Создатель меча
Шрифт:
Не знаю, найдется ли человек, которому приятно слушать как его обсуждают, словно он где-то далеко. Но поскольку в общем-то я и был далеко
— в комнате лежало только мое дергающееся тело — я не стал возмущаться. Меня всего скрутило в узлы и я только пытался вдыхать и выдыхать, заставляя двигаться сведенную судорогой диафрагму.
Алрик, уловив кивок Дел, вывел Лену и девочек из комнаты.
— Баска… я не могу… дышать…
Дел отложила в сторону мои ножны и подсела поближе.
— Я знаю. Попытайся
— САМА бы попробовала.
— Я знаю, — очень мягко повторила она.
Мне стоило больших усилий выдавить целое предложение.
— А с тобой такое случалось?
Дел была занята, пытаясь размять самые сильные спазмы. Обидно было только что сводило у меня все тело, а рук у Дел всего две.
— Не так сильно, — ответила она. — Я неважно себя чувствовала, когда в первый раз призвала яватму, а потом никогда ничего похожего на это… Ничего хуже я еще не видела.
Ну конечно, всегда и во всем я первый.
— Знал бы я, что это за мечи… — я осекся и заскрипел зубами. — Аиды… больно…
— Я знаю, — снова сказала она. — Наверное это из-за Чоса Деи… если бы дело было только в яватме, ты бы так не мучился. Я не знаю, что ты сделал, но с магией такой силы до тебя никто не сталкивался. И теперь ты расплачиваешься за это.
— Я и сам не знаю, что я сделал, — аиды, как же больно. Пот стекал по моему телу, жаля обожженную кожу. — Я просто… я не мог позволить Чоса Деи получить тело Набира… получить мое тело…
Дел разминала мне шею. Боль была острой.
— Ты изменил погоду, Тигр. Ты вызвал бурю, — уверенно сказала она.
— Откуда ты знаешь? — процедил я сквозь стиснутые зубы. — Тебя же здесь не было.
— Моим мечом я вызываю баньши-бурю, которая известна только на Севере. Твоя буря — самиэль… горячий, пустынный ветер, дующий из Пенджи,
— Дел помолчала. — Ты еще ничего не понял? В твоем мече вся сила Юга. Сила, мощь, магия… Твой меч — это сам Юг, так же как мой — Север.
Мне потребовалось время, чтобы понять ее.
— И с каких пор — ой!.. тебе это стало ясно?
— С того момента, как ты призвал меч в горе Чоса Деи.
— Так что же ты до сих пор… ой! Аиды, баска, полегче…. Ты послала Гаррода за хува?
— Да.
— Хува — наркотик.
— Да.
— У меня в голове все перепутается.
— Когда ты напиваешься акиви, у тебя тоже все путается в голове… А вот и Гаррод. Сейчас Лена заварит чай.
Лена заварила чай. Дел добавила в него хува, а я все это время покрывался потом и дергался. К тому времени, когда они наконец-то закончили, я был готов на все, что угодно, лишь бы избавиться от боли.
— Выпей, — Дел принесла чашку. — Будет горько, мы заварили второпях и настоять не было времени, но все равно пей. Он поможет.
Горько это было мягко сказано. Чай был ужасным.
— Когда подействует?
— Он
— По-моему, я забыл как это делается.
Дел массировала мои плечи.
— Потерпи еще немного.
— Я потерпел. Я долго терпел. А потом, когда я уже потерял надежду, чай подействовал.
— Баска…
— Я здесь, Тигр.
— Комната вращается…
— Я знаю.
— А ты паришь в воздухе…
— Знаю.
— И я парю в воздухе…
— Знаю.
Боль немного отступила. Облегчение наполнило мое сознание, но я не позволил ему войти. Я боялся позволить ему войти. Если оно войдет и не задержится, я этого не переживу.
Я сонно пробормотал:
— Он переделал ноги Набира.
— И пытался переделать тебя.
— Ему нужно было тело Набира.
Ее руки по-прежнему разминали мои ноющие мышцы.
— Теперь понимаешь, Тигр, почему ты всегда должен быть настороже? Почему ты ни на минуту не можешь оставить его, или продать, или спрятать, или отдать кому-то? Почему ты должен охранять этот меч?
Я не ответил.
— Ты прав, нам нужно искать Шака Обре. Наверное кроме него никто не сможет тебе помочь… Он единственный, кто знает Чоса Деи настолько, чтобы победить его.
Я связал все воедино и пришел к определенным выводам.
— Еще несколько таких стычек, и Чоса хорошо изучит меня… Ему нужно мое тело.
— Ты очень сильный, ты с ним справишься… Он не сможет победить тебя.
Слова давались мне с трудом.
— Ты не знаешь, баска… он чуть не победил сегодня…
— Но не победил. Ты остановил его. Ты боролся и одолел его. Так уже было, так будет и дальше.
Боль уходила и по частям уносила с собой мое сознание.
— Мне нужно избавиться от… него.
— Значит нужно освободить меч, соблюдая все ритуалы.
— Шака Обре, — пробормотал я. — Может джихади… может джихади…
Дел слабо улыбнулась. Сквозь свои ресницы я видел, как смягчились напряженные Северные черты.
— Если у джихади будет на это время.
— Аиды… чай… крепкий…
Судороги прекратились. Я позволил чувству облегчения наполнить мое сознание. Я весь отдался ему, оно могло забрать меня всего… и его дар был сродни блаженству.
— Лучше… лучше… — я вяло скользил в никуда и хува затуманивала мне голову, и поэтому я сказал то, что не хотел говорить. — Я спрашивал Сулу. Я просил ее рассказать правду, — неразборчиво бормотал я.
Пальцы Дел замедлили движение, потом продолжили разминать мои мышцы.
— И что она сказала?
Трудно было оставаться в сознании.
— Она не знала… она сказала, что не знала…
Пальцы Дел нежно погладили мою кожу.
— Мне очень жаль, Тигр.
Язык распух.
— А потом… она умерла. Она умерла.