Соседка
Шрифт:
По дороге домой Аманда ощутила духовную близость с Грэмом. Как только они вошли на кухню и закрыли дверь, он поднял ее, посадил на стол и взял ее лицо в свои ладони. Его поцелуй был настойчивым. Он говорил о том, что Грэм испытывает те же чувства, что и она. Аманда поняла это еще до того, как их губы встретились. Прильнув к груди Грэма, она с наслаждением ответила на поцелуй.
— Я люблю тебя, — шепнул он, расстегивая ей джинсы.
Мокрые
Воспользовавшись паузой, он отошел к окну и позвонил. Она ответила после первого гудка. Она ждала.
— Я не могу сегодня прийти, — сказал он.
Немного помолчав, она спросила:
— Даже ненадолго?
— Нет. Я нужен здесь. Я никак не могу уйти.
— Ты сказал, что это не повторится.
— А еще я говорил, что это деликатная ситуация. Так оно и есть. Сейчас она стала даже более деликатной.
— Почему?
— Возникли осложнения. Непредвиденный ход событий.
— Каких событий?
Он взъерошил рукой волосы. Он был измотан и не хотел вдаваться в детали.
— У нас крупные неприятности. Я пытаюсь уладить дело. Это важно.
— Я думала, для тебя важна я.
— Это правда, — ответил он. — Я говорил это тебе, киска. Ты для меня важна. Но всему свое время.
— Время не ждет. Если это затянется, я успею родить.
— Не дави на меня. Особенно сегодня. Я слишком измотан.
— Ты считаешь, что это только мои проблемы?
Ему хотелось ответить, что да. Хотелось припугнуть ее, что, если она не оставит его в покое, он не признает ребенка. Но после того, что случилось этим вечером, у него пропало всякое желание угрожать.
— Я позвоню тебе завтра.
— Откуда мне знать, что ты говоришь правду? — спросила она таким тоном, какого он не потерпел бы, даже если бы дорожил их отношениями, чего на самом деле не было.
Он не собирался ввязываться в то, что его не касалось. Если ребенок не его, он ничего ей не должен.
— Послушай, я не стану тебе отвечать. Я не могу сейчас говорить. Все.
Закончив разговор, он повернулся спиной к окну и сосредоточился на том, что происходило у него дома.
— Нам нужно поговорить, — пробормотала Аманда немного позже.
Они с Грэмом занимались любовью сначала в душе, потом в постели. Сейчас она лежала, прижавшись щекой к его плечу.
—
— Жизнь такая, — пробормотал он.
— Какая?
— Сложная. Между нами встает то одно, то другое. — Повернувшись на подушке, он посмотрел ей в глаза: — Ты мне нужна. Если у нас не родится свой ребенок, мы заведем его другим способом.
Его взгляд был открытым и честным.
— А вдруг между нами опять что-то встанет? — спросила она.
— Мы этого не допустим.
— Но ведь уже допустили. Откуда нам знать, что этого больше не случится?
— У нас есть опыт. Для нас это было первым настоящим испытанием.
— Прости, что я ревновала тебя к Гретхен. Просто вдруг оказалось, что она ждет ребенка, а мне это никак не удавалось, к тому же ты делал замечательный проект для ее сада как раз тогда, когда она должна была забеременеть.
Грэм не ответил, и она приподняла голову. Он лежал с закрытыми глазами.
— Как, по-твоему, кто отец ребенка?
— Не знаю, — сонно пробормотал он.
— Думаешь, Ли?
— М-м-м.
Аманда догадалась, что это означает «может быть».
Гретхен позвонила только в четверг утром. Она знала номер наизусть. Хотя она звонила Оливеру Дидсу всего несколько раз, она часто смотрела на его телефонный номер в ужасные месяцы после смерти Бена. Он был ей поддержкой в трудные минуты, источником стабильности, как того и хотел Бен. Конечно, Бен не мог предвидеть бурной реакции своих сыновей на завещание и трудностей, с которыми столкнется Оливер, бывший и их адвокатом.
— «Филхем и Маркус», — раздался мелодичный голос секретарши.
— Пожалуйста, Оливера Дидса.
— Простите, кто его спрашивает?
— Гретхен Танненвалд.
Оливер быстро подошел.
— Гретхен?
— Да, — ответила она и одним махом выпалила заготовленную речь: — Я не отниму у вас много времени. Я просто хотела сказать, что знаю, кто испортил мою картину. Я знакома с этим человеком и потому не буду предъявлять иск. Пожалуйста, передайте это страховой компании и Дэвиду с Аланом.
После некоторого молчания Оливер сказал:
— Я правильно понял, что вы отзываете иск?
— Я не подавала никакого иска. Я к ним не обращалась. Это сделали вы.
— Но вы можете получить деньги.
— Какой смысл в деньгах, если картину не вернуть? — Оливер должен бы знать, что дело тут не в деньгах.
— И кто порезал картину?
— Это не важно.
— Кто-то, с кем вы встречаетесь?
— Я ни с кем не встречаюсь.
— О, мне просто было любопытно, Гретхен…