Совершенно секретно
Шрифт:
И все же один из старших американских офицеров вместо почестей и наград получил снижение в чине за то лишь, что не продвинулся со своей частью дальше в течение первых сорока восьми часов. Мост несколько дней находился под обстрелом немецких батарей.
Гитлер лично задался целью сбить нас с Ремагенского предмостного укрепления и не щадил для этого усилий. Несколько дней мы все опасались, что дело кончится плохо.
Ремагенский мост скончался от ран через десять дней после того, как мы его взяли. Но и десяти дней оказалось достаточно. За это время успели навести два понтонных моста, и Первая армия прочно закрепилась на восточном берегу Рейна. Немцы, в ярости и страхе, как бы ремагенское предмостное укрепление не послужило плацдармом для нового прорыва, принялись
Снова на арене Паттона. Для Джорджи Паттона это была большая незадача: ведь наступление на Рейнскую низменность начали его войска, и они же прорвали немецкую оборону в горах еще до удара на севере, а честь первой переправы через Рейн досталась солдатам Ходжеса. Но, несмотря на эту неприятность, Джорджи продолжал заниматься своим делом — и весьма успешно. А его дело было — выйти к Франкфуртскому проходу.
Немецкая армия, разбитая Паттоном в лесах Эйфеля, отступала не за Рейн, а на юго-восток за Мозель. Река Мозель течет к Рейну под прямым углом и образует одну из границ куска сильно пересеченной местности, которую с двух других сторон замыкают Рейн и Саар. Местность эта носит название Пфальц, и Франкфурт лежит по ту сторону Рейна, против ее северо-восточного угла. Хотя Паттон и вышел уже на Рейн, ему предстояло выдержать еще одно большое сражение, прежде чем устремиться к своей заветной цели Франкфуртскому проходу.
Как и тогда, перед Эйфелем, приказа о продвижении Паттон не получил. Снова ему было предписано задержаться — на этот раз на Мозеле, — и снова Брэдли нашел для него способ обойти и СХАЭФ и немецкую армию.
Южный край Пфальца идет по границе Германии. В этом секторе 6-я армейская группа Джеки Деверса уперлась в Западный вал и остановилась. Именно здесь, во время арденнского наступления, Гиммлер лично стал во главе немецких эсэсовских войск и предпринял диверсию, настолько успешную, что в результате ее американская Седьмая армия вынуждена была отступить к линии Мажино. Это произошло всего за несколько дней до того, как русское наступление заставило немцев прекратить начатые действия и отойти в противоположном направлении — назад к Западному валу. Все эти обстоятельства задели за живое Деверса и Пэтча (командующего Седьмой армией), и они уговорили Эйзенхауэра дать им несколько дивизий Паттона, чтобы укрепить южный фланг американского фронта и начать наступление на Пфальц. Эффект коронного номера англичан на севере не должен был пострадать от этого наступления, — напротив, оно им шло на пользу, так как, во-первых, ослабляло Омара, во-вторых, отвлекало противника на юг. Монтгомери не стал возражать.
Удар 6-й армейской группы на Пфальц был задуман как развернутое наступление на очень широком фронте и должен был отогнать немцев назад за Рейн. Он планировался целый месяц, но когда все уже было готово, Паттон взял Трир, прорвав Западный вал на юге, и вступил в Эйфель. Большое число немецких войск попало при этом в «котел», остальные отступили за Мозель.
Чтобы уравнять шансы Деверса, Паттону было предложено держать фронт на Мозеле, пока Седьмая армия займется очисткой южной части территории. Армия Паттона, после передачи нескольких дивизий Деверсу, уже не считалась достаточно сильной, чтобы оказать Седьмой армии существенную поддержку в наступлении.
Иными словами, занятие Пфальца должно было явиться бенефисом 6-й армейской группы; но Брэдли сумел воспользоваться своим возросшим за это время престижем и уговорил Эйзенхауэра не делить район боя на зоны между отдельными армейскими группами, но предоставить ему координировать свои действия с действиями своего соседа, Деверса. Деверс был согласен, и атака началась. В самую последнюю минуту Брэдли разрешил Паттону переправить некоторое количество войск через Мозель, чтобы отвлечь внимание немцев.
