повисла пауза. Затем с надеждой прозвучало:
— Второе августа? (День ВДВ) Де мой берет? — и в сторону. — Ма-а-ам, де мой берет?
И издалека:
— На голове у тебя, Сашенька, — и женский всхлип.
— Лаки, братка, дай маме трубочку.
— Мам, это тебя, — отчётливо слышу, бульканье и постукивание стекла об стекло.
— Да, — уставший женский голос на той стороне.
— Здравствуйте, это Егор Милославский, хотя наверняка вы про меня чаще слышали, как про Мажора.
— Ох, здравствуйте, Егор. Конечно, я слышала про вас. Вы Сашин друг. Спасибо вам, за всё, что вы сделали для нас, — повисла неловкая пауза.
— Не стоит, Лаки мой друг и этим всё сказано. Но сейчас речь о другом. Мне нужна ваша помощь.
— Да-да, чем смогу, — заволновалась женщина.
— Сможете, это сможете. Я сейчас отдам Лаки приказ завязывать пить. И от вас требуется, хотя бы пока не протрезвеет, повторять ему, как только потянется к бутылке: «Мажор, приказал больше не пить». Просто боюсь, что он может забыть… Ну и если продолжит пить, позвонить мне. Придётся ехать к вам…
— Ой, спасибо вам, Егор. Я же знаю, как Сашенька вас уважает. Да, я всё запомнила, — всхлипы на той стороне. Кажется, женщина очень устала и измучилась…
— Передайте трубочку сыну…
— Але-е-е…
— Лаки, это Мажор. Завязывай пить, приводи себя в порядок и быстро ко мне в Москву. У тебя неделя на все дела.
Повисает напряжённая пауза, мне, кажется, что слышу, как слова пробираются в мозг моего друга, продираясь через алкогольный туман. Как бы не опьянели и не донесли совсем не то, что я сказал…
— Е-е-есть… — слышу, как телефонная трубка ложится на стол. Потом шум воды из крана, а за тем видимо заметив, что разговор не прекращён, трубку взяла мама Лаки. — Егор, вы там?
— Да, что происходит?
— Саша пьёт воду прямо из крана. Он же лопнет!
— Не думаю, — аж выдыхаю, поняв, что Лаки меня услышал. — Кажется, я знаю, что он делает, сейчас в туалет побежит.
И тут послышались неприятные звуки…
— Не дошёл… — вздыхают на той стороне. — Спасибо вам, Егор. Спасибо за всё. Я пойду, помогу сыну…
В общем, Лаки устроил себе промывание желудка. Потом насколько я знаю, его мама вызвала специалистов и его прокапали. Так что за пару дней Саня вернулся в строй. И убил четырёх человек.
Врача, обследовавшего Лиду и двух его подручных, они ведь собирались помочь Лиде умереть, если она сама не скончается в самолёте. Их выпустили под подписку о невыезде. Да и всё шло к тому, что преступников освободят за недостаточностью улик. Осторожные сволочи.
Четвёртым бы ментовский майор, который, как оказалось, их крышевал. Ну, это Лаки узнал уже от врача, которого немного допросил перед смертью.
Лаки конечно не Хан, но тоже прошёл школу полевого экспресс допроса. Так что все сёстры получили свои серьги. Прав ли он? Да кто я такой чтоб его судить… Не захотели сидеть в тюрьме, пусть лежат в земле.
Но есть проблема, Лаки арестовали. Не то чтоб кто-то видел, как он того доктора грохнул. Но вот как ходил, домой к нему, камера на доме записала. А там уже дело техники. Менты жутко обиделись, с чего то решив, что и майора тоже Лаки грохнул и кинули его в пресс-хату.
Так что, как сказали адвокаты, которых я отправил к нему на выручку, Санек у нас теперь авторитет… Рассказал за жизнь и направил на путь истинный зеков. Причем аккуратно, даже в больничку никто не попал. Надеюсь, купола себе накалывать не станет?
Так что скоро жду его. Адвокаты то папины! Развалили там всё, что можно… Ну и денег на взятки не пожалели, врать не буду…
Глава двадцать пятая
Мы с Лаки сидели в моей комнате и, попивая пиво, думали над глобальным вопросом, а что подарить Листику на его свадьбу. И если вы думаете, что это такое простое дело, то вы явно лукавите. Нет, оно понятно, что можно тупо дать деньгами… Но ведь это же банально.
Вован же последние дни пропадал у Паши, вникая в дела. Не скажу, что тот был счастлив от такого контроля, но по здравому рассуждению возражать не стал. Понимая, что деваться некуда, нашёл в этом положении плюсы. Ведь теперь Паша становился моим официальным управляющим.