Спасибо, доктор
Шрифт:
Света расслабилась окончательно и бесповоротно и словно начала таять на кресле в этой странной, почти вывернутой наизнанку позе. Но именно эта открытость почему-то возбуждала ещё сильней, хотелось большего. Руки вернулись к груди и стали двигаться, неосознанно подхватывая ритм его движений.
Доктор будто бы читал её мысли, пальцы внутри увеличили свою амплитуду, двигаясь теперь более размашисто и принося невероятные ощущения от этого трения-скольжения. Сама того не понимая, Света двинулась бёдрами вверх навстречу следующему движению.
Он вдруг вытащил пальцы и вновь стал массировать внешние губы, водить пальцами вдоль них и вокруг клитора. Это было так обидно, будто отобрали что-то очень хорошее, что вот-вот должно было случиться, но ему помешали. Доктор вдруг коротко выдохнул и раскрыл малые губы двумя широкими движениями в стороны.
– Вы очень красивая, Света, – едва слышно сказал он.
Но именно это заставило Свету внезапно сжаться, и от этого давления волна удовольствия прокатилась по телу, небольшого, будто мягкий ночной прибой. Доктор, конечно же, заметил это, не мог не заметить и не отреагировать. Ввёл довольно резко, но так желанно целых три пальца, растягивая напряжённые стенки. Они тут же сократились вновь и плотно обхватили их, будто больше не желая отпускать.
Света немного выгнулась и громче застонала, это натяжение оказалось таким невыносимо приятным, что глаза закатывались сами собой. Так и должно было быть, именно этого сейчас и не хватало чтобы… чтобы…
– Только не кричите, пожалуйста, – чуть сиплым голосом сказал доктор и задвигал пальцами.
Быстро, резко, проходясь то по одной стороне подушечками, то по другой, поворачивая их и нащупывая все новые и новые эрогенные зоны внутри Светы. А она то считала, что их там вообще нет… А тут… а тут… о боже!
Доктор вернул пальцы другой руки на клитор и мелкими кругами стал давить на него в том же самом ритме, что и те три, которые словно поршень в двигателе ходили во влагалище у Светы. Прямо и настойчиво. Как же это было невыносимо хорошо, как горячо и влажно, как быстро и воспламеняюще.
Дыхание Светы начало сбиваться и из просто шумного превращаться в ритмичные стоны, поэтому она накрыла рот тыльной стороной своей ладони. Как только губы коснулись кожи вдруг захотелось не просто дышать на неё, а целовать или даже кусать от невероятных ощущений. Хотелось не руку ощущать под своим ртом, хотелось налившихся кровью, блестящих губ. Красиво очерченных, пухлых… совсем как у доктора.
И всё это одновременно. Света представила, что это его губы, сейчас касаются её влажных от собственной слюны. Что это не его пальцы сейчас там… а…
А пальцы внезапно согнулись куда-то вверх и прошлись по точке концентрации нервных импульсов, сверху вспыхнул ощущениями клитор, и всё это слилось в невыносимую какофонию где-то между блаженством и болью. Взрывная волна разошлась от влагалища с пальцами внутри и вернулась тут же обратно, чтобы сжать его, потом ещё и ещё, оно запульсировало, как её быстрое
Света подавила громкий стон, заткнув рукой рот, но всё равно получилось довольно звучно и протяжно. Сознание полностью отключилось под напором ощущений из тела, под зашкаливающе-невыносимом их количеством, которые затмили собой совершенно всё вокруг.
А доктор продолжал ласкать её, двигать пальцами и внутри, и снаружи, будто бы пытался выдоить из её тела самый мощный из возможных оргазмов. А это был именно он. Ослепляющий, потрясающий, разрывающий изнутри и снаружи. Колени сами собой начали сжиматься и многострадальное кресло опять протестующе скрипнуло.
Доктор внезапно сжалился над ней и вынул пальцы, осторожно погладил вокруг и оставил измученный удовольствием клитор в покое, не превращая чувствительность в боль. Света растеклась по креслу, будто лопнувший надувной шарик. По всем организму потянулась невероятная тяжесть и даже усталость, будто она пробежала марафон, но в тоже время такая приятная и мягкая. Тёплая.
Света уронила руку, которой затыкала рот, на свой голый живот и открыла глаза. Зрение не фокусировалось, лампы над головой казались слишком яркими. Она слышала своё тяжёлое дыхание… и не только своё.
Это заставило её посмотреть вниз. Доктор сидел перед ней, странным образом держа руки перед собой, глазами он был обращён всё ещё к её раскрытой и влажной промежности, но взгляд затуманен, на щеках отчётливый румянец. Он длинно выдохнул через приоткрытые губы и облизнул их от сухости.
Свете отчего-то захотелось поцеловать эти красивые губы. Но доктор вдруг поднял глаза и увидел, что она смотрит на него. В то же мгновение покраснел ещё больше и вдруг вскочил с места.
– Простите, – хрипло прошептал он и практически выскочил из комнаты, послышалось, как хлопнула дверь в кабинет за тонкой стенкой.
Света и сама зарделась от этой мысли, внутри опять всё сжалось, будто всё ещё что-то могло и имело на это силы. Ему что? Тоже понравилось?
Он возбудился? Света снова задышала часто, но уже от волнения. Красивый доктор возбудился от того, как сам ласкал Свету? От этого массажа?
А вдруг… вдруг он тоже…
Света резко сдёрнула ноги с держателей и села на кресле с прямой спиной. Это она что сейчас сделала? Спрыгнула с кресла на пол босиком. Она что, изменила Олежику с доктором?!
Глава 6
Пока Света приводила себя в порядок с помощью салфеток, найденных на столе, и одевалась, из смежного кабинета послышался стук закрываемой двери. Очень хотелось верить, что это вернулся доктор, а не пришла уборщица со шваброй, чтобы застать её тут в растрёпанном виде и отругать за шум. Теоретически время работы клиники закончилось, и они задержались уже слишком надолго, чтобы не привлечь внимание охраны или другого дежурного персонала. От этой мысли становилось не по себе.