Спарринг со смертью
Шрифт:
Когда он вышел, облачившись в чистое белье, то обнаружил на кухонном столе водочку, копченую колбаску, свежие огурцы, картошку, сливочное масло, омлет, пшеничный хлеб и соленые грибы.
— Как я тебя ждала, как ждала. — Мать обняла сына и вновь заревела.
Прежде чем наброситься на еду, он отставил водку и сообщил, что больше пить никогда не будет.
Мать с удивлением и уважением посмотрела на него и убрала со стола бутылку.
Сын был прав: если бы не водка, жить бы ему на свободе,
Сентябрь. Москва
— Виктор Михайлович! Оторвитесь на минутку! — раздался голос Ольги Аросьевой.
Быков не обращал на нее внимания. Он продолжал держать лапу.
— Сильней правой! Точнее в цель! Заноси локоть! Я сказал тебе — бей сильней! Сильней! — Не было ясно, кто устает больше — он или Андрей Чехов, который молотил по лапе. — Так! Хватит!
Чехов, тяжело дыша, прислонился к канатам. Они провисли под тяжестью его молодого тренированного тела.
— Знаешь, как ты должен бить?! — Виктор приблизил разгоряченное сердитое лицо к лицу молодого боксера. — Так, словно каждый твой удар — самый важный и к тому же последний! Ты понял?! Словно твой удар — единственный, и ты обязан свалить им соперника! Вкладывай в удар всю свою силу. Понял?! Всю!
— Это очень… тяжело. В полную силу.
Быков молча снял тренировочные лапы, отшвырнул их в сторону.
— Можешь идти, — спокойным голосом произнес он.
— Почему?!
— Я не буду тебя тренировать.
— Но почему?! — У Чехова задрожал подбородок.
— Ты не хочешь слушать меня. Иди!
— Виктор… Михайлович, я все понял! — В голосе Чехова была мольба. — Давайте продолжим, Виктор Михайлович.
Быков молчал. Чехов был лучшим из его учеников в возрасте до 20 лет. Самым ценным его качеством было то, что он не боялся соперников. Он легко и без раздумий шел вперед и наносил удары, не боясь боли, которую несли встречные удары противников. В нем не было этого тормоза, который появляется у более опытных боксеров и не дает им биться в полную силу. Оставалось лишь поставить Чехову действительно хорошие удары, обучить умению наносить их так, чтобы посылать противников в нокаут, присоединить к его природному бесстрашию удар завидной силы и резкости.
— Ладно. Но чтобы я больше не слышал таких разговоров. Никогда! — Виктор надел лапы, и Чехов продолжил отработку атакующих серий.
— Вот так — пойдет, — скупо похвалил его тренер. — Отдохни десять минут и начинай спарринг. — Он пошел в другой угол большого зала, который вмещал три ринга, множество тренажеров, зеркал и огромное количество свободного пространства, чтобы заниматься «боем с тенью».
— Виктор Михайлович! — вновь подошла к нему Ольга. Она была главным бухгалтером и заведовала всем хозяйством открывшегося
Когда-то она успешно занималась плаванием и даже взяла «бронзу» на России. Затем пришла пора подумать о будущем. Закончила бухгалтерские курсы, получила необходимые знания. Она была довольно привлекательна, сумела сохранить стройную гибкую фигуру, у нее была даже нехарактерная для профессиональных пловчих большая грудь, и Быков помнил, как однажды уединился с ней в своем кабинете. Ольга оказалась на удивление покладистой девочкой, она не стала упираться, а совсем наоборот — попыталась получить максимум удовольствия.
После этого Виктор старался воздерживаться от интимных встреч с Ольгой — столь покладистые дамы его не слишком привлекали.
— Что, Оля?
— Вы не хотите посмотреть на новую вывеску?
Старая вывеска уже давно портила Быкову настроение. Конец двадцатого века на дворе, а тут убогая фанерка с облезлыми от дождей буковками. Хотелось чего-то основательного, чтобы взглянешь — и сразу видно: серьезный человек, серьезный бизнес, как и подобает бывшему чемпиону России.
— Уже готова?
— «Школа бокса Виктора Быкова». Только что установили… Красота!
Быков пошел к выходу, подбадривая подопечных: «Веселей, ребята… работайте, работайте… запомните — чем больше вы сделаете сейчас, в этом зале, тем лучше вы будете чувствовать себя на ринге, во время боя…»
Два здоровых парня встретили его у входа в клуб. Начищенные ботинки, брючки, рубашечки, за спинами джип «Чероки».
— Вышел на вывеску взглянуть, тренер? — поинтересовался накачанный молодец весом с центнер.
Быков посмотрел на его коротко стриженную прическу, неширокий лоб, густые брови и квадратный подбородок.
— Хотите заниматься? — спокойно поинтересовался боксер, предполагая, что перед ним местная братва.
— Ага, — двинул мысль более грузный напарник «центнера».
Виктор обошел тяжеловесов и, отойдя от крыльца на несколько метров, оценил работу агентства по изготовлению рекламы.
Надпись, сделанная крупными красными буквами, была обрамлена лампочками и спрятана под стекло.
— Лучше, чем у тренера Микки, — поделился «худощавый» непрошеный собеседник.
— Тренер Микки был беден, разбогател лишь его ученик Рокки Бальбоа, — заметил Быков, зная, что в конечном счете разговор сведется к деньгам.
— Мы будем заниматься здесь, — твердо заявил обладатель жирового пояса на талии, — за это тебя никто не тронет.
— И как много учеников у меня прибавится? — поинтересовался Виктор.
Он давно ждал чего-либо подобного и только после того, как прошел месяц, успокоился. Оказалось — зря. Какие условия ему выдвинут, он не знал.