Совесть Городат
Шрифт:
А вот практика уже довольно скоро. Можно будет попросить Рикса выехать хотя бы на пол-луны за Город. Правда, я пока слабо представляю себе эту процедуру, но, думаю, что если команда, в которой я буду находиться, покинет Город, то и мне можно будет. Я познакомлю тебя с Риксом. Он такой…
Похоже, он тебе не нравится. Но ты же ещё не видел его! Нельзя ведь судить о существе, о котором не знаешь! Я думаю, что вы поладите, когда познакомитесь поближе.
Однако Шаракан был непробиваем: ни Рикс, ни Ника, ни Риверэ рядом его абсолютно не вдохновляли. Он считал,
Вечером вновь заглянул магистр Арион, поинтересовался моим состоянием. Также страж тёмного факультета сообщил, что ему нужно на какое-то время покинуть лагерь, и ему придётся взять меня с собой, дабы избежать новых…
Договорить фениксу я не дала, с радостным воплем повиснув у него на шее.
— Мы отправляемся путешествовать! А Люцифэ и Дар тоже? — заглянула я в лицо ошарашенного подобной реакцией наставника. — Без Люцифэ ну никак нельзя. С его помощью мы сможем перемещаться намного быстрее. Ну, а Дар за компанию.
— Как посмотрю, ты уже всё распланировал.
— Ага, — с широкой улыбкой подтвердила я.
— Однако ни Люцифэ, на Дар с нами не поедут. А ты ни на шаг не будешь отходить от меня до самого возвращения.
— Вы ещё скажите, что я буду присутствовать на ваших совещаниях с Вараном, — обиженно фыркнула я.
— Нет. Вместо этого ты будешь безвылазно сидеть в снимаемом номере, не показывая на улицу даже кончика своего любопытного носа.
Я поспешно отстранилась и нагло заявила:
— А вы не боитесь, что пойдут толки? Мы вдвоём… Это как-то… — я потупилась и начала постукивать кончиками пальцев друг о друга, всеми силами симулируя крайнюю степень смущения. — Прислуга на постоялых дворах любопытная и языкастая. Как вы думаете, что она подумает, увидев столь колоритную парочку?
— Во-первых, ты выглядишь, как мальчишка, и подумают они, что мы ученик и учитель. И вообще, откуда у тебя такое извращённое воображение?
— Оно не извращённое, а прагматичное, — отвернулась я. — Так вы возьмёте..?
— Только Люцифэ! — отрезал феникс. — И то с условием, что он будет помогать искать и запечатать прорывы, а также переходить с места на место.
— Спасибо! — солнечно улыбнулась я, за что получила в ответ чуть напряжённый взгляд. Похоже, магистр Арион просто уже не знает, чего ещё можно от меня ожидать. Жаль, что Дар с нами не поедет, но хоть Люцифэ рядом будет. А главное, что мечта Шаракана начинает исполняться. Мы увидим мир! Во всяком случае, хотя бы другие места данной конкретной планеты. И это здорово!
Глава 16
Лика
Скука смертная. Вот уже четыре дня мы с Люцифэ безвылазно сидим на постоялом дворе и единственным нашим развлечением являются оставленные магистром Арионом книги. Шаракан на подобное положение дел реагирует вспышками агрессии. Впрочем, магистр Арион сегодня перед уходом пообещал, что уже скоро большинство вопросов будет урегулировано, и мы сможем отправиться на места теоретических прорывов. Неужели нужно было терять четыре дня, чтобы это согласовать?
“А Люцифэ втюрился в Ариона”.
Я аж вздрогнула от неожиданности. Часовщик поднял голову, отрываясь от бездумного вычерчивания чего-то пальцем на столешнице, и вопросительно покосился на меня.
— Ничего, задумался просто, — пробормотала я, гадая, чей же это незнакомый голос прозвучал у меня в голове. Неужели Шаракана?
Люцифэ пожал плечами, обратно опустил подбородок на кулак и вернулся к своему занятию.
С чего ты так решил? — укрепив ментальные блоки, поинтересовалась я.
“Он рисовал профиль Ариона, а сейчас просто набор линий.
Ну ты и глазастый!
“А то!” — с явными нотками гордости отозвался голос. Я, не сдержавшись, фыркнула и тут же прикусила губу. Шаракан, соизволивший сегодня перейти из своей громоздкой формы в довольно изящный браслет, обиженно резанул меня по внешней стороне запястья.
— Помочь с перевязкой или не лезть? — подал голос Люцифэ, заметив красные ниточки крови, побежавшие по коже.
— Помоги. Меня скоро можно будет в ветераны невесть какой войны записывать. С моим-то набором не заживших шрамов… — вздохнула я. Несмотря на все усилия Люцифэ и мою достаточно неплохую регенерацию, ущерб, причиненный мне Шараканом за последние месяцы, поистине удручал. Постоянные порезы — новые и уже заживающие — приносили массу дискомфорта, а сниженная чувствительность кожи и подергивающиеся мышцы ухудшали качество тренировок и мешали при бытовых занятиях. Про ощущения, сопровождающие всё это, я вообще молчу.
Сейчас Люцифэ всерьёз занимался моими руками, но подходящий момент для лечения был уже упущен. Заживающая кожа огрубела и на данный момент, несмотря на все старания Часовщика, мои ладони представляли сплошную мешанину загрубевших бугрящихся рубцов. Приходилось по несколько боев в день уделять разработке пальцев и ладоней, чтобы “руки не превратились в грабли”, как выразился Люцифэ. По хорошему, мне стоило на время полностью отказаться от тренировок, но я просто не могла на это пойти.
Взявший нас с собою магистр Арион строго-настрого запретил покидать комнату в его отсутсвие, а в четырёх стенах с Шараканом особо не разомнёшься. Этот факт являлся ещё одним поводом для недовольства меча, который, как оказалось, ещё и разговаривать умеет связно.
Рядом с первым порезом появился второй, поменьше. Я только глаза закатила. Шаракан крайне ревниво относится к любым мыслям, касающимся его особы. И не только его… С такими темпами я скоро буду ходить замотанная в бинты, как какая-нибудь мумия, прихрамывая и охая на каждом шагу. Появившаяся в мозгу картинка вызвала улыбку на губах и тихий смех Шаракана в мозгу. Я любовно погладила чёрный браслет. Нет, я никогда и ни за что не поменяю свой меч. Что до наших тёрок… сживёмся.
Сдвинув браслет чуть вверх, я предоставила новый порез в распоряжение ловких и чутких пальцев Люцифэ. Наблюдая за его работой, я задала уже давно интересовавший меня вопрос: