СПАС II
Шрифт:
Плачевное состояние кораблей противника не должно было нас расслаблять. Как-никак они только что уничтожили довольно мощную земную эскадру, да и межзвездную связь заглушили одним своим приближением.
— Не теряйте бдительности! — Габриэль мыслил примерно в том же направлении. — Дайте на экраны тактические данные! Я не могу управлять кораблем наугад!
На экране побежали какие-то мало что мне говорившие цифры.
— Готовьте кормовые рейлганы! И… ого!
Маневр кубоидов смог удивить даже такого матерого космического волка, как Габриэль. Их корабли прямо в движении вдруг начали рассыпаться на части, сначала на крупные обломки, которые продолжали дробиться
— И что это значит? Они… они… самоуничтожились? — В голосе Элизабет сквозила надежда.
— Мы победили? — больше всех радовался Том. — Победили, ведь правда?!
— Видимо, наши им хорошо врезали! Сукины дети получили слишком серьезные повреждения! — не отставала от него Лаура.
Все наши надежды похоронил еще один участник нашей команды, который до сих пор отмалчивался.
— Они не уничтожились. Они проводят переконфигурацию, — зазвенел Локи.
— Пере… что?!
Ответить Габриэлю Локи не успел. Мы эту переконфигурацию смогли увидеть своими глазами. Разрозненные облака начали сбиваться в одну кучу, внутри которой стал формироваться какой-то контур. Мы уже знали, что корабли и оборудование кубоидов по сути своей являлись конструкторами, но я впервые видел, насколько быстро кубоиды создавали сложные конструкции. Причем вся эта копошащаяся масса продолжала лететь на нас, ни на секунду не останавливаясь!
Какими соображениями руководствовались кубоиды, мне было непонятно, но на этот раз их корабль приобрел другие очертания. Они сформировали тримаран — судно с большим центральным корпусом, к которому справа и слева крепились два некрупных поплавка.
— Кормовые готовы? — спросил Габриэль. И, получив подтверждение, скомандовал: — Пли!
«Феникс» тряхнуло, мы вместе с экипажем затаив дыхание наблюдали за четырьмя точками, появившимися на радаре. Рейлганы разгоняли свои снаряды до сумасшедших скоростей, поэтому за результатами «стрельб» нам следить пришлось недолго. Самих болванок рейлганов мы не увидели, они летели слишком быстро даже для высокоскоростных камер. Но следы от попаданий не заметить мог только слепой. Болванка влетела в корпус, практически не оставив после себя следов, а вот из «выходного отверстия» вылетел целый фонтан обломков!
— Раз! Два! Три! — Мы чуть ли не всем мостиком подсчитывали успешные попадания по врагу.
— Четвертый промазали, — с сожалением прошептал Габриэль и уже громче добавил: — Канонирам — пять баллов! С меня каждому по бутылке текилы!
— У нас во флоте приняты другие методы поощрения, — пробурчала Элизабет.
— Значит, барахло у вас, а не флот, — парировал Габриэль. — Канониры! Залп… стоп! Это еще что за ерунда?!
Отлетевшие от корабля кубоидов куски подумали-подумали да и вернулись на место. Кубоиды воссоздавали целостность конструкции корабля с поразительной скоростью. Кое-какие кубики, скорее всего, все-таки были уничтожены безвозвратно, но общая структура корабля от их потери не пострадала. Мне сразу вспомнилось то, о чем предупреждал Харрис — кинетическое оружие кубоидам навредить неспособно. Но Габриэль, видимо, решил убедиться в этом феномене лично.
— Ха-ха! — Смех у нашего командующего вышел каким-то совсем невеселым. — А плазмы-то у нас на борту и нет!
— Нам все? Смерть?! — забеспокоился Том.
— Да погоди ты помирать! — Казалось, что трудности Гэб воспринимает с диким неуемным восторгом. — Та-а-ак, что у нас есть? Лазерные турели ближней обороны… ладно, что есть, с тем
Но «работать» первыми начали не мы. Удивительная штука — невосприимчивые к кинетическим снарядам кубоиды сами их использовали! И делали это крайне необычным способом. Эти сволочи лепили ракеты прямо из себя! От корабля отделилось и полетело в нашу сторону три сгустка. По пути к нашему кораблю они начали трансформироваться в нечто вытянутое с хищным силуэтом. Тонкостей я не разглядел, двигались они слишком быстро.
— Приготовиться к столкновению! — скомандовал Габриэль, и по всему кораблю пронеслась тревожная сирена. Как будто она могла защитить нас от надвигающейся угрозы!
— Шлем, — подтолкнул Тома под локоть Мирко, — натягивай шлем! Быстрее, иначе попробуешь вакуум на вкус!
Остальные члены команды герметизировали скафандры и захлопывали шлемы без напоминаний: как-никак мы находились на борту военного корабля, и выучка у его экипажа была отличной.
— Ребятки, на кону целая бочка текилы! Или даже виски! И я вам ее вручу, если вы не подпустите их ближе чем на километр! — подбодрил Габриэль стрелков.
В современной схватке в космосе от операторов вооружения мало что зависит. Слишком большие скорости, слишком огромные расстояния. Человеческий мозг и реакция не в силах были поспевать за целями. По сути, функции канониров сводились к двум действиям — выбрать цель и подтвердить открытие огня по ней. Все остальное делали суперкомпьютеры и автоматика. Однако у людей, в отличие от машин, имелись такие преимущества, как предчувствие и интуиция. Дерни ручкой чуть правее, как тебе подсказывает сердце, и может быть, ты попадешь!
Нам однозначно достались профессионалы, лучшие из лучших. По-другому и быть не могло, ведь на нашем корабле летело первое лицо Марса. Лазерные росчерки, вырвавшиеся из скорострельных орудий, потянулись прямо к летящим на нас ракетам. Но те смогли преподнести нам гаденький сюрприз. Лучи уже вот-вот должны были их располосовать, как ракеты вдруг сами развалились на части! На тонкие длинные иглы!
Часть игл лазерные импульсы все-таки пожгли. Но это была лишь небольшая их доля.
— Нехорошо! Ой как это нехорошо! — успел вскрикнуть Том перед тем, как на мостике начался самый настоящий ад.
Черт знает из чего были сделаны эти иголки, но внешнюю броню крейсера они прошили, будто та не прочнее вишневого желе из тюбика. На мостик пришлось не менее десяти мелких пробоин, засвистел уходящий через них воздух, замерцало и вырубилось освещение, погасли приборы управления и экраны.
— Нам конец! — заверещал Том.
— Переключитесь на резервные системы, нам надо восстановить управление, пока нас не порвали!
— Медика на мостик! Медика на мостик! У нас тут раненый!
Я бы мог помочь экипажу с устранением неполадок, но у них своя инженерная бригада имелась, которая с перебитыми кабелями и дырами в обшивке не хуже моего справится. У меня же были таланты, которыми больше никто не обладал. Я включил налобный фонарь скафандра. Его луч заметался по раскуроченному мостику.
— У кого ранение? Кому помочь?
— Сюда! К навигаторскому посту! — Я заметил взметнувшуюся в луче руку.
— Бегу! Держитесь! — И рванул туда через хаос мечущихся людей.
Выбор я сделал верный: корабельный госпиталь да и стационар на планете помочь женщине-офицеру были не в силах. Игла пробила ей грудь навылет, зацепив сердце и легкие. Через забрало шлема раненой я видел розовую пену и струйки крови на ее губах.
— Быстро! Надо положить ее на пол! — Я снял женщину с коленей ее коллеги.