И вторично активная диверсия Паттона сделалась центром всей операции. Главную роль снова играла 4-я танковая. По приказу Паттона одна пехотная дивизия штурмом форсировала
Лишив немцев возможности удерживать их позиции в Пфальце, Паттон двинул в горы вслед за 4-й еще одну танковую дивизию, а за ней еще одну, без передышки. Противник дрогнул и стал поспешно откатываться к Рейну. Американские танковые колонны, наступая со всех сторон, врезались в гущу отступающих в беспорядке немецких войск, создавая сотни «котлов» и захватывая десятки тысяч пленных. После крушения Западного вала Седьмая армия пошла на стык с Третьей и закончила окружение немецкой группировки в районе Ландау.
Деверса протащил через Западный вал Паттон. Он преподнес Деверсу Пфальц в подарок, а сам, не задерживаясь, повернул на юг и переправился через Рейн на Франкфуртском направлении. Удар был нанесен так смело и неожиданно, что авангарды высадились почти без единого выстрела противника. Официальной датой форсирования считается 22 марта. На самом деле переправы были захвачены Третьей армией несколькими днями раньше, действиями усиленных патрулей.
Но на 23 марта назначил свой переход через Рейн сам Монтгомери, и Джорджи специально придержал сведения о форсировании реки Третьей армией, чтобы подпортить Монти эффект в прессе.
Итак, с армией, которую не считали достаточно сильной даже для существенной поддержки, Паттон выполнил всю задачу, возложенную на 6-ю армейскую группу, и превратил в комедию сложные приготовления Монтгомери к переходу Рейна на севере. Более того, усилиями Паттона и при поддержке самого Брэдли Третья армия вышла на тот путь, который давно уже облюбовал американский главнокомандующий, — путь в глубь Германии через Франкфуртский проход.
А между тем на арене Монтгомери… В то время как в центральном и южном секторах фронта происходили все эти знаменательные события, на севере тоже было очень оживленно. Напомним, что еще в начале кампании, чтобы выйти к Рейну для своей исторической переправы, Монтгомери должен был сломать последние укрепления Западного вала и очистить от немцев прилегающие территории. С этой целью он задумал классическое наступление «клещами»: канадцы по дуге вдоль Рейна продвигаются к югу, а Девятая американская армия, вошедшая в состав группировки Монтгомери, сначала вклинивается по прямой севернее Кельна, а затем поворачивает на север и идет на соединение с канадцами. Таким образом, район укреплений Западного вала между Аахеном и Арнгемом оказывается блокированным, и Рейнская область на всем протяжении от Кельна до Арнгема очищается от противника. Все это должно было осуществиться в результате синхронизированной атаки в первых числах февраля. Выйдя на Рейн, Монтгомери предполагал перегруппировать свои силы, дождаться сухой погоды и форсировать реку.
Великий переход обозначался в плане шифром «Грабеж», канадская операция по очищению плацдарма получила название. «Веритабль», а американская «клешня» — название «Гранаты».
Маневр «Веритабль» должен был начаться 8 февраля, а «Граната» днем или двумя позже. Интервал между атаками был рассчитан на то, чтобы выбить немцев из равновесия. План наступления был продуман, разработан, проверен и выверен во всех деталях, с обычной для англичан тщательностью.
Но, несмотря на это, с самого начала операций «Веритабль» и «Граната» дело не пошло на лад. События развернулись не совсем так, как предполагал Монтгомери, и на этот раз не по его вине. Вспоминая обо всем этом, фельдмаршал сэр Бернард вправе был ворчать себе под нос, что он чуть было не опоздал на автобус через Рейн по милости американских «шляп». Обстоятельство, которое «прошляпили» американцы, носит название рерских плотин, и существовало задолго до того, как Монтгомери принял командование над американскими войсками на подступах к Западному валу.