Спартак
Шрифт:
И Цицерон рассказывает, что когда римскому флоту посчастливилось захватить пиратский корабль, нагружённый добычей, то Веррес больше думал о захваченных ценностях, чем о расправе над пиратами. Он долго скрывал главного пирата, не предавая его казни, в надежде получить за него богатый выкуп.
Всё это до такой степени развязывало руки пиратам, что они смело входили в сицилийские порты и господствовали на море у самых берегов Италии. Тот же Цицерон говорит об очень удачной операции вождя пиратов Гераклеона, который у Пелорского побережья разбил весь сицилийский флот и предал его пламени.
Успешно выполнив эту операцию, Гераклеон увеличил свои силы за счёт примкнувших к нему рабов и двинулся теперь прямо
Приведённые факты указывают на связи рабов с пиратами Сицилии.
Спартак был связан с пиратами во время своего пребывания в Региуме. Нам известно, что вождь рабов договаривался с пиратами о переправе в Сицилию. Пираты, но имеющимся сведениям, обманули Спартака: взяв подарки, они скрылись. Означает ли это, что у спартаковцев больше никаких связей с пиратами не было?
Римские военачальники призывают к расправе над врагом.
Косвенные указания источников позволяют прийти к выводу, что эти связи, несомненно, продолжались. Оставшаяся часть армии Спартака, после того как он вывел из «бруттийской ловушки» только треть своей армии, продолжала, очевидно, добиваться возможности переправы в Сицилию. И конечно, без помощи пиратов она не в состоянии была это сделать.
Цицерон в одной из своих речей против Верреса обвиняет его в том, что вся западная прибрежная область южной Италии, от Вибона до Велии, оказалась во власти рабов и морских разбойников. И когда после объезда Сицилии в августе 70 г. Цицерон возвращался в Рим, ему пришлось пережить некоторые «дорожные приключения», поскольку все области, через которые следовало ехать, оказались занятыми рабами и морскими разбойниками.
«Ведь если бы, — говорит Цицерон, — обвиняемого можно было осудить в отсутствие обвинителя, мне не зачем было бы ехать на крошечном судёнышке из Вибона в Велию, пробираться между оружием беглых рабов, морских разбойников и твоим собственным, когда причина всей моей поспешности, соединённой с опасностью для моей жизни, заключалась лишь в опасении, как бы твоё дело не было снято с очереди, если бы я не поспел к сроку r суд».
Как видно из этого отрывка, весь район от Вибона до Велии в то время (лето 70 г.) находился во власти спартаковцев и морских разбойников. Поэтому великому оратору и знаменитому обвинителю Верреса пришлось ехать на плохоньком «крошечном судёнышке» морским путём от Вибона до Велии, откуда уже можно было пробраться в Рим сухопутной дорогой.
Таким образом, то обстоятельство, что вся западная часть юга Италии находилась во власти спартаковцев, и то, что Цицерон вынужден был констатировать здесь хозяйничание одновременно и рабов и морских разбойников, заставляет нас сделать вывод, что и те и другие находились между собой в определённой связи.
Последующие события начинают всё более подтверждать это положение.
Пиратство было настолько ощутительным для Рима, что он вынужден был послать в 67 г. на борьбу с морскими разбойниками столь известного полководца, как Помпёй.
Об активности пиратов в этот период Моммсен в своей «Римской истории» говорит следующее: «Эти бессовестные преступники не уважали уже более даже священной почвы Италии: из Кротона пираты похищают храмовые сокровища лаконской Геры; они причаливали в Брундизии, Мизене, Кайете, в этрусских гаванях, даже в Остии: брали в плен самых знатных римских командиров, в том числе предводителя флота при киликийской армии и двух преторов со всей их свитой, с их грозными секирами и прутьями и всеми атрибутами их сана; они похитили из одной виллы при Мизене сестру высланного для
В 67 г. Помпею пришлось потратить 3 месяца, чтобы сломить сопротивление пиратов. У западных берегов Италии Помпей боролся с пиратами 40 дней, чтобы изгнать их из италийских гнёзд. И потом 49 дней Помпей преследовал их у Крита и Киликии.
В то время как пираты были изгнаны с побережья юга Италии, отряды спартаковских ополчений долго ещё сохранялись в глубине южной Италии. Спартаковцы ещё в начале 62 г. захватили всю область Фурий и долго держали её в своих руках. Узнав о выступлении в Риме Катилины, рабы заволновались, и среди них было много таких, которые хотели использовать создавшуюся ситуацию, чтобы двинуться на Рим.
И только в 61 г. посланный Римом отряд Гая Октавия уничтожил последние остатки спартаковской армии.
Гай Юлий Цезарь.
Так закончилась героическая освободительная эпопея Спартака. Она подняла массы на освобождение от рабства и долго потрясала устои рабовладельческого Рима. Несмотря на своё поражение, она так подорвала рабовладельческий режим, что вызвала глубокие изменения в политическом строе Республики, предопределив тем самым её близкое и окончательное падение. Однако политика рабовладельцев всё интенсивнее направляется к сплочению всех прослоек рабовладельческого класса в борьбе за упрочение рабовладельческой системы. На этой почве происходит выдвижение ряда политических деятелей Рима, желающих иначе устроить государственный порядок в Римской республике. Через некоторое время после восстания Спартака усиливается борьба за установление строя рабовладельческой диктатуры. Рабовладельческая диктатура мыслится как ответная форма политики и становится действительной реакцией на происшедшие социальные потрясения в жизни Римского государства. После организации первого триумвирата в Риме к единодержавной власти в результате борьбы приходит Юлий Цезарь. С ним связано установление строя военной диктатуры, кладущей конец старым, демократическим порядкам Римской республики. В борьбе с революцией рабов рабовладельческий класс приходит теперь к новой форме своей власти.
СПАРТАК В ЛИТЕРАТУРЕ ВЕКОВ
СПАРТАКОВСКАЯ эпопея освободительной войны мало изучена и отражена в исторической литературе. Восстания рабов в древнем мире являются до сих пор недостаточно исследованной областью, так как буржуазная историческая наука этот вопрос сознательно обходила.
В общеисторической литературе Спартак занял столь незначительное место, что мы вправе говорить об отсутствии серьёзных исследований спартаковского движения.
Только в общих курсах по римской истории, как, например, у Друмана и Моммсена, делаются попытки более или менее полно охарактеризовать спартаковское восстание и воссоздать образ его героя. Восстания рабов не привлекали внимания исследователей, ибо эти восстания напоминали господствующим классам о восстаниях рабочих, о классовой борьбе пролетариата в эпоху буржуазного господства.
Поэтому буржуазная наука уклонялась от исследования этих проблем.
Но благородный образ Спартака рано обратил на себя внимание представителей художественной литературы. В романах, исторической драме, поэзии образ Спартака получил своё отражение.