Спецназ навсегда
Шрифт:
Ну что ж. Моё внутреннее чутьё подсказывает, что они не врут. Так что остаётся только положиться на них.
— И вообще, мы чуть не погибли, добывая этот амулет, — жалуется Маришка. — А вы нас только ругаете, — шмыгает носом.
— Мне ногу чуть не отрубили, — тут же добавляет Анютка. — А ты даже спасибо не сказал, — бьёт меня кулачком в грудь.
— Спасибо, — произносим хором с Саней, а я ещё и сгребаю своих бабулек в охапку, прижимая к себе.
Где-то в южных странах, там, где люди говорят на другом
Маришка, сделав глоток из бокала и обернувшись к подруге, задумчиво произнесла:
— Мы не можем рисковать Егором. Кто знает, что будет, если живой и здоровый человек попадёт на Эдем не через портал? Не зря же Руслан не приземлялся, а пролетел мимо.
— Но и помешать не можем. Он нас не простит, — трясёт чёрной гривой Анютка.
— Простит со временем, — не соглашается Маришка, — но доверять перестанет.
— Это плохо, — соглашается подруга, — так, может, проверим насколько это безопасно?
— А как? — приподнимает бровь Маришка и, поставив коктейль на столик, принимается поправлять верх своего бикини, из которого почти выпала грудь: — Порой эти дыни меня просто убивают.
— И не говори, — вздыхает Анютка. — Всё-таки раньше было веселей, Всеслав регулярно менял нам размер. Давай кого-нибудь другого отправим на Эдем, — резко меняет тему.
— Кого?
— Если достать ещё парочку амулетов, то можно будет поместить туда Молота и Тихоню, — задумчиво отпивает из бокала Анютка, — и отправить кого-нибудь их отвезти.
— Прикалываешься? — Маришка удивлённо распахивает глаза. — Мы едва вдвоём слабенького божка одолели, а у эльфов нас просто порвут.
— Если амулеты украдут люди, боги не посмеют вмешаться… — хитро прищуривается подруга.
— Надо аккуратно подсунуть Белке информацию о том, где они есть. Она ведь как раз ищет, — кивает блондинка.
— И не вмешиваться, — смеётся брюнетка, — тогда у богов не будет повода…
— А если всё получится, то можно будет отпустить Егора, — счастливо смеясь, Маришка начинает наматывать на палец белокурый локон.
Глава четырнадцатая
Настроение моё последнее время было мерзопакостным. Ну, а каким ему ещё быть, после того, что мы с Лаки сделали?
Идея мне пришла в голову, когда бабули уже прощались с нами и собирались исчезнуть. А заключалась она в том, что мёртвую Лиду видело всего четыре человека, не считая нас. И я спросил у бабулек, а не могут ли они стереть память, этим людям? Буквально последние минуты, сразу после срабатывания сигнала о остановке сердца пациентки? То есть забежали в палату, а потом, ничего, как отрезало.
Спросите, зачем это всё? Подумайте сами. У Лиды есть родители, которые её любят. Есть родители Сашки, которые относятся к ней, как к дочери. И вот они хоронят её тело. И что? Как быть когда мы вернёмся с ней с Эдема? С ней и с Вовкой. То, что это возможно сделать бабульки подтвердили, не просто, но можно.
И
А так. Операция прошла, Лида жива, но похищена. Каким образом — неизвестно. Куда пропала — неясно. Была мысль даже, устроить несколько звонков о требовании выкупа. Но Лаки воспротивился:
— Пойми, Егор, если потребовать выкуп и не вернуть, то станет понятно, что Лида мертва. Для матерей это будет удар. А вот если просто исчезла из палаты, то это прямо мистика. И надежде есть место.
— Верно мыслишь, Саша, — кивает Анютка. — Мы ещё можем телефонный звонок её голосом организовать, скажем, через месяц. Попросим о помощи Локи, он мастер по таким вещам. Типа похитили и провели над ней испытание… чего-нибудь секретного. Всё равно ей умирать было. Домой вернуться не может. Ну и тебя потом, вроде как, к ней выдернуть, чтоб быть вместе, будешь, вроде как, на правительство работать. А сам за ней на Эдем. Как план?
— На Голливудскую поделку похоже… — неуверенно чешет затылок Саня.
— Но лучше чем, звонки с выкупом, — киваю. — А учитывая, что эти Голливудские поделки везде, то может проканать.
— А нельзя сразу сказать, что Лиду увезли. Чего родителей лишний раз нервировать? — Лаки с надеждой смотрит на бабулек.
— Нет, — качают головами.
— Слишком масштабное воздействие, — вздыхает Маришка. — А за всё надо платить. При плане Егора, в качестве платы будут страдания родителей и твои. Ведь тебе придётся притворяться. Уйди в запой на пару недель, чтоб и это наложилось. Пусть за тебя ещё переживают. Все должны поверить, что это правда. А ты будешь страдать, видя то, как мучаются родители.
— Жестоко, — смотрит в пол Лаки. — Но я согласен.
— Ну, а как вернёшь жену, там посмотрим. Либо вернёшь семье, либо семью заберёте к себе. Туда где жить будете. Поверь, для таких ребят, как «Коршуны» всегда найдётся работа…
Так что настроение у меня хуже некуда. Родители Лиды и Сани в расстройстве, а сам он бухает. Причём, как я подозреваю искренне. Плохо ему. Тело Лиды было тайком кремировано, а пепел… Пепел в Красноярск увёз Костя. А Лаки развеял его в тамошнем заповеднике — «Столбы». Говорит, Лида любила это место. Залез ночью на самую высокую скалу и развеял.
Костя, который ждал его внизу под скалой, говорит, что после этого Сашка и запил. От души. Костя даже пару дней пытался поддерживать брательника, но не вывез и сбежал работать.
И вот тут мне батя и говорит, глядя на мою смурную рожу:
— Всё понимаю, сынок, но так нельзя. Вон сходи, встреться со старыми друзьями, развлекись.
— Не хочу, — мотаю головой.
— Надо, — разводит руками, — хочешь, не хочешь, а именно они унаследуют своим отцам. И именно с ними тебе потом работать. Так что не порти отношения. Сходи, посиди. Вон твой дружок, у которого ты ресторан купил, ночной клуб открыл. Сходи пусть похвастается, — усмехается.