Спасатель
Шрифт:
Черт, да где же вы, ребята?! Наверное, я сказал это вслух, потому что идущий впереди Сапер вдруг резко остановился. Остановился, и…
– Тихо! Кажется что-то есть…
– Где? – выдохнули мы с Монахом.
– Впереди. Около тринадцати метров. Сигнал слабый.
Еще пару шагов. Теперь уже все три детектора тихо запищали. Я бросил взгляд на индикатор. Крупная живая масса на расстоянии одиннадцати метров… Восемь… Шесть… Но большая комната перед нами пуста. Пять метров. Сигнал устойчивый… По другую сторону коридора
Может быть, в следующей?..
Шесть метров! Расстояние увеличивается… Семь!
– Сапер, Монах, они под нами! Этажом ниже!
Мы рванулись к лестнице.
В живых осталось только трое военных сталкеров и ученый. Питон, Валет и Старик носили на рукавах шевроны старших сержантов, но как и все сталкеры в Зоне, предпочитали не звания и фамилиии, а клички. На оранжевом скафандре ученого я рассмотрел нашивку с фамилией «Антонов». Он был довольно тяжело ранен – сотрясение мозга, перелом руки, и сейчас лежал без сознания
Монах вытащил аптечку и занялся раненым, пока мы слушали рассказ о том, что здесь произошло.
Сюда они добрались без приключений. Аппаратура обнаружения аномалий работала надежно, своевременно засекая «комариные плеши», «мясорубки» и прочие подарки Зоны. Первыми на территорию заброшенного НИИ вошли сталкеры, за ними один БТР, потом остальные машины. Группа, подтянувшись к корпусу три, провела разведку и, развернув оборудование, начала работу. Несколько раз детекторы жизненных форм подавали сигнал тревоги, но невидимые существа отступали, и аппаратура успокаивалась. Кто-то из сталкеров сказал, что детекторы, скорее всего, засекают карликов в подвалах и канализации.
Группа продолжила работу. Был обнаружен и приведен на ручном управлении потерянный разведмодуль. Двое ученых и командир группы пошли к Черному камню, лежащему среди развалин по другую сторону главной аллеи…
Внезапно изо всех щелей и подвалов соседних зданий хлынули крысы. Выждав, когда люди покинут свои бронемашины и рассредоточатся, тысячи крыс набросились на них. Остановить их было невозможно. Группа погибла в считанные секунды.
Сталкеры пытались отстреливаться… бесполезно.
Четыре человека видели все это из лаборатории. Десятью минутами раньше инженерная машина проломила бульдозерным отвалом часть стены. Они зашли внутрь, чтобы еще раз проверить помещение и закрепить стальной трос вокруг экспериментальной установки, найденной там. Ее собирались сорвать с бетонного основания лебедкой гусеничной платформы-тягача, тросом вытащить наружу, и потом краном погрузить на платформу. Исследуя здание, сталкеры поднялись по лестнице на второй этаж. В этот момент и произошло нападение.
Им повезло, крысы не пошли наверх. Меньше чем через полчаса они исчезли, снова спрятавшись в подземельях.
Подождав несколько часов, люди решили рискнуть – добраться
Во время стычки люди сумели перескочить из лаборатории в основное здание – коридор внутри был завален.
Они забаррикадировались наверху и ждали, прислушиваясь к каждому звуку. Ждали рева двигателей бронетехники и стрельбы. Ждали спецназ. Хотя они знали, что искать их начнут не раньше, чем через десять-двенадцать часов… (услышав, что мы и есть этот самый спецназ, парни откровенно приуныли, но старались этого не показывать).
Время шло. Начало темнеть.
Ученый упросил одного из сталкеров спуститься с ним вниз – туда, где в холле лежала потерянная на бегу сумка. Он очень хотел принести ее наверх.
Дальше вмешалась случайность – спускаясь по лестнице, ученый дошел до НУЛЕВОГО этажа… Эта ошибка стоила ему дорого. Карлики поджидали жертву. На него тут же обрушилась лавина кирпичей. От удара в голову он потерял сознание. Сталкер едва успел вытащить его, метнув в дверной проем подвала последнюю гранату…
Прошла ночь. Никто из них не сомкнул глаз. В здании бесконечно что-то скрипело, падало, слышались чьи-то шаги… Сталкеры сидели у стен, держа дверь под прицелом. С рассветом все утихло.
Рано утром они видели бродившего вокруг развалин человека. Скорее всего какого-то чужого сталкера, на зомби он не походил – слишком уж осмысленными были его движения. Потом он исчез. Им всем страшно хотелось спать – сказывалась бессонная ночь…
Потом они услышали совсем рядом автоматную очередь, и выстрелили, чтобы привлечь внимание. Внизу ухнули взрывы. Когда они выглянули из окна, перед корпусом уже никого не было, кроме знакомого буро-коричневого моря крысиных спин…
– Ага. – усмехнулся Монах. – Мы в это время уже дикими скачками неслись вверх по лестнице.
Сталкеры вымучено улыбнулись.
– Скажите, а кто именно пошел к Черному камню? – после паузы спросил я.
– Командир группы, капитан Шевчук. И двое ученых. Григоренко и… кажется Кольцов. Может хоть им удалось как-то выбраться…
Я молча достал из кармана и показал ему нашивку Кольцова. Он все понял, и опустил голову, ничего не сказав.
Часы показывали четырнадцать – двадцать пять. Нужно было думать, как выбираться отсюда. Ученый пришел в себя, и тихо стонал. Шина, наложенная на сломанную руку прямо поверх скафандра, была довольно грубой. Ходить он почти не мог, с трудом сделал несколько шагов, сотрясение мозга было сильным.