Спасатель I

Владимиров Владимир Николаевич

Увидев, что я лежу без движения, он осмелел и вылез из-за машины, держа в руке СВД, он удивлено говорил с собой.

— Как однако выгодно получилось, и этого гавнюка заносчивого завалил и денег заработал. Сколько там за него Ахмед обещал, о аж триста тысяч зелени, — повезло мне.

Я выстрелил в руку с свд она повисла, я сам ублюдок упал. Я ударил его в голову ботинком потом переломал ребра, перевернув его на живот я прострелил ему жопу.

Вынул трубку и дал отбой всем, потом позвонил президенту и сказал заберите

ублюдка.

После снял портки с этого дерьма, и воткнул ему в жопу обрезанный мной ствол деревца, отпихнул свд от него. Обыскал и забрал трубку, там какой-то Ахмед, работа Петру и Димону.

на деревце в жопе быстро приехали ребята из охраны президента. Кивнули мне и забрали жоподерево с винтовкой.

Я вернулся к себе, кинул трубку Петру сказал разбирайтесь, охранички б…ь, от дома отойти нельзя. Они стояли все как пришибленные, хотелось наорать на них, но я махнул рукой и ушел.

Утром они предоставили отчет и попросили разрешения на карательный рейд, я кивнул.

Вечером привели одиннадцать человек, я сказал допросить, потом передать президенту, главное чтобы могли говорить. Ребята поняли.

Через два часа я знал все, через еще два часа президент тоже.

— Что будем делать? — спросил он.

— Вы ничего, вы вернулись, все в порядке, вы улетаете в Москву, я улечу вечером, — сказал я.

Он посмотрел на меня и кивнул. Ребята заложили ядерные заряды в основание гор, вокруг пяти сел, что занялись охотой на нас. Заряд там был слабенький заражения местности не будет, но горы рухнут и похоронят ущелье непуганых идиотов.

Вечером мы вылетели в Москву, на последней ступени трапа я нажал кнопку.

Взрыва никто не слышал, но из под земли пошел гул и горы начали проседать.

Утром сообщили что вблизи наших резиденций произошел страшный обвал гор, ученые считали был сдвиг земной коры и горы рухнули. Наши резиденции уцелели, но теперь мы отрезаны от материка морем с одной стороны и озером с другой. На машинах к нам не проедешь, либо вертолет, либо катер.

Я сидел на балконе и думал, как жить дальше. Ничего не придумав, позвал Светку.

Сидел и смотрел на нее пристально.

— Знаешь президент считает, что вырастил чудовище, — сказал я.

— А что он еще считает? — спросила она.

— Что ты любишь это чудовище, — сказал ей.

— А чудовище, что думает об этом? — спросила она.

— Какие думы у чудовища, оно на то и чудовище, что никому не интересно, — улыбнулся я — убить меня кстати хотел твой обожатель.

— У меня хватает обожателей, я всех не помню, — ответила она.

— Ладно, разговор не получился. Значит не стоит и продолжать. Спокойной ночи, Света.

Я думаю, что больше наша партия не нуждается в ваших услугах, так что удачной жизни с обожателями, прощай, — сказал я и встал, что бы уйти.

Она встала передо мной и уперлась ладошками мне в грудь, потом обняла и прошептала.

— Ревнивец, —

она поцеловала меня в губы я ответил сперва скромно, а потом страсть захватила меня и я стал целовать ее лицо, глаза, шею.

Когда часа через три мы очнулись было время обеда. Есть хотелось неимоверно.

Я приказал подать на балкон, встал сходил быстро в душ оделся и сел на балконе.

Минут через десять вышла Света. Мы быстро покушали, пора было поговорить.

— Как жить дальше милая? — спросил ее — я же был обвенчан с Юлькой, я конечно позвоню патриарху, благо дядька мой, поедешь со мной к нему?

— Конечно поеду, но можно ведь не закатывать свадьбу типа той, что была у вас, все сделать скромнее, — предложила она.

— Ты хочешь сказать, что не хочешь пышной свадьбы которая запомниться на всю жизнь?
–

спросил ее приподняв бровь в удивлении.

— Дурак, конечно хочу, но должна же я проявить скромность, — она лукаво улыбнулась.

— А ты готовить умеешь? Картошечку там пожарить со свининой, — спросил я с улыбкой.

Она посмотрела на меня улыбнулась и покачала головой.

— Какой же ты наивный, — улыбнулась она — я два года готовилась стать твоей женой. Я знаю все о Юле, знаю все о тебе, я умею все, что умела она, а многое намного лучше. Твоя мама раскусила меня в первый же день, а ты так ничего и не понял.

Я сидел и хлопал глазами как дурачок, вот как понять женщин, бесполезно.

Закурил, нужно взять себя в руки, успокоиться. Она умна, но нельзя так просто сдаваться, ценить не будет. Подошел к холодильнику достал водку выпил полстакана, и снова закурил.

— То есть мое мнение, если бы ты мне банально не нравилась, не учитывалось, — проговорил ей.

— Учитывалось конечно, я все делала для того, что бы нравиться тебе. Правда иногда казалось, что все бесполезно, что ты просто вежливый человек, ведь ты общался со мной как с другими. Временами я не знала, что делать и впадала в отчаяние, звонила отцу и плакала.

Он конечно меня жалел, но сделать с тобой ничего не мог, — она снова улыбнулась.

— Ты сейчас на мне папины технологии испытываешь? Не нужно, я их знаю, — ответил ей.

— Ясно, ты снова закрылся, какая же я дура, — она встала и ушла.

— Не судьба, — пробормотал я.

Зашел Петр, сказал, что Света просит отвести ее к отцу. Я понял если сейчас ничего не сделать потеряю ее навсегда. Встал и спустился вниз подошел к ней сзади обхватил и поднял на руки, она пискнула, но потом прижалась. Прижал ее к себе и понес наверх, там ее ждал второй, а потом и третий раунд любви. Когда она в изнеможении заснула, я вышел на балкон.

Сделал себе огромный и толстый бутерброд с черной икрой, налил водки и выпив закусил этим бутербродом. Силы надо восстанавливать. Зашли Димон и Петр, оба показали мне по большому пальцу.