Спасти шпиона
Шрифт:
Он достал сим-карту и швырнул искалеченный телефон в кусты.
– Какое-то золото у меня искали… Откуда у меня золото?
Миша неопределенно хмыкнул, продолжая обшаривать траву лучом фонаря (мечта диггера, натовская штучка, угол и плотность луча регулируются скользящей кнопкой, как зум в видеокамере). Он поднял кожаную книжечку, открыл, рассмотрел фото на водительском удостоверении, протянул Лешему.
– Так ты на машине, что ли?
– Нет, – коротко сказал Леший, пряча книжку в карман. Он и сам не знал, зачем таскает ее с собой. И зачем таскал отвертку –
На асфальтовой дорожке матово поблескивал нож, Миша присел, осторожно взял его платком, чтобы не оставить отпечатков, рассмотрел и равнодушно отбросил в траву.
– Шпана, – сказал он. – Золото искали, говоришь? Гм…
«Может, они серебро с золотом перепутали? – внезапно подумал Леший. – Привет от неверовских? Тогда совсем плохо…»
Он топтался в кустах, разыскивая ключи, хотя на ключи ему было по большому счету наплевать: домой можно попасть и через подвал, – и украдкой поглядывал на своего избавителя. Самый известный диггер Москвы все еще не мог прийти в себя. Он всякого повидал в жизни, конечно, и горы, и ямы, как говорится, и «гладиаторские» бои между пленными контрактниками, которые в аулах устраивали заместо вечернего сериала… но такую молниеносную и жестокую расправу – один, «голый», против троих с ножом, – наблюдал впервые. Леший даже испытывал что-то вроде восхищения. Хотя…
Может, Миша сам и подстроил все это?
Но зачем?
Мало ли зачем…
Но как можно такое подстроить? Он отчетливо слышал, как ломалась кость, видел, как уползал тот урод, а его рука свободно гнулась как минимум в трех местах. А что, интересно, он сделал с носом второго парня – оторвал, что ли? Нет, такое не подстроишь, все было по-настоящему…
– Смотри, эти, что ли? – спросил Миша.
На его широченной ладони лежала связка ключей, какая-то увядшая, уменьшившаяся, как показалось Лешему, в размерах. Он кивнул и взял ключи.
– В общем, это… Спасибо.
Миша посмотрел на него и сказал:
– Пошли отсюда скорее.
Леший рассчитывал поймать такси на Пресне или Дружинниковской, но в конце концов они пошли в противоположную сторону, пересекая темные дворы и маленькие безлюдные улочки, чтобы выйти сразу на Садовое Кольцо.
– Они могли позвонить своим, – объяснил Миша. – Да и позвонили уже, скорее всего, и кто-то рыскает сейчас по твоему обычному маршруту. Ты ведь на метро обычно идешь?..
– Какая разница? – сказал Леший. – Откуда они знают? Ты что, думаешь, эти придурки именно меня пасли там, во дворе?
– Но не меня же, – резонно возразил Миша.
– А на хрен я им сдался? – скорей он спрашивал самого себя, надеясь убедиться, что это просто случайность: шпана, она и есть шпана…
– Не знаю.
Они вышли на Садовое, словно выбрались из люка на яркий солнечный свет; здесь горели огни, бурлил человеческий водоворот, набирала силу шумная ночная жизнь.
– Ненавижу просто этих крыс, – сказал Миша, с интересом оглядываясь на вывеску казино, где по неоновой пальме резво карабкался желтый неоновый
Он проводил восхищенным взглядом блондинку с красивыми ногами под кожаным мини-плащом.
– Может, они за книгой твоей охотились? – сказал Леший. – Может, кто-то в кафе подслушал наш разговор и решил, что я книгу себе взял?
– Ага, – Миша ухмыльнулся. – Взял и спрятал в карман джинсов. Нет, друг… Вряд ли они такие библиофилы. Они деньги искали. Или золото.
Леший пожал плечами.
– Странно это как-то.
– В мире много таких странностей. Идет человек домой, ему по голове кирпичом шарахнули, десять рублей забрали и купили водку. А он умер в больнице…
«Хрен на десять рублей что-то приличное купишь, – мрачно подумал Леший. – Разве что конченый шмурдяк, которым и отравиться недолго… А выпить бы сейчас надо. Ох, надо!»
– У нас в Аджимушкае тоже странности случались… Зайдут люди в катакомбы, посмотреть, а выйдут без вещей и ценностей. Если вообще выйдут. Оказалось, ганг… Банда. Лет по двадцать—двадцать пять… неглупые люди, нормальные. В детстве в отряде «Поиск» состояли – это у нас вроде красных следопытов, погибших бойцов в катакомбах ищут. А как подросли – банду организовали.
«Странно он все-таки говорит, – подумал Леший. – Правильно слишком… „В отряде состояли, банду организовали…“ Будто он учитель, да среди своих учеников и живет…»
– Они «диких» туристов грабили, археологов, спелеологов всяких, да и всех, кто попадется… Там за два поворота зайдешь, и тебя никто не услышит, хоть на части режь. Лабиринты они знали хорошо, всегда уходили, если что… Милиция под землей не работает, как-то для виду прошли по главному тоннелю – и все. Но мы их в девяносто девятом все-таки вычислили…
– И что? – спросил Леший.
– А ничего, – улыбнулся Миша. – Пропали куда-то. Переехали, видно… О, смотри, там такси стоит. Пошли, я тебя посажу. Денег хватит?
На стоянке напротив круглосуточного гастронома горел зеленый огонек.
– А ты? – спросил Леший.
– Мне тут рядом, – сказал Миша, протягивая свою ручищу. – Я комнату на Маяковке снимаю. Пешком дойду. Давай, не попадайся больше…
Громадная ладонь повисла в воздухе. Леший напряженно думал. Очень напряженно. Так бывало нечасто. И он принял решение. Очень неожиданное и для себя совершенно нетипичное. Можно сказать, из ряда вон выходящее.
– Поехали ко мне, – сказал Леший. – Выпивка есть, пожрать что-нибудь найдется. Посидим, поговорим… Я ваших подземелий не знаю, расскажешь.
– Да ладно тебе! – поморщился Миша. – Благодарить будешь, как в кино? Забудь. Я вообще-то люблю драки. Боями без правил занимался. Адреналин и все такое… Так что мне не трудно. Пока.
– Не «ладно», – Леший подтолкнул его в сторону такси. – Поговорим за жизнь. Если бы ты не влез, может, я бы уже никогда за жизнь не разговаривал… Поехали, короче.