Спаситель
Шрифт:
Вы гляньте на это оружие.
– Привет, – сказал блондин. – Подать руку?
Он улыбнулся, и тем самым словно искупал ее в солнечных лучах. С его ярко–голубыми глазами, белоснежной улыбкой и преступно красивым лицом ему самое место в Голливуде.
На его фоне Крису Хэмсворту [54] срочно требовался пластический хирург.
– Я держу его, – пробормотала Сара, подхватывая ребенка на руки.
Они выкарабкались из салона, и Нэйт заворочался, когда им в лицо ударил яркий свет...
54
Крис
Это была парковка. Профессионального уровня, вроде городской, и, казалось, на подвальном уровне.
– Нам сюда, – сказал другой солдат, подойдя к прочной стальной двери без каких либо обозначений.
Вау, у него были длинные разноцветные волосы и невероятные глаза, желтые, как у льва, и очень добрые, особенно когда он смотрел на мальчика.
Но когда доктор спешно скрылась в помещении, словно спешила к другому пациенту, Сара осталась на месте. Она инстинктивно дождалась своего солдата, пока он не выбрался из салона и не подошел к ней, и после они уже вместе вошли в помещение, она держа Нэйта на руках. Мальчик полностью проснулся, когда они наполовину преодолели коридор с бетонными стенами и полом, выложенным плиткой. Дорогу им освещали флуоресцентные лампы на потолке, светившие подобно луне в ясную зимнюю ночь.
Огромные деньги, подумала она, проходя мимо множества дверей. Этот комплекс ничем не уступал «БиоМеду».
И кто Крайтен по сравнению с ними?
Впереди, в дверном проеме, появился темноволосый мужчина в белом врачебном халате. В форме и со стетоскопом на шее ему было самое место в списках отдела кадров крупной кинокомпании.
– А вот и мой пациент, – сказал мужчина, остановившись перед ним. – Привет, дружище, ты как? Меня зовут Доктор Манелло, но все называют меня Мэнни.
Когда он протянул руку мальчику, Сара повернулась, чтобы Нэйт смог вложить свою маленькую ладонь в большую мужскую.
– Меня зовут Нэйт, – сказал ребенок. – Сокращение от Нэйтлем. Я горд быть сыном Ингридж.
Странный выбор слов, подумала она.
– Что ж, Нэйт, добро пожаловать в мою скромную обитель. Насколько я пониманию, ты задержишься у нас ненадолго. – Он посмотрел на Сару и улыбнулся. – А вы Доктор Уоткинс. Добро пожаловать.
– Спасибо.
– Занесешь его сюда? Я приготовил для него шикарную комнату.
Доктор открыл дверь, показывая больничную палату со всевозможным оборудованием, которое может понадобиться для диагностики разного рода травм... и хотя это сильно напрягло ее, она все же порадовалась за мальчика.
Сара оглянулась на своего солдата. Он смотрел на нее, чуть опустив веки, словно ожидал ее следующего шага.
– Давай заселяться – сказала она Нэйту, занося его в комнату. – И, может, стоит подкрепиться. Что скажешь?
Братство оборудовало это место по последним технологиям и под завязку, подумал Мёрдер, вслед за Сарой и Нэйтом заходя в больничную палату.
Старая
Не то, чтобы он уделил много внимания осмотру комплекса.
Нет, его мозг был поглощен человеческой женщиной. Каждым ее движением. Сменой эмоций на ее лице. Звуком ее голоса...
Окей, ну может, его совсем немного, самую малость, ну прям чуть–чуть интересовало, где были Братья и чем они занимались. Например, насколько близко они подобрались к Саре. Обращала ли она внимание на них, или они на нее. Не попросил ли кто из них у нее номер телефона.
П.с. которого лично у него – не было.
Оставим вопрос с десятью цифрами... для его ревнивой натуры к счастью беспокоиться было не о чем: никакого мгновенного притяжения, которое сразу переросло в похоть, за которой бы следовала любовь до гроба, не возникло между Сарой и Рейджем/Фьюри/Тором. Когда она укладывала мальчика на больничную койку, Братья вели себя профессионально и, если уж на то пошло, то среди всех форм жизни помимо претрансов Сара замечала разве что его, Мёрдера.
Но нужно держать ухо востро... хотя что он сделает, если увидит то, что ему не понравится?
Женщина ему не принадлежала, чтобы устраивать...
Когда верхняя губа дернулась, а клыки грозились выступить из челюсти, он попытался урезонить внутреннего самца... безуспешно. Аналогично можно озадачить гризли математическим уравнением: медведю плевать.
– ...отдохни немного, – сказал Мэнни, человеческий доктор... человеческий?! – Я вернусь, принесу всем перекус. Доктор Уоткинс, будут конкретные пожелания?
– Нет, я всеядна. И – Сара. Просто Сара.
Когда доктор, улыбнувшись, вышел, Мёрдер встряхнулся, сосредотачиваясь. Братья разошлись, мальчик лежал на койке, а женщина, которая ему не принадлежала, снимала защитный костюм.
И, вот неожиданность: когда она, наконец, стянула с себя мешок, то показала ему красивую фигуру... но дело даже не в самих формах, а в том, что это была она. Длинные ноги, выпуклости в нужных местах, идеальные пропорции плеч и бедер... все могло быть другим, могло быть любым, и он все равно хотел бы прикоснуться к ней, попробовать ее, взять ее.
– Я боюсь, – сказал Нэйт.
Они с Сарой повернулись к мальчику, и Мёрдер понимал, что именно тревожило его. Грядущее превращение. Очень скорое.
– Хочешь, чтобы я осталась здесь, с тобой? – спросила она у мальчика.
– Да, прошу.
Когда Нэйт посмотрел на Мёрдера, ответ дался ему легко:
– Да, конечно. Я тоже останусь с вами.
Возле стены напротив кровати стояло два стула, и Мёрдер позволил Саре сделать свой выбор. Ему было все равно, ведь так или иначе он сядет рядом с ней. И когда они расселись, ему хотелось взять ее за руку. Сара выглядела обеспокоенной чем–то.
Особенно когда она смотрела на Нэйта. Мальчик казался вымотанным, его кожа была слишком бледной, глаза закрывались, а когда он морщился от боли, то на лице застывала маска смерти.