Современныи? рыцарь
Шрифт:
Он нехотя отпустил меня, оставив на шее нежный поцелуй, и поднялся с кровати.
В тишине квартиры я отчётливо услышала из трубки мужской голос, когда он принял вызов. Разобрать, о чем этот голос ему говорит, было невозможно, но одно было понятно совершенно точно — это не жена, и я с облегчением выдохнула.
Если бы он снова разговаривал с ней по телефону в моем присутствии, тем более, после того, чем мы занимались всю ночь, я бы этого не вынесла.
— Мне нужно ехать, малыш, — обратился он ко мне, когда закончил разговор. — Неотложные дела нарисовались.
Я
А чего я ждала? Что мы проведём вместе весь день? Будем пить кофе, гулять по осеннему парку, кутаясь в шарфы, и потом греться дома перед телевизором, укрывшись мохнатым пледом? В груди болезненно заныло от таких фантазий. Конечно, проводить время с этим мужчиной подобным образом было бы чем-то невообразимым… Только мне стоит поскорее спуститься с небес на землю.
Хватит с нас и этой божественной ночи. Мы и так не имели на неё права.
Меньше чем через минуту, Миша был уже одет в свои брюки и рубашку. Бросив короткий взгляд на часы, он подошёл ко мне, взял за руку и потянул на себя, вынуждая подняться на ноги. Я едва успела подхватить одеяло, стыдливо кутаясь в него.
— Сейчас уже нет времени говорить, но я тебе позже все объясню. Только прошу, не надумай себе ничего плохого, — он провёл рукой по моим волосам, заправляя прядку за ухо, и пристально посмотрел в глаза. — Доверься мне, хорошо?
Сколько противоречивых эмоций я испытала в этот момент, не передать словами. И трепетную радость от зародившейся надежды в груди, и отрицание, ведь я ни за что на свете не хочу разрушать его семью. И разочарование от мысли, что возможно, он всего лишь хочет сделать меня своей постоянной любовницей. Все это пронеслось сквозь меня, оставив горький привкус, но я постаралась не подать виду.
Выдавила из себя улыбку и снова кивнула.
— Я приеду, как только освобожусь, — он притянул меня к себе и обнял закутанную в одеяло. — Будь умницей.
Я снова кивнула, чувствуя, как неистово ускоряется сердце. Может, у нас все же есть шанс? Хоть один? Хоть самый малюсенький? Ведь он умный, сильный, справедливый… Он наверняка знает, о чем говорит! И не стал бы давать мне напрасных обещаний. И обманывать бы не стал.
От этих мыслей на губах сама собой появилась робкая улыбка, и я посмотрела ему в глаза доверчивым и, должно быть, очень глупым взглядом.
Он удовлетворенно улыбнулся мне в ответ, следом накрыв рот чувственным поцелуем. Голова снова закружилась, пульс участился до предела, и приятная слабость потекла по телу, заполняя собой конечности.
— Мне надо идти, — шепнул он, с неохотой оторвавшись от моих губ, и сжал в объятиях до хруста костей.
— Хорошо, — прошептала я, вновь расплываясь в идиотской улыбке.
Захлопнув за ним дверь, ещё какое-то время я пребывала в совершенно невменяемом состоянии. Улыбалась сама себе, осторожно касалась руками своей кожи, с блаженной улыбкой вспоминая, как он ласкал мое тело. Бродила по дому без какой-либо цели, потому что ни секунды не могла усидеть на месте. Старалась отделаться от навязчивого чувства, будто все, что
Внизу живота ныло и саднило с непривычки, но вопреки здравому смыслу я наслаждалась этим ощущением. Потому что болело там из-за НЕГО.
Едва смогла сконцентрироваться на своих нуждах, и заставила себя принять душ. А потом и есть захотелось страшно. Приготовила яичницу с беконом, и с огромным аппетитом, которого у меня не было уже лет сто, навернула её.
Нужно было чем-то занять себя, только делать ничего не хотелось, и я снова легла в кровать. Обняла подушку и вдохнула полной грудью запах постельного белья, которое до сих пор хранило ЕГО запах.
Мечтательно прикрыла глаза, и перед глазами неизбежно стали возникать картинки нашей сумасшедшей близости, вызывая приятное щекочущее чувство внизу живота.
Однако усталость взяла своё, и постепенно я успокоилась и уснула.
Проснулась от настойчивой телефонной трели, когда день за окном уже пошёл на убыль. Не без труда отыскала свою трубку — на экране высвечивался незнакомый номер. Без задней мысли приняла звонок и тут же пожалела об этом. Это был Никита.
Закатила глаза и раздраженно выдохнула — когда он уже оставит меня в покое?!
— Я сегодня снова повёз сестру Илоны с племяшкой в медицинский центр, и после процедур мы зашли в буфет перекусить. И угадай, кого я здесь сейчас вижу?
Не трудно догадаться. Сердце словно коркой льда покрылось. Но, собственно, чего я ожидала? Я знала, что у Миши жена есть, и сын… который сейчас болеет. И ничего нет страшного в том, чтобы он был там с ними медицинском центре… в буфете.
— Да какая мне разница, Харламов? Кого бы ты там не увидел, хоть самого Будду, не звони мне больше, пожалуйста!
— Только не вздумай вешать трубку, — предупредил ледяным тоном бывший муж. — А то ведь я и обидеться могу. Что мне стоит подойти сейчас к этой милейшей семейке, и поинтересоваться, как вчера господин Шеретов провёл время с моей бывшей женой?
Внутри все оборвалось. Если он это сделает… Скажет такое Мишиной жене, да ещё и при ребёнке… Я не переживу.
— Не смей… — процедила сквозь зубы с максимальной угрозой.
— Почему это? — хохотнул он из трубки. — Что меня остановит?
Какой же урод, оказывается, мой бывший муж. И как я умудрялась столько лет жить с ним, и не замечать этого? В этот самый момент впервые в жизни я испытала какое-то тёплое чувство по отношению к Илоне. Кажется, это было сочувствие.
Но зачем он делает это?! Что ему надо от меня?
— Что тебе надо от меня, Харламов? Чего ты добиваешься?
— Да я не пониманию, Камила, как можно быть таким двуличным ублюдком? Вчера он приперся домой к одинокой девушке, в не самое приличное время. А сегодня уже сидит и мило беседует со своей женой за семейным обедом! Бесит прям! Блять, так бы подошёл и по роже бы съездил!
— А не ты ли поступал точно так же относительно недавно?
Одному Богу известно, чего мне стоило держать свой голос ровным, в то время как сердце обливалось кровью.