Совершенство
Шрифт:
«Когда это ты поняла, что Нестеров тебя не любит?»
А когда я должна была понять, что любит? Когда он обозвал меня идиоткой? Или когда сказал улетать?
«Вспомни лучше, сколько раз он спасал и помогал. Правильно говорят: сделай доброе дело — забудут, сделай плохое — будут помнить до конца жизни», — фыркает ангелочек и мне начинает казаться, что любой аргумент против Нестерова он воспринимает на личный счет.
Но если Марк так много для меня сделал и правда любит, разве не должен он был предпринять всё что угодно, чтобы убедить меня остаться?
Ангелочек внезапно разражается оглушительным хохотом, и я радуюсь тому, что слышу его исключительно в собственной голове.
«Девушка, куда ты дела мою рациональную и продуманную до мозга костей Милашечку? — отсмеявшись спрашивает он. — Откуда этот экзальтированный романтизм? Сравнивать Нестерова и Серкана Болата? Ты серьезно?»
Обиженно надуваю губы:
— А что не так? Он, между прочим, тоже в строительной компании работал. И, в отличие от некоторых, нашел в себе смелость признаться Эде в любви.
Ангелочек снисходительно качает кудрявой головой и дружески похлопывает меня по плечу, на котором сидит.
«Вот ты вроде умная, Милашечка, а иногда дура-дурой. Любовь Марка — она в поступках, а не в словах. Он любит тебя так сильно, что готов отпустить. Кто, как ты думаешь, вообще организовал для тебя этот шанс, зная о том, как ты мечтала уехать?»
Дубинина. Или не Дубинина вовсе?
И всё вдруг встает на свои места. Его вопрос о том, чего я хочу. То, что Лерка в тот вечер не поздоровалась с Марком, выдав невольно, что они разговаривали до того, как он подошел ко мне. И та безграничная нежность, сквозящая в каждом объятии и поцелуе. Нестеров просто уже тогда знал, что это — в последний раз.
От понимания того, что Марк не просто отпустил меня, но и сам попытался исполнить мою мечту, хочется расплакаться. Он ведь не знал, что мои мечты изменились. Я и сама не сразу сообразила. Как тогда, с Сахаровым, не сумела вовремя осознать, чего хочу.
— Милана, могу я помочь вам донести вещи? — интересуется водитель, когда Лэнд останавливается прямо у входа в сияющее темно-синими стеклами здание аэропорта.
Отзываюсь задумчиво:
— Спасибо, не нужно, я сама справлюсь.
— Марк Анатольевич попросил проводить вас и проследить, чтобы вы благополучно улетели.
Ох уж этот Нестеров с его трогательной заботой. Но сейчас тот факт, что он попросил водителя удостовериться в том, что я улетела, не доставив ему новых проблем, вызывает внезапную волну злости:
— Значит, передайте ему, что проводили, — сверкнув глазами заявляю я и, схватив чемодан, направляюсь в сторону главного входа.
Вот сам бы и проследил, раз так беспокоится! Спасатель, мать его! Благодетель! Вот и улечу теперь назло ему, такому правильному.
Швыряю чемодан на ленту и смотрю на сотрудников досмотра так, что они без вопросов пропускают меня внутрь. Всё же осталось во мне что-то от прежней Миланы. И сейчас это что-то рвется наружу,
«А чего ты кипятишься-то? — недоумевает ангелочек. — Потому что он в очередной раз тебя обыграл и сделал по-своему? Ну так в твоих же интересах? Успокой свой внутренний хаос и приди в себя».
Хочется закричать, но я сдерживаюсь. При этом думаю так громко, что ангелочек закрывает ладошками уши.
Вовсе это не мои интересы. И хаос мне не подконтролен.
«Он был подконтролен Нестерову, — соглашается ангелочек. Марк всегда усмирял и успокаивал тебя, уравновешивал твою вспыльчивость и несдержанность. Он — твой маяк, твоя константа. И поэтому тебя тянет к нему, что бы у тебя ни случилось».
— Это значит, что если я уеду, Марк дождется меня? — спрашиваю, забыв о том, что вокруг снуют туда-сюда люди.
Ангелочек лукаво усмехается:
«Наивная. Нет, конечно. Как бы ты ни была ему дорога, но ждать тебя всю жизнь Нестеров не станет. И к тому моменту, как ты вернешься, он, гипотетически, как минимум — найдет себе новую Лауру, а как максимум — обзаведется женой и детьми».
Я останавливаюсь так резко и внезапно, что в мою спину врезается пара туристов из Китая, бормочущих извинения на своем смешном языке.
Просто при мысли о Нестерове рядом с другой женщиной делается дурно. Картинка того, как он целует и обнимает другую, пусть и чисто гипотетически, больно врезается в мозг и застревает перед глазами. Даже воздух в легких заканчивается. Он же мой! Какая ещё жена и дети? Какая Лаура? Стоп.
— Новую Лауру? А старая куда делась?
«Никуда, но в компании Марка она больше не работает. Он уволил её после того, как она отправила тебе их совместное фото».
— И кто теперь его помощник в этой новой большой строительной компании?
«Никто. А почему ты спрашиваешь?»
Вместо ответа молча вхожу на сайт Фарпоста, в раздел вакансии. И должность помощника директора «Архи-Строй» почти на вершине имеющегося списка. Не замечала её раньше лишь потому, что во время её появления уже работала с «Талассой». И у меня уже тогда был выбор. Просто я его не видела.
«С чего ты взяла, что он тебя возьмет?» — ангелочек настроен скептически, хотя и сам ненароком натолкнул меня на это мысль.
— Пока не попробую — не узнаю.
Если всё время плыть по течению, никогда не окажешься на нужному берегу. Пришла пора взять судьбу в свои руки.
«Ты помнишь, что тебе негде жить? И придется платить отступные «Азиатско-Тихоокеанскому Альянсу»" за расторжение договора? Милашечка, да тебе же даже вещи оставить негде!» — безуспешно пытается вразумить меня ангелочек.
А вот не надо было мне про гипотетическую женщину говорить. Не откладывая в долгий ящик, я звоню по указанному в объявлении номеру.
— Сожалею, девушка, но сегодня мы уже провели собеседование и готовы одобрить, прошедшую его кандидатуру, — отвечает мне сотрудница отдела кадров «Архи-Строя», которая, судя по довольному тону, вовсе не сожалеет.