Созерцатель
Шрифт:
«Это не реаниматор, – Мет механически мотнул головой, останавливаясь перед медработником. – Странно! Зачем он здесь?»
Он оглянулся на Атру.
– Ты сможешь разбудить его? – поинтересовался он, указав на медработника.
Ничего не говоря, Атра уставилась в лежащего медработника.
Прошло несколько мгновений – тот заворочался и вдруг резким движением вскочил и сделав шаг назад, упёрся спиной в стену и уставился в Мета немигающим взглядом.
– Ты кто? – Мет взмахнул подбородком.
– Психоаналитик, – едва слышно произнёс медработник.
– Зачем ты здесь? –
– Комиссия из Регата, – прошелестели губы психоаналитика.
– Зачем? – Мет опять взмахнул подбородком.
– Решать судьбу ребёнка и его матери, – едва слышно произнёс психоаналитик.
– Олига здесь? Где? – едва ли не выкрикнул Мет.
– На третьем уровне, – зашелестели губы психоаналитика. – Я был против. Они меня заставили, – поспешно произнёс он последние фразы.
– О ком это ты?
– Об офицерах.
– Проводи к Олиге.
– К кому? – в голосе психоаналитика скользнула нотка страха.
– К Оллге Мартинн, чёрт бы тебя забрал! – невольно выкрикнул Мет, на языке землян, правильно назвав имя Олиги.
– Она… – видимо правильно поняв имя настоящее Олиги психоаналитик повёл подбородком в сторону Атры.
– Это её сестра! – произнёс Мет первое, что всплыло в его информационном поле. – Веди!
– Да-да! Конечно! – покивав головой, психоаналитик отделился от стены и быстро пошёл по коридору вглубь вестибюля, вскоре перейдя на бег.
– Не беги! – выкрикнул Мет ему в спину, едва поспевая. – Ребёнок у меня.
– Да-да! Конечно! – оглянувшись, психоаналитик перешёл на шаг. – Мне показалось – вы торопитесь.
– Тороплюсь, но всему есть разумный предел.
– Да-да! Конечно!
Психоаналитик отвернулся и продолжил свой путь быстрым шагом, но по тому, как его шаги были напряжены, Мет понимал, что он себя едва сдерживал, чтобы не побежать.
Вдруг психоаналитик резко остановился и повернулся к двери напротив.
– Ты же сказал, что…
– Это лифт, – перебил Мета мужчина.
– Пожалуй, нет! – Мет покрутил головой. – Пойдём пешком.
– Я думал…
– Нет! – твёрдым голосом произнёс Мет. – Слишком вы на выдумки горазды.
– Как пожелаете, – повернувшись, психоаналитик пошёл в обратную сторону
– Останься в вестибюле и не впускай внутрь никого, пока я не вернусь, – произнёс Мет, бросив быстрый взгляд в сторону Атры и направился за уходящим психоаналитиком.
Вскоре тот свернул к лестнице и пошёл вверх. Посмотрев вверх и никого там не увидев, Мет, до предела сконцентрировав своё поле, тоже начал подниматься. Он хорошо чувствовал, как к нему возвращается прежняя мощность его психотронного поля и возможно Атра ему уже была не нужна.
***
Поднимались они долго. Прошли несколько закрытых дверей. Было видно, что психоаналитику подъём по лестнице даётся нелегко, потому что он шумно дышал. Мет же шёл без труда, для него это не было проблемой. Малыш вёл себя тихо и спокойно сидел у отца на руках, его поле тоже было спокойным. Лестница шла лишь среди одних белых стен, без окон и Мет не представлял, их реального местонахождения, хотя чувствовал в стенах несколько
– Прошу вас быть спокойным, – тихим голосом, шумно дыша, заговорил он. – Здесь пациенты.
– Моё спокойствие определяется вашим поведением. Какая-то выдумка и я не гарантирую своё спокойствие.
– Да-да! Конечно! Я вас понимаю, – психоаналитик кивнул головой и дотронулся до пластинки у стены, находящейся на уровне его пояса.
Мет вскинул брови, он впервые увидел, что пластинка идентификации, расположена так низко, обычно она находилась на уровне плеч.
Дверь, теперь уже привычно, скользнула в сторону и мужчина вытянул руку в образовавшийся проём.
– Прошу вас!
Малыш на руках Мета заёрзал, закряхтел.
– Тебя что-то беспокоит? – Мет легонько тряхнул сына.
Малыш прижался к нему.
Негромко хмыкнув, Мет вбросил в проём своё поле и разбросил его по сторонам – там чувствовалось большое количество биополей, но все они были спокойны. Одно из биополей показалось Мету знакомым. Он легонько коснулся его – биополе встрепенулось. Однозначно – это была Олига.
– Малыш! Ты почувствовал маму, – с веселыми нотками в голосе заговорил Мет и ещё раз тряхнул сына. – Так поторопимся же к ней, – он глянулся на психоаналитика. – Останься! Я сам!
Отвернувшись, он прошёл через дверной проём и руководствуясь полем Олиги, пошёл по коридору. Коридор был пуст, но Мет чувствовал, что, практически, за всеми дверьми были биополя людей.
«Неужели в тюрьме там много больных заключённых, – всплыли у Мета тревожные мысли. – Неужели у такого количества зоторов проблемы, и с законом, и со здоровьем? Ну и ну!»
Наконец он дошёл до той двери, за которым было биополе Олиги. Дверь была закрытой. Остановившись перед ней, Мет вошёл внутрь своим полем – Олига была там одна, её биополе было спокойно, будто она спала. Мет покрутил головой, пластинка идентификации была в стене рядом с дверью. Он ткнул в неё своим полем – из неё тут же брызнул сноп искр и заструился серый дымок, но дверь даже не дрогнула. Состроив гримасу досады, Мет прижал руку к двери и толкнул в сторону, дверь скользнула в стену – за образовавшимся проёмом никого не было.
Из коридора Мету была видна лишь часть комнаты – Олиги в этой её части видно не было. Мет шагнул в дверной проём и заглянул внутрь.
Это была большая светлая комната с большим окном, совсем не похожая на тюремную камеру, какая была в его представлении. У окна, спиной к двери стояла женщина в розовой одежде и смотрела в окно. Вместо копны красно-рыжих волос Олиги, волнами ниспадающих на её плечи и спину, волосы женщины были лишь рыжеватыми, короткими и едва касались воротника её одежды. С замершим сердцем Мет направился к женщине. Видимо почувствовав, что в комнату кто-то вошёл, она оглянулась. Мет остановился – на него смотрели огромные чёрные глаза очень худой, изнеможённой женщины. Женщина, повернулась и вытянув руки, шагнула в сторону Мета, её ноги подкосились и она рухнула на пол.