Сожаление
Шрифт:
Он захихикал и отодвинул задницу, устраивая ее в траве. Его ноги все еще лежали поверх моих, но я свободно могла двигаться, как мне нравится.
– Это была ты?
– он засмеялся, как будто считал смешным то, что я сделала. – Тебе, должно быть, неловко. Я помню, что слышал маленькие шаги по дому, как будто кто-то собирался убить. Ты убежала, словно сумасшедшая. Я проснулся, смеясь, и нашел забавным, что моя нагота так повлияла на невольного свидетеля, - он взял травинку и щелкнул ею по моему носу.
– Для справки, я до сих пор так делаю. Только теперь вместо пива Джек.
Я
– Хорошо, - я толкнула его, затем легла на спину, сцепляя пальцы на затылке, и посмотрела на облака.
– А теперь расскажи мне историю об Адрике. Я хочу знать больше.
Он прикусил кольцо в губе, прежде чем лечь рядом со мной, и положил руки под голову, как я.
– Однажды, мы искали Райли и пошли к нему домой. Его мама сказала нам, что он будет дома с минуты на минуту, - он замолчал, когда заметил, что я улыбаюсь.
– Ты имеешь в виду сексуально-озабоченную Миссис Секстон?
– Эй, ты хочешь услышать историю или нет? – спросил он с игривой ухмылкой.
Я прикрыла рот рукой и засмеялась.
– Прости. Пожалуйста, продолжай.
Он посмотрел на могилу Адрика.
– Я люблю тебя, мужик. Прости за это.
Он поднял кулак вверх, как будто стукается кулаком с Адриком. Они всегда делали так в прошлом. Каждый раз, когда они здоровались или прощались, всегда стукались кулаками. Мои глаза намокли, а он повернул голову к небу.
– Ну, так или иначе. Мы пошли внутрь под фальшивым предлогом, что Райли скоро будет дома. Она предлагала нам закуски и глоток вина, пока не накинулась на Адрика. Он просто сидел с красным лицом, ошеломленный, когда она начала танцевать для него приватный танец, стягивая одежду. Я должен был спасти его от нее, когда она начала раздеваться. Нам пришлось бежать в дверь, когда у него уже были на половину спущены штаны. Потом ему снились кошмары в течение нескольких дней.
Я свернулась в позу эмбриона и засмеялась сильнее, чем смеялась за все эти годы, слезы текли по лицу. Я понятия не имела, что Адрик был жертвой разбойных сексуальных игр миссис Секстон. Райли перестал приглашать друзей домой, когда они были в периоде полового созревания. Все знали ее и держались от нее в стороне. Она была, как зверь, просто готовая разорвать невинного человека на части и впиться в него зубами. Я даже не помню, когда в последний раз она была на свидании. Она довольно пугающая.
– Святое дерьмо! Вот почему он просыпался от собственного крика: «Кто-нибудь, укротите дикого зверя». Я всегда задавалась вопросом, о чем это он.
Мы оба просто лежали, делясь историями, и смеялись, пока не начало темнеть. Я понятия не имела, как долго мы пробыли здесь, но, наверное, сейчас уже около восьми.
Я села головой к могиле Адрика. Положила руку на музыкальные ноты и склонила голову на траву примерно там, где лежат его голова и грудь в шести футах под землей. Я знаю, это звучит безумно, но раньше клала голову на его грудь ночью, слушала его истории о том, как мама и папа воевали.
– Ади, что бы я ни отдала, чтобы ты был здесь со мной. Чтобы увидеть твою улыбку и услышать твой смех. Я скучаю по твоей игре на гитаре, когда засыпаю.
Я встала и обнаружила рядом с собой Келлана. Он выглядел слегка потрясенным, а глаза были мокрыми. Он наклонился и провел пальцем под глазами, вытирая упавшую слезу.
– Это нормально, плакать и скучать по нему. Я скучаю по нему каждый день, не проходит и дня, чтобы я не хотел изменить прошлое. Есть много вещей, которые я сделал бы по-другому. Поверь мне, ты понятия не имеешь. Все, что мы можем сделать, это сохранить хорошие воспоминания. Как мы это делали сегодня. Пока воспоминания о нем живы, то он все еще здесь, с нами. А когда мы перестанем помнить, то он уйдет. Давай не позволим этому случиться.
Я кивнула головой и спрятала свое лицо на его комфортной груди. И тогда я отпустила. Все, что держала в течение многих лет, боль, обиду и чувство вины, что я повесила на себя. Плакала так, что мое тело било в конвульсиях, и я едва могла устоять на ногах, но Келлан просто прижимал меня к себе крепче и касался губами моих волос.
– Все в порядке, девочка. Это нормально, отпусти это, - я почувствовала слезы, падающие на мою голову, и именно тогда поняла, что не одинока. У Келлана столько же любви к Адрику, сколько и у меня. Это осознание сделало меня счастливой. Настолько счастливой, что я улыбнулась сквозь слезы.
Я оторвалась от него и увидела, что мне удалось оставить след туши на его груди. Могу предположить, что так по всей рубашке, но не могу сказать точно, потому что она темного цвета. Я, наверное, в полном беспорядке.
– Ты готов? Нам пора идти, - я вытерла глаза, и он подарил мне легкую улыбку.
– Да, конечно. Могу я отвезти тебя еще в одно место? У меня кое-что есть, чем я хочу поделиться с тобой сегодня вечером, но ты должна доверять мне.
Он смотрел мне в глаза. Там было что-то такое, что сказало мне, что все будет в порядке. Что-то в его глазах просило меня доверять ему.
– Да, - это все, что я сказала в ответ. Это все, что я могла сказать.
Как только мы приблизились, я довольно быстро поняла, куда он привез меня. Мысль о возвращении туда заставила меня нервничать, но также сделала меня счастливой. Это его особое место, и это будет второй раз, когда он взял меня туда.
– Снова на крышу? – нервно спросила я, пока он парковал свой грузовик.
Он вытащил ключи из замка зажигания и бросил их мне.
– Ты можешь сказать, когда захочешь уехать. Когда тебе станет неудобно и захочешь уйти, я отвезу тебя в любое место, куда захочешь, - он посмотрел на меня серьезным взглядом, и мое сердце растаяло для него. Он выглядел таким заботливым и защищающим.