Совсем не прогрессор
Шрифт:
Он, не мигая, уставился в глаза одному из парней.
— Что-то не ясно? — крайне доброжелательно поинтересовался.
Со стороны оно не чувствуется, и голос нормальный, да парню лучше понятно. Неизвестно что Сашке там, в детстве, втирали учителя, обучая медитации и высокому пути духовности, — он замечательно усвоил одно правило: если ты концентрированно ненавидишь противника и готов его порвать при первых же признаках сопротивления, не стесняясь в средствах и не думая о последствиях, он это прекрасно видит. Очень редко идут на конфронтацию, если ощущают непредсказуемость
Молокосос отвел взгляд и потянул приятеля в задний конец автобуса. Что и требовалось доказать. На серьезный конфликт они идти не собирались. Не те кадры. Вот гавкнуть что-нибудь в спину нецензурное — запросто. В армии сломались бы в считанные недели. Ну да эти служить не собираются. Гулять на родительские денежки гораздо приятнее.
— Спасибо, — еле слышно сказала девушка.
— Не за что, — отмахнулся и, вытащив из кармана свой неразлучный «Сапер», принялся пилкой чистить грязь под ногтями. Такой маленький дополнительный намек для понятливых. Неизвестно как здесь гласит закон, а в Союзе вполне подходит под запрещенное оружие. Зато и упорное «ничего не вижу» остальных пассажиров вполне удачно. Вот пусть и помалкивают да взоры смущенно отводят.
Вступать в разговоры не тянуло, и он вернулся к своим размышлениям. Пока топал по переулкам, родилась любопытная идея. Не иначе, на почве очередного просмотра малобюджетного боевика с сумасшедшим гангстером в роли наркобарона. Не приходилось встречаться лицом к лицу с подобными деятелями, но он сильно подозревал, что человек с таким неадекватным поведением долго бы не побегал. Если не конкуренты, так свои быстро зарыли бы. Главарь обязан иметь расчетливый холодный ум и представлять последствия диких выходок. А это поведение шестерки, стремящейся продемонстрировать крутость. Тем не менее натолкнуло на мысль. Вот еще оформить как следует — и поглядим.
Автобус подъезжал к нужной остановке. Они дружно поднялись. Краем глаза Сашка заметил, как парни зашевелились. Очень им стало любопытно, вместе или отдельно они выйдут. Даже переместились поближе к задним дверям. Обломались.
Сашка помог девушке спуститься по ступенькам, подав руку. Вместе мы идем, вместе — просигнализировал. Я ей не просто попутчик, а реальный знакомый, и если понадобится, уши поотрываю. Вечного «мы еще встретимся» так и не последовало. Если придется встретиться, еще и на другую сторону улицы перейдут. Вот к девчонке могли бы прицепиться, а его тронуть побоятся.
Топая рядом, направление здесь одно, Сашка старательно мысленно составлял список необходимых покупок. Куда начальнички денутся — раскошелятся. Бесплатную газету с рекламой найти несложно, и характеристики, размер памяти, скорость Интернета и прочее он представлял, вместе с приблизительными ценами. Нет проблемы.
Вот разница между разными Линоксами и Виндоусами могла быть проверена исключительно практически. Интернет-кафе на рынке для этого не годилось. Там был стандартный минимальный набор программ, и все. Да и за неделю все одно толком ничего не понять.
Первым делом — в магазин. Хотят результата — пора получить в руки собственный компьютер
— Этот подъезд? — спросил, заметив движение. — Ну, пока.
Не сбавляя шага, двинулся дальше.
Карина растерянно посмотрела ему в спину. Напрашивались заходы с намеками и просьбы зайти на чашечку кофе. Она бы непременно отшила: не сразу же, — да он и попытаться не собирался. Подобное равнодушие просто обижало. Захотелось срочно отправиться к зеркалу и проверить, все ли на месте. До сих пор на отсутствие внимания жаловаться не приходилось. Странный мужик.
Коллектив грабителей собрался на кухне и приступил к празднованию удачного набега еще до его появления. На столе присутствовали две пустые бутылки из-под водки с хорошо знакомой этикеткой (из ближайшего ларька притащили) и остатки немудреной закуски. Спрашивать разрешения у закартинного начальства явно не собирались. Как и писать финансовый отчет в трех экземплярах о потраченных средствах. Разложение контингента шло ускоренными темпами.
Мельников сидел с грустным видом, и глаза у него пытались смотреть в разные стороны.
— Я не для того шел в милицию, — невразумительно сказал, неизвестно к кому обращаясь, забыв закончить предложение. — Где наша не пропадала, — провозгласил вне связи с предыдущим заявлением и попытался выпить остатки из стакана. Бедняга давился и пыхтел — не лезло.
— Чего это с ним? — спросил Сашка, присаживаясь и наблюдая, как сержант, икнув, по старинному обычаю попытался пристроиться головой в тарелку.
— Потеря остатков иллюзий, — серьезно объяснил Илья, — он как бы очень правильный парень, отличник политической подготовки. Учился охранять закон, а мы его нарушаем. Правда, в несколько странных условиях, однако переклинило. Представляешь, а стрелять придется? Как бы реальный балласт. Полностью отсутствует здоровый цинизм и критическое отношение к окружающей действительности.
Он посмотрел на жалобно всхлипывающего во сне Мельникова и поморщился.
— Вот у тебя как бы наличествуют.
— У меня после Афгана вообще никаких иллюзий не осталось. Очень, понимаешь, способствуют развитию скептицизма реальные будни. Как приезжают с большими звездами и толкают речугу о любви к Родине, наверняка предстоит нечто крайне неприятное.
— Каким местом думали наши начальники, загоняя его сюда, — пробормотал Илья, качая головой, — сложно представить.
— Да они, похоже, совсем не думали, — возразил Сашка. — Слишком мало подходящих нашлось, выбор отсутствовал. Может, уберем его с кухни? На диван определим?