Советский эльф

Елисеенко Сергей Александрович

Я хмуро посмотрел на него. Значит, ты людям помогай, а потом ещё и плохим останешься. Да уж… занятная психология поведения. Прямо, как у орков. Тем тоже, сколько не дай, всё равно мало. Наглые, клыкастые морды.

— А ты что думал? — превратно истолковав мой взгляд, произнёс майор, — тебе все пятки целовать будут, грёбанные пассатижи? Тут знаешь, какой змеиный клубок. Это я вояка до мозга костей, мне главное результат. А у других и мозги по-другому направленны. Звание новенькое получить, премию урвать, кому надо лизнуть, где нужно укусить и себе чьи-то заслуги приписать.

Так что не удивляйся, если вернёшься к себе, а окажется, что не ты всё телегу толкал, а просто сбоку стоял и смотрел.

— Интриги, вещь мне знакомая. Так что, я озабочусь, чтобы совершенно случайно мои заслуги не оказались забыты, — коротко ответил я.

— Ага, ты уж постарайся. Парень толковый, далеко пойдёшь. Если б, конечно, не морда твоя, с ушами этими. У нас, вроде, равенство, но народ иногда дремучий и всё равно оглядываться будет, да за спиной шептаться. И, кстати, зачем тебе в архив нужно? Неужели ещё хочешь в этой истории с «волшебным» золотом покопаться? — спросил он.

Я сразу понял, что, либо кто-то подслушивал наш разговор в кабинете Лисицыной, либо у кого-то слишком длинный язык.

— На самом деле, да. Есть там пара спорных моментов, вот и хотелось их разъяснить. Академик-то подземный давал этот ваш договор о неразглашении и стоит на своём, будто тролль на куче навоза. А я всё привык доводить до конца, — чуть съехав на привычные обороты, искренне ответил я.

Ну не чувствовалось мне в майоре никакого подвоха. Простой он мужик, открытый. Со своими тараканами в голове, но всё равно честный и справедливый.

— Это-то понятно. Каждый хочет докопаться до истины, едрить её в колено! Но с нашим архивом не всё так просто. Есть там кое-какие материалы, которые вообще никто видеть не должен. Их ещё с пяток лет назад уничтожить должны были, да, как всегда, забыли, забегали, а потом вообще дверь закрыли, да печать ляпнули. Мол, вечный обед, — чуть задумавшись, произнёс Пострегаев.

— Хотя, знаешь, если тебе очень горит, я готов бартером тебе помочь, — продолжил он.

Я заинтересовано поднял бровь. Неужели от несгибаемого и волевого майора я слышу что-то меркантильное и жадное?

— В общем, хорошо ты тогда наподдал моим ребятам, да и мне тоже. А главное, без грубостей и выпендрёжа. Всё чётко и по делу. Мне такое нравится. Да и манера боя у тебя нестандартная. Никогда такой не видел. Так что предлагаю тебе провести для нас несколько тренировок, а я тебе ключи от архива пробью и в белы рученьки положу. Идёт, в рот компот? — высказал Стрига своё предложение.

Заманчиво. Очень заманчиво. Порыться в местных манускриптах без надзора мне страсть, как хотелось. А провести обучение у парней для меня особых проблем не составит. Главное, успеть до отъезда.

— Идёт! Только давай сначала ключи, а тренировки с завтрашнего дня.

— Хех, деньги утром, вечером стулья, — произнёс майор непонятную присказку, — по рукам. Будет тебе доступ в архив. Но после отбоя, чтобы лишних глаз и ушей не было.

Мы пожали руки. Я уже почти привык к этой странной традиции приветствия или согласия с чем-то у человеческих мужчин. Вроде, как открытая ладонь символизирует, что

в ней нет оружия.

Теперь осталось только дождаться вечера, чтобы порыться в тайнах местных кгбшников. Быть может, удастся найти что-то полезное для моего возвращения. Какой-то намёк, ниточку. Я всё ещё уверен, не всё так просто с этим объектом номер 5.

Глава 28

Я будто снова оказался дома. Спустился к корням Древа академии, прошёлся, пахнущими лесными, травами коридорами и вновь очутился в магической библиотеке. Уходящие в мерцающую полутьму ряды манускриптов и древних фолиантов тянулись бесконечно. Ты мог встать на левитирующий помост и подняться на второй или третий ярус. Запустить заклятье поиска и в мгновение ока найти нужный тебе опус. Присесть в удобное кресло и, не спеша, погрузиться в чтение.

Так и здесь.

Почти…

Только вместо летающего помоста лестница-раскладушка, вокруг пахнет пылью и мышами, а не лесными травами, да и книги выглядят, как неопрятный ворох бумаги, упрятанный в папку, кое-как перевязанную грязной бечёвкой. А в остальном, всё очень похоже.

Знания, память предков, секретные донесения и куча всевозможной информации. Всё структурировано и чётко разложено по полочкам.

Правда, насчёт последнего, я не уверен. Слишком уж хаотично выглядят эти груды документов и прочая канцелярщина.

Да, всё по алфавиту и годам. Но, если углубиться, то окажется, что не всё так дисциплинированно и точно.

Там пробел, здесь повтор, а тут вообще кто-то погрыз целый ящик в труху.

То, что в архиве мне придётся повозиться, я понял сразу. Пусть майор вручил мне ключ и даже какую-то бумажку с его подписью.

— На случай, если кто-нибудь поинтересуется, что ты делаешь в хранилище секретных документов ночью, — пояснил он, протягивая её мне.

Спорить я не стал. Надо, значит надо.

И вот, зайдя внутрь и плотно закрыв за собой дверь, я понял, что ночь мне предстоит бессонная. Да и без магии точно не обойтись.

Это я тоже понял, порывшись в подходящих по году папках. Там оказались досье сотрудников, расписки и перечень требуемого оборудования для какой-то спецоперации.

Не совсем то, что мне было нужно.

А значит, придётся использовать драгоценный эфириум. Без заклятья поиска здесь не обойтись.

Зажигаю, припасённую ради этого случая, масляную лампу. Пользоваться электричеством Пострегаев запретил строго настрого. Сказав, что не стоит будить лихо, пока оно тихо, драть его в гузно.

Так что ориентируюсь, благодаря эльфийскому зрению. В принципе, я вообще мог обходиться без света, хватило бы и лунного сияния. Но окон в архиве не было, поэтому приходится пользоваться таким раритетом.

Хотя в моём мире, у гномов, такие штуки считаются вполне себе современным технологически продвинутым прибором. Ещё и хвастаются, что каменного масла их чудо-освещение тратит на порядок меньше, чем раньше.

— Прогресс! — вещал, гордый за своё изобретение, рыжебородый крепыш.

Значит, и я не сильно деградирую, если такой вещицей воспользуюсь.