Совсем не прогрессор
Шрифт:
— Баран, — сказала Галя шепотом, — на таком сроке не определяется.
— Ты и мысли читаешь?
— Уж очень очевидно.
Она отстранилась и мягко поцеловала его в губы.
— Спасибо, хоть глупости не спрашиваешь.
«Это про „мой или чужой“?» — подумал Сашка. Разбежался. Если и баран, так не дурак. Прекрасно знаю чей. Другим не обломится!
— Эй, — внезапно озаботился, — а тебе вообще теперь можно?
— Можно, нужно, но очень нежно и осторожно. Длительное воздержание приводит к накоплению отрицательных эмоций, а удовольствие положительно влияет на ребенка. Женщина счастлива — ему хорошо.
—
— А устриц не было!
— Вот еще улиток жрать. Нас на тренировках по выживанию заставляли. Гадость. Обещал носить на руках? Вперед! — вскричал, надвигаясь с недвусмысленными намерениями.
— Тихо! — обнимая его за шею, озабоченно сказала Галя. — Надьку не разбуди… Ты знаешь — существует народная примета: если женщина ждет мальчика, сексуальность у нее высокая… Скорее всего, из-за высокого количества «мужских» гормонов, — прокомментировала.
— Медицина рулит, — согласился он. — Все легко объясняет задним числом.
— Ерунда… наука не стоит на месте… Так вот, если носит девочку — то низкая. В смысле не хочет. Я предлагаю выяснить, насколько это верно.
По потолку бегали следы от фар, а в темной комнате было тепло и уютно. Они лежали, тесно прижавшись на манер ложечек в буфете, и молчали. Сашка поцеловал Галину в затылок и по дыханию понял — не спит.
— Галь, — тихо спросил, прекрасно помня, какие замечательные звукопроницаемые здесь стены и дверь в комнату, между прочим, открыта, — почему Надька раньше была на пятидневке?
— Лучше одной дома сидеть без присмотра? — так же тихо ответила Галина. — Сам знаешь, какие у меня смены. Лучше ночью в садике. Она иногда со сна вскакивает и зовет. Нехорошо, когда рядом никого нет.
— Ну, вот у Ольги бабка с ребенком сидит. Есть же какие-то родственники. У тебя, — он замялся и продолжил, — у мужа бывшего…
Она вздохнула.
— Есть. И для всех мы чужие. Все страшно стараются забыть о нашем существовании. Такие вот дела.
— Не понял, — озадаченно сознался Сашка.
— У меня отец казах, и это достаточно заметно. Я нерусская, — раздельно сказала. — По, паспорту — да, а по жизни — нет. Неполноценная. Метиска. Пятая категория. Еще скажи, не понял.
— Я что, сплю с твоим отцом? Какая разница!
Одним движением Галя перевернулась. В темноте комнаты лицо было плохо видно, но ему и не требовалось. Прекрасно знал все подробности, вплоть до мелких морщинок в уголках глаз. Не классическая красота с идеальной симметрией, но так еще лучше, выразительнее и привлекательнее.
— Мой замечательный наивный мальчик.
Она нежно его поцеловала.
— Может, мне поблагодарить Бога, за то, что он стукнул тебя по башке, или ты в принципе умудрился ничего не заметить в окружающем мире? — В голосе была хороша знакомая смешинка. — Вроде неглупый. Чему вас там учили, в вашем детдоме имени маршала Василевского?
— Если для того чтобы тебя встретить, необходимо было заработать выпадение памяти, меня цена устраивает, — сердито сказал Сашка. — Только я не мальчик.
— Ты мой волшебник, — прижимаясь всем телом, согласилась Галя, — мне все время мало.
—
— Ну, чего ты хочешь нового услышать? — потершись носом о его щеку, спросила. — Как в нашей доблестной армии называют нацменов? Чурками, чушками, чурбанами, чучмеками и просто «черными»? Разве в официальных речах не произносят.
Ха, подумал Сашка, никогда не замечал, все на букву «ч». И черти, черномазые тоже. Можно подумать, они нас между собой ласковыми словами называют.
— Нет, существует еще огромное количество вариантов и определений, — горячо говорила Галя, — но все они имеют остаточно явную унизительную окраску. И очень часто очередного козла совершенно не интересует, что у тебя за душой. Он видит внешность или заочно ознакомился с анкетой и считает себя вправе высказаться. А что существует две стороны, никогда на ум не приходило? Их реакцию отследить? Это… очень неприятно. И когда тебе говорят: ты замечательный работник, хотя и… страшно хочется плюнуть в рожу. Это не похвала, это тебя снисходительно выделяют из кучи тупых. Сам при этом далеко не выдающийся мыслитель современности. Но начальство. Ты ему улыбайся и благодари. Мало приятного постоянно слышать и ждать оскорблений. Услышать за спиной «казах» (без всякого отношения к тебе) — а внутренне вся сжимаешься заранее в ожидании ругани. Ты сказал без всякой задней мысли «восточная красавица», а у меня сразу в сердце иголка. Восточная!
Если для того чтобы тебя получить, необходимо было заработать выпадение памяти, вновь подумал Сашка, меня цена устраивает. Не хотелось бы обнаружить себя на месте Зуйко. А ведь вполне вероятно. Я тоже четко провожу границу — мы и «черные». Просто я не пинаю их в зад без причины. Или это началось после госпиталя? Раньше мочил и не смущался.
— У нас, — опять в голосе Галины насмешка, — метисов, крайне тонкая и чувствительная кожа. Очень часто обнаруживаем несправедливость там, где ее не имеется. Где просто сработала тупая бюрократическая машина. А хуже всего, когда в очередной раз случается нечто вроде Намангана, и в благородном негодовании бдительные товарищи издают очередную внутреннюю инструкцию, начиная закручивать гайки. У нас ведь целое управление МВД занимается не проверками лояльности, а рассмотрением анкетных данных.
— Это ведь тоже способ заставить трудиться на общество, — возразил Сашка. — Согласен, не очень приятный, однако действенный. Когда это порядок не оплачивался отдельными несправедливостями? Всегда лес рубят, щепки летят.
— Вот! — довольно сказала Галя. — Значит, «Краткий курс» прилежно конспектировал. Единственное, там не пишут про две тенденции в среде нацменов. Одна — пробиться наверх. Нередко за счет своих же. Другая — обратная. Отгородиться и гордиться своей инаковостью. Подполье — это крайность, да и не существуют группы долго. КГБ свое дело знает, и хуже всего — за глотку возьмут всех родственников. Родовые порядки, ага. Скоро сто лет советской власти, а вот такими мерами сами их и цементируют, организуя круговую поруку. По делам судить, а не по происхождению! А у нас… Естественно, все зависит в таких ситуациях от старшего в роду. Потому что, если что, ему отвечать. И уж наружу редко выходит. А уходящих и пробившихся к власти частенько ненавидят. Наверное, правильно делают, со своей точки зрения. Они предатели. Работают на угнетателей.