Совсем не герой
Шрифт:
— И нужно уничтожить источник, — кивнул я. — Тогда лазейка закроется, и Вельзевул навсегда останется в своем мире.
— Навсегда не навсегда, но очень надолго, — согласился Феофан. — Вот только, прежде чем уничтожить источник, его надо найти. Я могу со стопроцентной уверенностью утверждать, что сейчас он находится здесь, в Синзуале. Но столица — огромный город, а времени у нас очень мало.
— В любом случае — это шанс остановить войну, а значит, нужно попытаться его использовать, — твердо сказала Мечта. — Еще у себя, в Мертвом Лесу, я знала о примитивных датчиках, способных
— Да, у нас их множество. Начиная от обычной веточки омелы и заканчивая специально натасканными на поиск магии монстрами. Однако есть одно большое НО.
— И какое же?
— Синзуал весь пропитан магией. — Феофан виновато развел руками. — Я уверен, что таинственный источник, чем бы он ни являлся, своей мощью перекроет любой другой, но когда этих других такое множество… Да в столице даже распоследний человечишка знаком с элементарными заклинаниями, которые могут помочь зажечь огонь или наточить оружие.
— Н-да, проблема…
Мы замолчали. Похоже, это тупик. Времени осталось чудовищно мало, и армия нечисти вот-вот начнет штурмовать стены Синзуала. Поделать что-то нужно. Быть может, Сила поможет? Хм… может быть, она бы и помогла, если бы я знал, КАК ее использовать конкретно в этой ситуации…
— Погодите, кажется, я знаю способ, — внезапно вымолвил архимаг. — У нас в гильдии сушествует тайная кладовая, в которой хранятся самые могучие зелья, когда-либо приготовленные архимагами. И вроде бы среди них есть одно, которое особо тонко реагирует на мощные приливы магии.
— И чего мы ждем? — Ричард аж подпрыгнул на месте. — Вперед, за зельем! Не дадим подлым оккупантам посягнуть на любимую столицу!
— Когда это она стала для тебя любимой? — покосился я на синего кота, но он лишь махнул. лапой:
— Не привязывайся к словам. Это нехорошо.
Честно говоря, я думал, что кладовая будет где-нибудь в самом дальнем углу подвала здания гильдии, закрытая мощной стальной дверью и заваленная для надежности камнями, но все оказалось гораздо хитрее. Феофан, улыбнувшись, будто прочитал мои мысли и направился к живописному гобелену, на котором изображалась охота на оленя. Потом он откинул его и плеснул на стену из какой-то малюсенькой пробирочки. На секунду все в комнате заволокло густым дымом, а когда он рассеялся, мы увидели архимага, державшего в руках бутылочное горлышко. Вид у Феофана был самый подавленный.
— Ничего не понимаю, — шептал он. — Почему? Бутылка не могла разбиться! Может, кто-то ее специально? Нет… А если… Понял!
— Чего? — тупо спросил Ричард.
— Источник находится здесь, внутри гильдии!!!
Мы смотрели на архимага как баран на новые ворота, а потом я спросил:
— А как он хоть выглядит, источник этот?
— А бог его знает, — пожал плечами Феофан. — Может, он в виде цветочного горшка, а может — мышки или кошки.
— Но-но-но! — угрожающе вздыбил шерсть наш кот. — Не надо грязных намеков!
— Я не конкретизирую, — поспешил оправдаться Феофан. — Я говорю обобщенно.
— То есть источник магии может быть и живым существом? — поинтересовался я,
— Запросто. И размеры тут, кстати, тоже почти не имеют значения. В иголку источник, конечно, не поместится, но вот кружкой или книгой может стать легко…
— … а значит, искать его — дело долгое и муторное, — завершила его фразу Мечта. — Нам это не подходит, ибо орды нечисти, считай, уже стучатся в ворота.
Вновь в комнате воцарилось молчание, во время которого Феофан выкинул-таки бутылочное горлышко, зачем-то вытер руки и сел в свое кресло. Там он устроился поудобнее и задумчиво сообщил:
— Можно попробовать избавиться от духа Вельзевула. Но дело это архисложное и ненадежное.
— А выбора нет, — убито сказал я. — Итак…
— Я дам тебе одно особое снадобье и выпишу из своей личной книги заклинаний пару нужных заклятий. Принцип действия объяснять не буду — все равно не поймешь, — но главное то, что они могут загнать дух демона обратно в его мир.
— Могут?
— Могут. А может, и не могут — стопроцентной гарантии я дать не могу. Дело в том, что еще никогда прецеденты места, так сказать, не имели. Не было таких дура… героев, которые пытались бы совершить нечто подобное. Но теоретически может сработать.
— Выбора нет, — повторил я. — Что надо делать?
— Вельзевул существует в этом мире благодаря посреднику — человеку (именно человеку!), который продал душу дьяволу и теперь носит в своем сердце часть демона. Скорее всего, такой человек находится в самом центре лагеря нечисти и хорошо охраняется, но если уж ты решился на изгнание, то тебе придется добраться до него.
— И?
— Дальше — целый ритуал. Нужно убить посредника, пронзив его сердце эбонитовым кинжалом, а затем, вылив на рану снадобье, прочитать заклинания. Три штуки.
— И все это в окружении толпы разъяренных монстров, алчно жаждущих нашей крови, — задумчиво изрек Ричард. — Фи, проще простого! Да мы с Антонием такие плевые подвиги совершаем по сто раз на дню.
Я шикнул на эту мохнатую язву и с мольбой в голосе и взоре спросил, нет ли другого способа. Феофан покачал головой и сказал, что он не знает. Ричарда вполне устроил такой ответ, и он тут же предложил походить по другим гильдиям, поспрашивать, но вовремя заткнулся, наткнувшись на угрожающий взгляд Мечты.
Я же впал в прострацию. А может, не надо мне этого? Что я вообще об этих монстрах пекусь? Бросить все и дать драконам пожарить все воинство… Да, именно так я бы поступил в первый день своего пребывания в этом мире. И даже, наверное, во второй. Но не сейчас! Я изменился, и явно в лучшую сторону. Натура Белого Оборотня — героя, спасителя, благодетеля и просто храбреца, — ворвавшись в заброшенный и обветшавший домик моей души, вмиг навела свои порядки. Там помыла, здесь почистила, сняла паутину с потолка и починила крышу. Еще немного, и на месте уже приличного деревенского домишки будет стоять генеральская дача. Или княжеский терем — толком сам еще не понял. Главное, что будет что-то новое, свежее, пахнущее краской и не признающее трусости и предательства.