Сотвори себе мир
Шрифт:
— Без вас я сегодня не сидела бы за этим столом. Все равно, спасибо.
— Пожалуйста, — буркнул он, — это моя работа.
— Когда, думаете, нам лучше выехать из отеля?
— Завтра утром.
— Вы же говорили, что у нас вечерний рейс, — напомнила Миронова.
— Забота о вашей безопасности тоже входит в мои обязанности. Мы не можем ждать до вечера. Лучше поедем завтра утром куда-нибудь на прогулку в ближайший город. А вечером вернемся в Кельн и уедем в Париж. Оставаться в отеле еще целый день — небезопасно. В городе не так много отелей такого класса. Нас могут вычислить.
— Понимаю, — серьезно ответила она, — тогда нам
— Так и сделаем.
— Между прочим, — вдруг спросила она, — вы знаете, что у вас в багаже нет приличного купального костюма?
— Какого костюма? — не понял он. — Вы шутите? У меня есть плавки.
— Сеньор де ла Мендоса, — терпеливо заметила Миронова, — это уже моя сфера деятельности. Я работаю в других странах уже много лет. Купальный костюм такого сеньора не может состоять из одних плавок непонятного цвета. У вас должен быть специальный халат, тапочки, шапочка, простите, трусы, и все одного цвета и желательно купленное в очень известном магазине.
— Это действительно так важно? — покачал головой Богданов. — Никогда не думал про это.
— У высшего света свои законы. Вы играете в теннис?
— Конечно, нет.
— Вам повезло. Иначе пришлось бы покупать и всю амуницию для тенниса. Такова атмосфера того самого отеля, куда мы с вами направляемся.
— Спасибо, что предупредили. Завтра будем искать шапочку и халат, — махнул рукой Богданов.
В эту ночь они снова спали раздельно. И, к его чести, он уже не пытался лечь с ней. Но об этом все равно сожалел, как и любой мужчина на его месте. Когда рядом красивая женщина, очень трудно быть порядочным человеком.
Глава 7
Труп погибшего Вайса доставлен к экспертам почти сразу после обнаружения. На этот раз результаты вскрытия были на столе у Крюгера через три часа после приезда Мюллера. Сомнений уже не было. Убийства Штенгеля и Вайса были связаны с убийством фрау Шварц. Экспертиза дала заключение: в обоих случаях стреляли из одного и того же пистолета. А вот в случае с автомобилем Штенгеля эксперты сделали очень интересное заключение. Шина автомобиля была пробита девятимиллиметровой пулей, выпущенной из специального штурмового пистолета бесшумного действия, известного как модификация чешского пистолета «скорпион».
Парадоксальность заключалась в том, что подобные штурмовые пистолеты, называемые «волнорезами», имелись на вооружении только у сотрудников бывшего КГБ СССР и были известны в Германии под кодовым номером «С2 91 S». Применение таких пистолетов в Германии прежде почти не было зафиксировано, они попали в компьютерную сеть немецкой криминальной полиции лишь благодаря частичным сведениям бывшей восточногерманской полиции. Теперь у Крюгера был более чем достаточный повод для командирования Нигбура в Москву.
Этот день Крюгер потратил на хождение по инстанциям с обоснованием своего решения послать Нигбура. Ему повезло. Мюллер занимался убитым Вайсом и не мешал ему, так как, узнай кто-нибудь из чиновников Министерства иностранных дел или его собственного полицейского ведомства, что он отправляет в Москву бывшего полицейского ГДР, командировка никогда бы не состоялась. Вечером традиционный немецкий бюрократизм наконец был сломлен, и Нигбур даже получил документы, разрешавшие обращаться в посольство России в Бонне. В тот же вечер он вылетел в Бонн. А Крюгер поехал к Мюллеру узнавать последние данные по обыску дома Вайса.
Как
Дитцу за это время удалось найти фрау Виммер и узнать у нее, что она действительно посылала в прошлом году несколько пустых бланков со своей подписью и печатью для приглашения своего племянника из Москвы, но ни о какой Шварц она никогда не слышала и никого из Калининграда к себе не приглашала. Проведенная франкфуртской полицией проверка подтвердила, что у фрау Виммер действительно был племянник в Москве, но никто не видел в ее доме женщину, похожую на Ирину Шварц. Крюгер распорядился послать Нигбуру адрес племянника в Москве, чтобы можно было проверить и этот вариант выхода на загадочную женщину, принесшую столько неприятностей одним своим появлением в Мюнхене.
По сведениям, данным пограничной службой, Ирина Шварц действительно четырежды бывала ранее в Германии. Дважды прилетала в Берлин и дважды — в Мюнхен, проходя границу через международные аэропорты этих городов. Подтверждались сообщения фрау Виммер — погибшая Шварц никогда ранее не прилетала во Франкфурт-на Майне.
Крюгер послал в отель двух лучших технических экспертов для исследования замка номера, в котором была убита женщина. Эксперты, проведя исследования, пришли к единодушному мнению: замок открывался поддельной магнитной карточкой, которая могла быть изготовлена из специального пластика. Микроскопические остатки пластика были обнаружены и внутри замка. Версия Крюгера об убийце, имевшем вторую магнитную карточку, находила свое подтверждение. Кто-то успел снять копию или запрограммировать карточку на подобный тест. Убийца, открыв дверь своей карточкой, вошел и сделал первые два выстрела.
Вернувшись от Мюллера, который раздражал его своей неуемной активностью, работавшей почти вхолостую, Крюгер связался с лабораторией в Штутгарте. Там согласились дать данные по оружию, из которого был произведен выстрел в машину Штенгеля. Поздно вечером он действительно получил еще один факс из Штутгарта. Эксперты пришли к заключению, что столь характерное оружие на территории Западной Германии ранее не применялось, и проверили все данные пол компьютерной памяти, относящиеся к событиям в Восточной Германии. Проведя подобный анализ всех происшествий, связанных с применением штурмовых пистолетов на территории бывшего ГДР, эксперты обнаружили, что семь лет назад, в начале восемьдесят восьмого, более чем за год до крушения Стены, подобное оружие было применено против молодого человека Йозефа Риддля, погибшего при попытке перейти границу и найти убежище в Западном Берлине. Риддль был убит уже после того, как сумел перейти Стену и выйти в Западном сектор. Выпущенная с другой стороны пуля сразила студента, и благодаря этому труп был индетифицирован, и пулевое ранение было занесено в компьютерную память криминальной полиции как случай, происшедший в ГДР. В таких вопросах немецкие чиновники были пунктуальны и аккуратны.