Союзники

Дрейк Дэвид Аллен

Слявскрит оглушительно рыкнул. Оба раба — человек и эльф — от испуга вздрогнули. У эльфа мохнатые ушные раковины свернулись в трубочки.

— Что такое сигнал к производству шариков? Как его передать машинам? — спросил Эсторил.

— Легче всего это сделать при помощи передатчика, который остался в башне, — начал объяснять человек. — Надеюсь, вы не разрушили ту башню на южном континенте с электростанцией?

— Да! — рявкнул Слявскрит, кипя от возмущения. До чего обнаглели рабы! В его присутствии говорят о том, чего господин Слявскрит

не понимает. — Что делает сигнал производства шаров?!

— Этот сигнал приказывает машине делать то, что нам нужно. Машины перестанут вредить и будут производить шарики из молибдена или из стали, легированной молибденом, или из латуни, или из иридия, или из любого другого металла. С помощью этого сигнала также можно приказать машинам изготавливать шарики любого размера. Короче говоря, сигнал превращает машины в заводы по производству шариков. При этом машины прекращают размножение. Они больше не будут делать себе подобных.

— Именно это нам нужно, — объяснил эльф капитану. — После этого лишние машины можно будет уничтожить привычными средствами, я имею в виду плазменные пушки и прочее оружие.

— Похоже, они доставили вам немало хлопот, — сказал человек.

Эльф тряхнул мохнатыми ушами, а Слявскрит прорычал:

— Эти твари шибко размножились. — Посчитав дело законченным, халианин повернулся к пульту управления, включил двигатели и проворчал, обращаясь к своим сподвижникам: — Выбросьте этого гуманоида за борт.

Доставив человека Альянса на секретнейшую базу Синдиката, капитан Слявскрит навлек бы на себя беды, сравнимые разве что с теми пытками, которыми он несколько минут назад угрожал этому человеку.

— По кускам? — уточнил один из халиан.

— Нет! — рявкнул капитан и на всякий случай объяснил тупицам приказ в более доступных выражениях: — Живым! Бегающим! Радостным!

Слявскрит решил отпустить человека целым и невредимым вовсе не из сострадания. Просто он подозревал, что покончить с плодящимися на Желчи тварями все равно не удастся. И тогда это безволосое чучело, разбирающееся в машинах, еще понадобится.

— Что-то подозрительно тихо, — насторожился главный инженер базы Рао. От усталости у него слипались глаза. Он сидел за столом, обхватив голову руками так, что со стороны было не понятно, открыты ли у него глаза.

Начальница базы Смит сидела в кресле с открытыми глазами, но ее рассеянный взгляд блуждал где-то далеко-далеко.

— Может, мы уже всех перебили, — осторожно предположил заместитель главного инженера Джикетси. Он сидел перед экраном компьютера. Ни на экране, ни на лице Джикетси не происходило ничего примечательного.

— Слишком маловероятно, — сказала Смит. — Когда же вернется «Карбункул»?

— Подозрительно тихо, — повторил Рао.

— Он улетел всего три дня назад, — напомнил Джикетси. — Ему еще три дня добираться, если не больше.

— А мне казалось, что прошло больше трех дней.

— Все же, черт возьми, почему так тихо, — пробормотал

Рао.

Зазвонил телефон.

Смит подняла трубку с таким сосредоточенным видом, будто накалывала на вилку последний оставшийся на тарелке огурчик.

— Говорит третий! — залаял в трубке пилот единственного уцелевшего корабля. — Происходит что-то непонятное!

Этот корабль оказался вне кратера, когда адские машины начали отстреливаться шариками. Начиная с этого момента приземлиться внутри кратера было невозможно. Те корабли, что пытались сделать это, были мгновенно сбиты целыми тучами стальных шариков. Они падали, пожирались, переваривались и превращались в адские машины, сбивающие корабли.

— Покажи нам, что происходит, — потребовала Смит. — Ничего не говори, просто покажи.

— Верхний правый экран, — объявил Джикетси, нажимая клавиши. На экране появилось изображение, передаваемое камерой с борта корабля номер три, лежавшего за пределами кратера.

— Боже Всемогущий! — ужаснулась Смит. Сон с нее как рукой сняло.

К кратеру приближались каменные глыбы — огромные куски реголита, покрывавшие маленькую планету Желчь. Такие скалы могли защитить даже от мощных плазменных пушек.

— Джикетси! — взвизгнула Смит. — Почему не срабатывают защитные системы?!

— Сейчас попробую перевести их на ручное управление. — Он забарабанил по клавишам и равнодушно произнес: — Не работают.

Видеокамеры, установленные по краям кратера, показывали, что локаторы защитных систем исправно вращаются, но теперь большая часть плазменных пушек почему-то была обращена не наружу, а внутрь кратера.

Капитан корабля номер три не выдержал и поднял корабль вверх. Такое нарушение приказа грозило ему трибуналом и высшей мерой наказания.

В следующую секунду тридцать плазменных пушек защитных систем по всему периметру кратера выстрелили одновременно. Корабль превратился в яркое голубоватое облачко, которое начало оседать на поверхность Желчи. Эти остатки тоже пригодятся для производства шариков.

Машины, затаившиеся внутри кратера, продолжали неподвижно лежать на дне, а их усовершенствованные потомки, изготовленные далеко за пределами кратера, двинулись в наступление. Близился решающий этап великой битвы, которая должна была установить на Желчи власть машин, а значит, и бесперебойное производство металлических шариков.

— Подозрительной тишины больше нет, — пробормотал Рао.

Корвет «Карбункул» завис над Желчью. Подобный режим не был предусмотрен конструкцией халианского корабля, поэтому корвет трясся так, что, казалось, готов вот-вот разлететься на куски и выпасть на поверхность Желчи металлическим градом.

— Где эта хренова база, что она испарилась?! — пролаял капитан Слявскрит.

— Мы находимся как раз над ней, сэр, — ответил штурман и ощерил клыки, недвусмысленно показывая, что готов спорить на все, что угодно, в том числе и на собственную жизнь.