Спаси меня

Соболева Лариса Павловна

Приоткрылась дверь, в кухню заглянула Алина, встревоженно спросила:

– Макар, с кем ты тут разговариваешь?

– С самим собой. – Он потер пальцами глаза, когда же убрал руки от лица, Дергунова-второго не было. Зато перед ним стояла Алина – мягкая, нежная, влекущая. Макар усадил ее на колени, прижался лбом к теплому плечу. – Иногда я разговариваю сам с собой.

– Я заметила. – Алина взъерошила ему волосы и откинула их назад, так что он запрокинул голову. Она коснулась своим носом его носа, проговорила шепотом: – Разговоры с собой ведут люди с богатым воображением, но ведь надо же и отдыхать.

– Отдыхать? –

он сделал удивленное лицо и внезапно встал на ноги вместе с ней. – О каком отдыхе вы говорите, мадам, когда я держу вас в руках?

– Макар, ты просто свалишься. Толком не спишь уж которые сутки. Я хоть днем отсыпаюсь.

– А я днем тружусь до седьмого пота! – шутливо воскликнул Макар, унося Алину в комнату.

Бессонные ночи на нем не отразились, Макар был из тех редких людей, кому достаточно поспать часа два, чтобы прийти в норму. Утром он подскочил не по зову звонка, а сам, выпил кофе, чтобы взбодриться, хотя ему это было ни к чему. Бутерброд доедал уже в машине, направив колеса к Севастьяну. Чего он хотел? Наверное, просто посмотреть ему в глаза. То, что ему ночью открылось, Макар подвергал сомнению. Почему Севастьян? Он не вписывался ни в какую версию, к нему не клеился ни один из известных мотивов. Но раз Светлана знала, где находится Вероника, то и он тоже должен знать.

В салоне уже были покупатели, всего несколько человек. Солидные мужчины осматривали иномарки, те, кто попроще, – отечественные, выставленные на площадке под открытым небом. Макар ходил между автомобилями, присматриваясь к продавцам, охранникам, рабочим, убиравшим территорию на воздухе. Теперь его интересовало все: что за люди окружают Севастьяна, какие у него здесь порядки, чем вообще примечателен его салон, как он ведет себя, когда знает, что Макара нет рядом. И что Макар заметил? Именно порядок. Каждый человек железно знал свое место, работал с отточенным автоматизмом, короче, педантизм чувствовался во всем. Педантизм виден был и в доме Севастьяна, видимо, это его отличительная черта. Вроде все знают и понимают, о чем идет речь, когда произносят «педант», но Макар на всякий случай позвонил Алине, чтобы уточнить:

– Скажи точное значение слова «педантизм».

– Чрезмерная, преувеличенная аккуратность во всем до мелочей. Более подробно я могу посмотреть в словаре, но объяснение будет примерно такое же.

– Не надо.

Итак, преувеличенная аккуратность, но это еще не злодеяние. Что он, Макар, еще знает о Севастьяне? Абсолютно ничего. Ну и что? Севастьян производит отличное впечатление, правда, малость суховат, как выяснилось, но и человеческие страсти ему не чужды. Вон как его разобрало, когда обнаружился обман жены. А если это был хорошо разыгранный спектакль? Или, например, он на самом деле был испуган, но объяснил свой страх растерянностью по поводу жены. Что же было между ними на самом деле? Идей у Макара – ноль.

А вот и сам Севастьян появился в крытом салоне, через стеклянную стену Макар хорошо его видел. Собранный, деловой, немногословный, улыбчивый. И тени нет, что вчера он побывал в морге на опознании, между прочим, видел свою убитую жену. Как-то это должно было на нем отразиться? Наверное, но Макар сомневался, он сомневался уже во всем.

У ряда отечественных автомобилей его внимание привлекла девушка. Блондинка, невысокая, с хорошей фигурой и… отдаленно похожая

на Веронику. Нет, это мираж, Макару мерещится Вероника в каждой блондинке. Но он неотрывно смотрел на нее, вычисляя: могла ли эта девушка по просьбе Севастьяна получить крупную сумму в банке? Севастьян говорил, что написал доверенность на жену… Да что об этом-то думать! Кто стремится – тот устроит любую сделку. Блондинка ушла из салона. Подходить к ней рано, сначала надо удостовериться, что его подозрения имеют основания.

Вдруг со спины его кто-то тронул за плечо, Макар резко обернулся. Это был Севастьян:

– Привет. Охранник сообщил, что по салону бродит тип, автомобилями не интересуется, но что-то высматривает. Ты ко мне?

Макар ошибся. Видно, из-за расстояния. Печать вчерашнего опознания есть на лице Севастьяна: глаза печальны, между бровей складка, лицо не радостное, как показалось минуту назад. Но как у него поставлена работа! Вмиг заметили, что по салону без цели бродит какой-то тип.

– Да, к тебе, – сказал Макар.

– Идем в кабинет?

– Не стоит. Я хотел узнать… как ты?

– Нормально, если тебя устроит мой ответ, – помрачнел Севастьян. – Ты думаешь, легко все это пережить? Меня будто в дерьмо окунули. Что я буду объяснять? Мою жену убили. Почему? Что мне ответить на этот вопрос? Хотя… ничего не буду объяснять, а постараюсь забыть.

– Рано пока забывать, – оживился Макар, ведь у него есть возможность усыпить бдительность Севастьяна, а себя выставить в его глазах дубом. – Помни о настоящей Веронике, она где-то рядом. Так что будь осторожен, на улицах без нужды не появляйся.

– Ты будешь ее искать?

– А как же! – улыбнулся Макар. – Обязательно. И найду, непременно найду. Я не люблю темные истории, в которых выгляжу слепым котенком. Люблю ясность. А история твоей жены темнее ночи, дело чести прояснить ее.

– Моя помощь нужна?

– Посмотрим. – Появилась блондинка, принесла мужчине с выступающим животом бумаги. – Скажи, тебе вон та девушка никого не напоминает?

– Ты кого имеешь в виду? У меня здесь три девушки…

– Блондинку.

– Женя? – Севастьян уставился на нее, будто первый раз увидел. – Нет… А кого она должна мне напоминать?

– Веронику. И Светлану, то есть твою бывшую жену.

Севастьян, разглядывая Женю, выпятил губу, пожал плечами:

– Что, правда?.. Д-да… как будто есть некоторое сходство… Отдаленное. Ты наблюдательный, а я и не замечал. Уволю. Нет, я серьезно. Пусть это нехорошо с моей стороны, но уволю, чтоб не напоминала.

– Не стоит так круто, она в этом не виновата.

– Подожди. Все забываю спросить… Как Алина?

– Не знаю, я давно к ней не заглядывал, некогда. – Почему-то ему захотелось ответить именно так. Хотя какая разница, видит он Алину или нет? – Думаю, в порядке. Ладно, до скорого.

Макар энергично пошел к выходу, но чувствовал спиной: Севастьян смотрит ему вслед. У выхода обернулся и помахал ему.

24

Он плюхнулся на сиденье, завел мотор и, взявшись за руль, задумался, не сдвинувшись с места. У Севастьяна нормальная реакция мужика, попавшего в переплет.

– Он хитер и осторожен, – сказал внутренний голос. Да нет, это второе воплощение Макара устроилось рядышком.

Макар искал контрдоводы, не желая ошибиться в очередной раз.