Спасатель
Шрифт:
Дальше было всё буднично: заняли свои места, разрешение диспетчера — и старт. Через час мы уже были в гиперпространстве, делая первый прыжок из намеченных пяти. Только Дар крутил головой, стараясь рассмотреть всё на экранах. Его нейросеть пока не активировалась и он не мог получать информацию напрямую.
Путь до системы RJ-45821 прошел спокойно. Технология была отработана: перед выходом в обычное пространство включалась система активной маскировки, сканирование пространства, разгон и уход в гиперпространство. На восьмой день после старта мы, закутавшись в защитные поля, вынырнули на месте и стали сканировать систему вначале пассивными, а потом и активными сканерами.
Система RJ-45821
Я решил обосноваться возле огромного астероида, висящего немного в стороне от крайнего астероидного поля, и сделать там подобие ремонтной базы.
Посовещавшись, мы решили действовать следующим образом: Тонк точными и мощными сканерами «Терры» сканирует висящие в пространстве корабли и составляет подробную карту: тип корабля, принадлежность к флоту, степень повреждений, состояние реактора. Потом я буксиром вытягиваю выбранный корабль к нашей базе и техники начинают с ним разбираться. Сложность была в том, что корабли висели вперемешку, как слои на торте, так что вытягивать добычу надо было, не попавшись на прицел всё ещё живым оружейным турелям: словить разряд плазмы или луч лазера в упор было бы смертельно неприятно. Поэтому путь эвакуации очень сильно отличался от прямой и требовал тщательной проработки и ювелирно точного выполнения всех манёвров.
Подготовительные работы заняли час и я, погрузив на борт буксира технический комплекс с дроидами-диагностами, вылетел за первым кораблём.
Первой целью я выбрал огромную тушу военного транспорта. Транспорт висел ближе всего к нам и сканирование показало полное отсутствие энергии. По данным Тонка, у транспорта были повреждены двигатели и система энергоснабжения.
Включив на всякий случай силовые защитные поля, я стал осторожно приближаться к своей цели, передавая коды доступа. «Звезда Аратана», средний транспорт, тип «Литле», стандартный транспортный военный корабль дальнего радиуса действия, висел с разбитыми разгонными двигателями и пробоиной в брюхе. Приблизившись к транспорту, я просканировал его ещё раз (сканер показал только мёртвое железо), осторожно захватил захватами и потянул в сторону нашей будущей базы.
Притащив транспорт на место, я решил осмотреть его вблизи. Выйдя через шлюз буксира, я в лёгком скафандре ремонтника перебрался на транспорт, где замер, да и было от чего. Транспорт перевозил десант, который весь и остался на месте.
По данным программы «демилитаризация», транспорт такого типа брал на борт около пятисот человек десанта и средства усиления в виде штурмовых ботов.
Связавшись с «Террой», я сообщил им о своей находке и крейсер стал медленно приближаться, а я запустил дроидов-диагностов на обследование корабля.
Когда экипаж перебрался ко мне, я уже изучал первые доклады от диагностов и составлял план действий. Дав всем немного времени осмотреться, я начал импровизированное совещание.
— Итак, это первый корабль, который мы вытащили. У кого есть какие соображения? Тогда я предлагаю следующее. Я уже получил первую информацию от диагностов. Корабль находится в лучшем состоянии, чем могло бы быть: реактор рабочий, когда перебило энерговоды, сработали штатные предохранители и заглушили его. Искин отзывается на тест, но для его работы нет энергии. Система жизнеобеспечения тоже обесточена. Так что восстановив энерговоды, залатав пробоины и запустив систему жизнеобеспечения, мы получим ремонтную базу, на которой можно будет работать без скафандров. На
— Неплохо, а что с погибшими делать?
— Как я и говорил: восстановим нормальные условия и тогда ими займёмся. Я притяну поближе кучу обломков, пусть ремонтные дроиды делают урны для праха. А пока у нас есть куча другой работы. Если вопросов пока нет, то за работу: техники загоняют своих дроидов и заделывают пробоины, восстанавливают системы жизнеобеспечения и так далее по списку. Иван, ты тоже включаешься в работу как техник. Мет, ты как медик при помощи медицинских дроидов сносишь погибших в какой-то один отсек — они столько ждали, подождут ещё немного. Тонк и Кер — на «Терре» дальше сканируют систему и составляют карту безопасности. Дар пока учится и помогает Тонку.
Определившись с фронтом работ, я собрал своих дроидов-диагностов, вернулся на буксир и полетел к следующему намеченному кораблю.
За неделю работы нам удалось восстановить «Звезду Аратана» для нормальной работы без скафандров и навести там порядок: собрали все платёжные чипы, кристаллы с базами данных, оружие и много ещё всего разного.
У меня сложилось впечатление, что после боя выжившие в этой мясорубке просто удрали, бросив всё, что не могли сразу забрать: только с одного этого корабля мы собрали платёжных чипов на сумму в три миллиона с мелочью. А если подсчитать стоимость малой авиации, оружия, расходников, запасных частей — вообще выходила неслабая сумма под миллиард кредитов.
Так же мы вытащили шесть лёгких, три тяжёлых крейсера, два эсминца и два таких же транспортника, которые висели рядом со «Звездой Аратана» и ждали своей очереди на ремонт. На всех кораблях, до которых я смог дотянуть свои «загребущие ручки», собирались технические дроиды, которые приводились в порядок, пополняя ремонтные комплексы. Уже работало восемь полностью укомплектованных ремонтных комплексов, управляемых техниками и присоединившийся к ним Иван, который успел поднять технические базы до третьего уровня и во время отдыха в медкапсуле поднимал их до четвёртого.
Я занимался снятыми искинами, которые нужно было взламывать, тестировать и перепрограммировать. В этом мне сильно помогла всё-таки изученная мной до пятого уровня база «Программирование» и программы, скачанные в своё время Ником, моим наручным искином. Здесь моя паранойя расцвела буйным цветом и я устанавливал в каждом искине парочку закладок: полное подчинение мне по кодовой фразе и невозможность причинения вреда кораблям отряда «Джедаи» и торгового флота «Кейн» — мало ли что, вдруг корабль попадёт в чьи-то не совсем хорошие руки…
Запустив штатные двадцать медицинских капсул со «Звезды» и добавив ещё десять (больше просто не влезло), снятых с разбитого корабля санитарной поддержки, я поставил процесс извлечения нейросетей и имплантов на поток. Под управлением Мета медицинские дроиды приносили погибших, укладывали в медкапсулы, где сети и импланты и снимались. После кремации прах упаковывался в урны, на которые для идентификации погибших наносились данные ДНК. На данный момент уже было снято триста двадцать три нейросети десантно-штурмового направления и тридцать восемь пилотских, не считая имплантов. Всё тестировалось и упаковывалось для хранения — это был ещё один плюс оборудования военного образца, где применялось повторное использование сетей и имплантов.