Спасатель
Шрифт:
– Надо думать, - ответил Никанорыч и ничего конкретного не пообещал.
Но и не отказался наотрез. Что обнадёживало.
Вася Чайка, прапорщик с мобилизационных складов вооруженных сил Украины в Белой церкви, встретил меня радостно в предвкушении гешефта.
– Что так редко к нам заезжаешь? – хлопнул он меня по плечу.
– Тут столько вкусного на сторону ушло, пока тебя не было. Но, - кивнул он на КамАЗ, - на этот раз вижу, что богато
– Много хочу, - не стал я таиться и устраивать танцы с бубнами.
– И надеюсь на оптовую скидку.
– А вот отсюда подробнее, - потребовал прапор. – И вообще пошли ко мне в каморку. Нечего отсвечивать на юру. Пацаны твои путь в кабине посидят.
Перед этим я в Америку скатался, взял там, в секонд-хенде оптовом три тюка джинсовой одежды по доллару за фунт веса. Приодел своих белорусов под моду 1997 года. Фирменно. В настоящие джинсы, а не в те ««в которых выросла вся Америка»». А то, что слегка поношено, так-то, даже более жизненно выглядит, нежели их ««с иголочки»» одеть. А по местным меркам так вообще солидно.
Что белорусам не подошло, буду своих мужиков в колхозе этими шмотками премировать. Жмурова уже обеспечил.
В складской каморке на столе, застеленном украинской газетой, появилась бутылка горилки ««Немирофф»» - из морозилки небольшого холодильника, черный хлеб и сало с мясными прожилками, спелые помидоры, огурцы, цибуля, соль.
Чайка разлил по полстакана.
– С приехалом тебя. Будьмо, - провозгласил прапорщик, стукая своим стаканом о мой.
Надо же, как дорого гостя встречает. Впрочем, не было бы таких дорогих гостей, как я, не стоял бы около склада белый ««Мерседес-220 универсал»» в 123-м кузове.
Выпили. Хорошо пошла холодная медовая с перцем водка по пищеводу и взорвалась в желудке приятным теплом.
Посмотрев мой список, Чайка, икнул.
– Ну, у тебя, Дмитрий, и запросы, будто на первую империалистическую собрался с Петлюрой воевать. Брамиты – это такое же старьё, как и дерьмо мамонта. Ось что тебе надо, хоть и дороже.
Из ящика стола появился пистолет, чем-то неуловимо похожий на ПМ, только с толстым круглым стволом. И к нему еще длинный и толстый глушитель.
– Что это? – спросил я.
Чайка не стал скрытничать.
– БП. Бесшумный пистолет КГБ, ещё советского производства, - отвечая, Василий навинтил дополнительный глушитель и передал мне оружие рукояткой вперед.
– Тяжеловато в руке, но баланс нормальный. Так что намного эффективней нагана с брамитом будет. Правда и дороже. Зато с патронами проблем никаких. Ест он такие же маслята, как и обычный ««макарка»». Отдам за двести долларов одна штука. Два запасных магазина к каждому. Ну, и боекомплект.
– Наливай, - распорядился я, понимая, что торговля только началась.
Не первый раз торгуюсь с украинскими прапорщиками и давно понял, что
– Кобура?
– Будет. Штатная.
– Магазинов мало.
– Ладно. Дам по четыре на ствол. Так нормально?
– Патронов сколько?
– По сто штук на ствол.
– По двести.
– Куда тебе столько? Революцию в своей Рашке делать собрался?
– Запас карман не трёт.
– По сто пятьдесят. Если возьмешь больше одного пистолета.
– Возьму десять и к ним ящик патронов. И не жидись. Ценник у тебя и так просто конский.
– А где ты еще бесшумный пистолет возьмёшь? – ухмыляется прапор. – Двенадцать пестиков и ящик патронов. Как раз почти по двести на ствол выйдет. Плюс к каждому штатная кобура и по четыре магазина. Это не сложно – они с ««макаркой»» взаимозаменяемые. Плюс тарный ящик для пистолетов, тот как раз на дюжину. И скидка на наганы. Отдам упаковку – восемь штук револьверов в деревянном чемоданчике. По полтиннику. Хотел револьверы – любой каприз за ваши деньги. А брамит тебе любой хороший слесарь выточит. Нема в ничёго сложного.
– К наганам также ящик патронов? – спрашиваю.
– Сколько хочешь, – лыбится Василий. – Раньше у нас наганы в Приднестровье массово вывозили. Теперь там затишье. А на складе их еще полно.
– Договорились, - протягиваю руку, по которой Чайка хлопает своей ладонью. – Только наганы чтобы были не военного выпуска.
– Да хоть довоенного. Что еще? – прапорщик берет со стола мой список. Хмыкнул и в голос возмутился.
– Старик, у меня не музей. Откуда я тебе ППД возьму? И не оружейка киностудии имени Довженко, а мобсклад.
– Ну, нет, так нет, – развёл я руками. – Читай, Вася, дальше.
– Ручной пулемёт Дегтярёв пехотный ««с блином»» не позднее 1941 года выпуска. Ну, барин, ты и задачки ставишь… РПД, как ранее договаривались, у меня для тебя отложены. СКС дам сколько захочешь и недорого. Патроны к ним в достатке. Далее - патроны винтовочные 7,62 миллиметра. Ставь птицу. Их у нас хоть задницей ешь. Слушай, а тебе трофейное стрелядло не подойдет?
– Чьи трофеи?
– Военные. Румынское в основном.
– А патроны к ним есть?
– В Греции всё есть.
– Что там у тебя румынского? И не позже сорок второго года.
– Винтовки системы Манлихера под калибр 6,5 миллиметров. Есть совсем не юзаные, хоть они и с первой мировой в массе. Ну, и уродские автоматы мамалыжников.
– Возьму пару автоматов и штук шесть винтовок. Надеюсь, патроны к ним есть?
– Есть. К автомату ваще девять на девятнадцать Пара подходит, как к ««шмайсеру»» и их есть у меня. А вот к винтовкам патроны старые. Гарантии я на них не дам.