Совесть Городат
Шрифт:
Но ведь нам можно просто встречаться, общаться, держаться за руки и сидеть рядом! Или, что более вероятно в нашем варианте: проводить совместные спарринги и обсуждать прочитанную литературу, как и раньше. Что плохого в том, что нам приятно общество друг друга? И почему мы должны подчиняться предрассудкам какого-то Лорда?
Я решил поискать тёмную ближе к вечеру и попробовать поговорить с ней на эту тему. Во всяком случае, я как минимум увижу её реакцию на своё предложение. А там уже буду действовать в зависимости от обстоятельств.
Глава 19
Лика
Вот
Больше не надо ни перед кем притворяться, скрываться или кому-то лгать. Постепенно ребята приняли меня такой, какая я есть, и перестали шарахаться и смотреть с подозрением. Недавно я была с Люцифэ на музыкальном вечере, который устраивала группа Дара. А до этого мне удалось победить троих из пяти семикурсников, что является очень даже хорошим результатом.
Но самое главное, что через вечер я встречаюсь с Даром. Это так… я даже и не знаю. В жизни не могла представить, что можно просто сидеть молча рядом с кем-то и быть абсолютно довольной подобным раскладом. Ну, не абсолютно, конечно… Хотелось бы чего-нибудь большего, чем совместное чтение и обсуждение книг и просто подержаться за ручки. К сожалению, щиты и так периодически трещат, настолько я чувствую себя счастливой и переполненной энергией и радостью.
Не будь Дар таким неуступчивым в этом вопросе, я бы всё-таки попробовала его поцеловать. Хоть разочек. Настолько яркими у меня остались воспоминания о нашем прошлом поцелуе. Но светлый был нерушим, как скала.
В принципе, оно-то и правильно, но ведь хочется… Такое чувство, будто опьянев от счастья, мой здравый смысл покинул меня. Причем довольно давно уже.
Люцифэ знает о наших отношениях, но упорно делает вид, что ослеп и оглох. И я ему за это благодарна. В придачу, андрогиник сам периодически ненадолго задерживается после занятий у магистра Ариона. Но это единственный признак в поддержку высказанного Шараканом предположения.
С самим Шараканом я частенько танцую в одиночестве, хотя ещё чаще с иллюзиями Паука, а раз или два в четверть луны нашими противниками становятся Дар с Амореонэ.
Шаракан до сих пор не смирился с моими отношениями со светлым. Он так и норовит полоснуть Дара, стоит тому зазеваться и оказаться в пределах досягаемости свернувшегося браслетом меча. Шаракан хочет, чтобы всё моё внимание принадлежало лишь ему одному. Ещё четыре-пять лун назад я была бы безмерно этому рада, но теперь не могу. Просто не представляю себя уже без Дара. Как и без Шаракана.
Я потянулась и закинула руки за голову. В жизни не ощущала такого довольства и умиротворения. И абсолютно ничего не желаю менять. Ради этого я даже готова смириться с существованием нескольких настырных старших, решивших добиваться моего внимания. С одним магистр Арион уже поговорил, да так, что тот шарахаться от меня начал.
Единственное, что не совсем укладывается в устоявшийся гармоничный мир, это всё возрастающее желание путешествовать. Оно порой накатывает, как какое-то безумие. В такие моменты мне нестерпимо хочется всё бросить и уйти куда глаза глядят, лишь бы подальше.
Никакой
Довольно вздохнув, я погладила Шаракана, пожелала ему спокойной ночи, расслабила тело и моментально провалилась в сон.
“Проснись!”
Глаза распахнулись сами собой. Я чувствовала себя почему-то усталой и разбитой. Машинально погладила Шаракана, пытаясь вспомнить обрывки гнетущего сна, оставившего послевкусие беспокойства и опасности. Отчего-то мне было просто необходимо увидеть Дара прямо сейчас. Рассказать ему о сне?
Нет.
Я вздрогнула от мелькнувшего перед глазами образа. Бред какой! Это же насколько нужно невыспаться, чтобы даже подумать о таком? Но моё тело будто начало жить собственной жизнью. Рука откинула одеяло, и я села на кровати. Потянулась к лежащим на тумбочке кинжалам и иглам и поспешно отдёрнула руку. В результате получилось неловкое движение, из-за которого я задела горшок и замерла испуганным зверьком. Анемона падающими звёздочками устремилась на пол. Я в полной прострации наблюдала за падением цветка и будто сквозь вату в ушах услышала звук бьющегося горшка.
И тут я будто очнулась. Равианикиэль меня прибьёт, если узнает, что произошло.
“Уходи отсюда. Здесь тебе грозит опасность!”
Глупости, — отмахнулась я от знакомого голоса, который не принадлежал Шаракану. — Что мне может грозить в стенах Академии?
“Иди к Дару. Тебе нужно немедленно уходить, — пророкотал на задворках сознания голос. — Бери оружие и иди к Дару”.
Я будто вновь впала в какое-то оцепенение, потянулась за кинжалами и иглами. Я уже не знала, чего я хочу на самом деле и что для меня важнее в этой жизни: свобода или добровольные оковы, которыми я себя оплела. Я всегда ценила собственную свободу и независимость, но…
Пальцы сомкнулись на ножнах и на автомате начали закреплять их на привычных местах. Я встала с кровати и с силой наступила на лежащий на полу чуть поблекший цветок.
Я… я и вправду не могла понять, что мне дороже сейчас. Но… кажется… я и вправду хотела убить Дара, чтобы освободиться.
Дарион
Я резко распахнул глаза, почувствовав чужое присутствие. Сон как рукой сняло.
Кто здесь?
“Лика, — чуть удивлённо отозвался Амореонэ. — И что ей здесь надо посреди ночи?”
Я высвободил руку из-под одеяла, намереваясь включить свет, но тонкие пальчики помешали.
— Лика, что случилось?
Она опустилась на колени у моей кровати и уткнулась мокрым лицом мне в шею.
— Ты плачешь? — удивился я, услышав тихий протяжный всхлип. — Что произошло?
“Похоже, на неё плохо наложили щиты… или не подрасчитали со временем инициации. Нужно её поскорее успокоить”.
— Тс-с-с, тише, — погладил я свободной рукой тёмную по голове. Вторая оказалась под одеялом, прижатая телом Лики.