Совы не моргают
Шрифт:
– Для меня все это слишком сложно, – вздохнула Берта. – Китайская головоломка, из тех, что ты любишь. Мне они вовсе не нравятся.
– Я и сам не в восторге, но вопрос не в том, нравится нам это или нет. Мы увязли в дерьме, причем по горло!
– Ну тогда я свяжусь с Хейлом, – сказала Берта. – И попрошу его разъяснить. Я…
– Ты не сделаешь ничего подобного, – прервал ее я. – Вспомни, что сказал нам Хейл. Он не хочет, чтобы мы выясняли, кто и зачем нас нанял. Нас наняли только для одного – чтобы мы разыскали Роберту
Я видел, что Берта обдумывает сказанное, пока мы шли к отелю. Перед тем как войти в вестибюль, она сказала:
– Ладно. Я приняла решение.
– Какое?
– Мы нашли Роберту Фенн. Нас для этого нанимали. И мы должны получить премию. Теперь нам надо вернуться в Лос-Анджелес. Это строительство – важное дело!
Я согласился с ней.
Берта вошла в вестибюль, подошла к конторке и спросила:
– Когда ближайший поезд в Калифорнию?
Клерк улыбнулся:
– Сейчас выясню у швейцара, он… Подождите минутку, вы миссис Кул?
– Да.
– Вы были у нас зарегистрированы и выписались вчера, не так ли?
– Правильно.
– Сегодня утром на ваше имя пришла телеграмма. Мы решили возвратить ее на телеграф. Одну минуту, может быть, она еще не ушла. Да! Вот она. – И он вручил Берте телеграмму.
Она вскрыла послание и держала его так, чтобы я мог прочесть через ее плечо. Оно было датировано предыдущим днем и отправлено из Ричмонда.
«После разговора с вами по телефону решил вернуться в Новый Орлеан первым же самолетом. Эмори Г. Хейл».
Глава 9
Мы отошли от конторки. Берта продолжала смотреть на телеграмму.
– Хейл может оказаться здесь в любой момент, – сказал я. – Есть ранний самолет из Нью-Йорка. Он не сообщил, каким рейсом прилетит, ведь так? По-видимому, приземлился в Ричмонде по пути на север.
– Нет, не сообщил – просто написал: «первым же самолетом». Наверное, потому, что сейчас так много желающих лететь, – предположила Берта.
– Когда он прилетит, разговаривать с ним буду я.
Берта приняла внезапное решение:
– Ты, черт возьми, совершенно прав. Разговаривать должен ты. Берта сядет в самолет и отправится в Лос-Анджелес. Если мистер Хейл будет задавать вопросы, скажешь, что у Берты работа, которая требует ее присутствия. Ты ведь не станешь рассказывать ему о том, что мы были там утром, и обо всем случившемся, верно?
– Нет.
– Это все, что я хотела узнать, – сказала она.
– Мне поехать в аэропорт проводить тебя?
– Нет, не надо. Ты просто отрава. Ты ловкий парень и скрывал кое-что от Хейла, потому что тебе показалось, словно Хейл что-то скрывает от тебя. Это твоя игра. Ты отправил приглашения на открытках с виньетками, ты и принимай гостей, когда они прибудут. Берта перейдет на ту сторону улицы и съест несколько вафель с орешками, а потом отравится в путь.
–
– Я оставлю его в двери. Соберу свои вещи и оставлю ключ. До свидания!
Она направилась к выходу и села в такси, даже не оглянувшись.
Когда такси отъехало, я вошел в кафе, как следует позавтракал, поднялся в свой номер, сел, положив ноги на другой стул, и принялся просматривать утренние газеты, ожидая Хейла.
Он приехал чуть позже десяти.
Мы обменялись рукопожатиями, и я заметил:
– Вы действительно быстро обернулись.
Он растянул губы в своей неповторимой улыбке.
– Действительно, – признал он, – даже не представлял себе, что имею дело с двумя такими быстрыми работниками. А что случилось с миссис Кул? Я спросил о ней у портье, и мне сказали, будто она рассчиталась и выехала.
– Да, ей пришлось вернуться в Лос-Анджелес. У нее работа, которая связана с войной.
– О! – воскликнул он. – Значит, вы выполняете работу и для ФБР?
– Я этого не говорил.
– Да, но намекнули.
– Я не в курсе всех наших деловых связей, но не думаю, что мы сотрудничаем с ФБР, – возразил я.
Он ухмыльнулся:
– А если бы и знали, то ни за что не признались бы в этом.
– Вероятно, не признался бы.
– Как бы там ни было, мне все же жаль, что миссис Кул нет.
– Она просила передать, что ничего больше не может для вас сделать. Когда было установлено, где находится Роберта, вопрос свелся к уточнению подробностей.
– Ну, в общем, это правильно. Вы, несомненно, отличные работники. Мне сказали у конторки, что миссис Кул выписалась вчера около семи часов. Однако она ведь не уехала вчера, не правда ли?
– Нет. Она уехала сегодня утром. Но выписалась из отеля вчера, – ответил я. – У нее есть квартира во Французском квартале. Она считала, что жить в квартире, расположенной в центре, пока мы ведем расследование, нам будет удобнее. Она собиралась перебраться туда, а я должен был оставаться здесь.
– О, понимаю! А где эта квартира?
– Я не могу сказать вам точно. Она в одном из таких домов, в которые можно войти с одной улицы, сделать полдюжины поворотов и разворотов, а потом выйти на другую улицу. Быть может, вы хорошо знакомы с Французским кварталом?
– Нет.
– Из этой квартиры можно осмотреться вокруг, – сказал я. – Она типична.
– Итак, миссис Кул занята военной деятельностью! Она мне об этом не говорила.
– Да вы, вероятно, и не спрашивали?
– Нет.
– Она редко сообщает клиентам о своих делах.
Он бросил на меня быстрый взгляд. Я сохранил совершенно непроницаемое выражение лица.
– Она еще не разговаривала с мисс Фенн?
Я постарался изобразить удивление:
– Но, как мы поняли из вашей телеграммы, нам следовало воздержаться от всяких с ней разговоров до вашего приезда.