Совы не моргают
Шрифт:
– Вторая дверь слева, – подсказал я ей.
Берта одолела наконец несколько последних ступенек, подняла руку, чтобы постучать в дверь, и внезапно замерла с поднятой рукой, заметив, что дверь приоткрыта примерно на полдюйма.
– Очевидно, мисс Фенн хочет, чтобы мы вошли, – сказала Берта и толкнула дверь.
– Подожди минутку, – остановил ее я, схватив за руку.
От толчка дверь начала открываться. Сначала я увидел мужские ноги, вытянутые под странным углом. Полностью распахнувшаяся дверь позволила разглядеть все тело, распростертое на
– Черт меня побери! – выдохнула Берта и шагнула вперед.
Я все еще держал ее за руку и приложил всю свою силу, чтобы оттащить в холл.
– Что ты делаешь? – спросила она.
Я ничего не ответил, продолжая тянуть ее назад.
На мгновение она разозлилась. Но когда рассмотрела выражение моего лица, глаза ее расширились.
Я сказал довольно громко:
– Думаю, что дома никого нет.
А сам тем временем тянул ее к лестнице. Когда она наконец сообразила, что происходит, то стала двигаться проворно. Мы молча прошли по застеленному ковром коридору, и я чуть не столкнул Берту с верхней площадки лестницы, где ей вздумалось остановиться, чтобы поговорить.
Мы выскочили на улицу и быстро пошли вдоль Сент-Чарльз-авеню.
Берта собралась с мыслями и потянула меня назад.
– Послушай, – спросила она, – что это втемяшилось тебе в голову? Человек убит. Мы должны были, черт побери, поставить в известность полицию!
– Ты хочешь уведомить полицию? – спросил я. – Нельзя же быть до того тупой! Ты могла войти в эту комнату и не выйти оттуда живой!
Она остановилась как вкопанная.
– О чем ты, черт возьми, говоришь? – Лицо ее выражало крайнее изумление.
– Неужели не понимаешь? Кто-то нажал кнопку, чтобы открыть нам входную дверь. Затем этот некто оставил дверь квартиры слегка приоткрытой.
– И кто же? – спросила Берта.
– На твой вопрос есть два ответа. Либо внутри находилась полиция, что, учитывая обстоятельства, маловероятно, либо убийца, который дожидался своей второй жертвы.
Ее маленькие глазки уставились на меня, поблескивая от напряженного желания сообразить, побыстрее разобраться в ситуации.
– Ах, дьявол побери, думаю, ты прав, маленький негодник! – воскликнула она.
– Я знаю, что прав.
– Но мы вряд ли те, кого он ожидал!
– Мы оказались бы ими, если бы вошли в комнату.
Я увидел, как Берта меняется в лице и бледнеет, начиная осознавать, до чего близка была к тому, чтобы оказаться жертвой убийства.
– И поэтому ты громко произнес, что в квартире никого нет?
– Конечно. На той стороне улицы есть ресторан. Оттуда позвоним в полицию и одновременно понаблюдаем за входом в дом. Мы сможем увидеть всех, кто будет из него выходить.
– Кто
– Он приходил вчера к Роберте. Думаю, его визит был неожиданным и нежелательным. Кроме того, я видел этого человека еще раз.
– Где?
– Накануне ночью он вышел из бара, что на противоположной стороне улицы. С ним были две женщины, и кто-то ждал их в машине.
Берту внезапно пронзило воспоминание о прошлой ночи.
– Не из той ли он компании, которая сигналила, сидя в машинах? – спросила она.
– Да. Вдохновитель этой проклятой какофонии сигналов, – подтвердил я.
– Я рада, что он мертв, – искренне призналась Берта.
– Заткнись! Опасно шутить по такому поводу!
– Кто сказал, что я шучу? Говорю совершенно серьезно. Но мы должны уведомить полицию.
– Должны, но сделаем это так, как я считаю нужным.
– И как же это?
– Идем, я покажу тебе.
Мы вошли в ресторан. Я громко спросил, должен ли попросить хозяина позвонить и вызвать мне такси или могу сделать это сам.
Он указал на телефонную будку и продиктовал номер, по которому можно вызвать такси. Я подошел к телефону и позвонил в таксопарк. Меня заверили, что машина будет через две минуты. Из будки я мог наблюдать за дверью дома Роберты Фенн. Услышав сигнал такси возле ресторана, набрал номер полицейского участка и спросил:
– У вас есть карандаш?
– Да.
– Я диктую: Галфпрайд-Билдинг на Сент-Чарльз-авеню.
– А что там такое?
– Квартира 204, – продолжил я.
– Ну так что там? Кто это говорит? Что вам нужно?
– Я хочу сообщить, что в этой квартире совершено убийство. Если направите туда радиофицированное авто, сможете схватить убийцу, который ожидает там следующую жертву!
– Скажите, кто это говорит?
– Адольф.
– Какой Адольф?
– Гитлер, – сказал я. – И не задавайте мне больше вопросов, потому что у меня рот закрыт ковром.
Я повесил трубку и вышел из телефонной будки. Берта уже сидела в такси. Я не спеша пошел к машине, демонстрируя, что не тороплюсь.
– Куда? – спросил шофер.
Берта собралась назвать ему отель, но я перебил ее, сказав:
– К железнодорожному вокзалу. Не торопитесь. Можно ехать медленно.
Мы откинулись на спинку сиденья. Берте не терпелось поговорить, и каждый раз, когда она пыталась что-либо произнести, я толкал ее локтем в бок. Наконец она оставила свои попытки и только бросала на меня сердитые взгляды.
Я расплатился с шофером у железнодорожного вокзала, провел Берту внутрь через один вход и тут же вывел через другой.
– Отель «Монтелеоне», – сказал я другому таксисту.
Мне вновь пришлось заставить Берту хранить молчание. У меня было такое чувство, будто я держу руку на аварийной кнопке котла парохода, не зная, в какой момент может произойти взрыв.
Когда мы приехали в отель «Монтелеоне», я подвел Берту к шеренге удобных кресел, усадил ее на мягкие подушки, сел рядом и сказал очень любезно: