Соседи
Шрифт:
— Никаких обид.
— Нет, я имела в виду, скажешь мне, если она когда-нибудь что-нибудь упомянет? Ну, знаешь, что Лиам постоянно пишет или звонит, просит ее прикрыть его. И все в таком духе.
Я почесал голову, уже решив, что ни за что не затрону эту тему. После многих лет наблюдения за выходками Пола с замужними женщинами до Линн, я знал лучше, что не стоит попадать в эту смертельную ловушку.
— Слушай, я попробую…
— Понимаю, это немного неловко, — пролепетала Нэнси, — но я буду очень благодарна.
— Не волнуйся. Я уверен, что ты все выдумываешь. И Лиам будет
Глава 37
Сейчас
Нэнси
Я лежала в постели, прислушиваясь к ритмичному дыханию Лиама и позволяя своим мыслям блуждать.
Я не хотела, чтобы наши отношения с Нэйтом зашли так далеко, но когда это произошло, не хотела, чтобы мы останавливались. Острота момента — чистая, животная похоть — застала меня врасплох, а внимание, что я жаждала, возможность почти соблазнить самого преданного мужа, которого я когда-либо знала, сильно меня завела.
Каждые несколько секунд после того, как Нэйт ушел домой, я думала об этом. Я чувствовала его пальцы на своей коже, представляла, как дергаю его за ремень, вспоминала, как он возбудился. И в то же время это меня злило. Нэйт оказывал мне то внимание, каким должен был одаривать мой муж все это время.
В конце концов, это всего лишь поцелуй, но он заставил меня почувствовать себя молодой, желанной, смелой. То, чего я не чувствовала уже много лет, с тех пор, как путешествовала по экзотическим местам, спала с экзотическими мужчинами — и одной женщиной — до того, как встретила Лиама, и мое желание приключений сменилось безусловным желанием заботиться.
Я не рассказала Нэйту правду о нашей истории; но я никому не рассказывала о том вечере, когда мы с Лиамом пошли на ужин с моей мамой. Как он придержал для нее стул, встал, когда она вышла в туалет, и оплатил счет быстрым, элегантным, но незатейливым жестом.
— Нэнси, он хороший, — похвалила меня мама, подавая нам пальто. — Тебе лучше держаться за него. У такой девушки, как ты, никогда не будет другого такого.
«Такая девушка, как ты». Хотя я слышала эти слова миллион раз, они все еще горели на моей коже, как невидимое клеймо. Мама никогда не намеревалась обидеть меня, и если бы высказала ей это, она пришла бы в ужас, увидев, как сильно меня расстроила. Кроме того, я понимала, что она имела в виду. Ее ожидания в отношении себя никогда не отличались большими высотами, и эти чувства неизбежно передались ее единственному ребенку, капая, капая, капая, формируясь вокруг меня как сталагмит.
Мама огляделась вокруг, наклонилась и прошептала:
— Значит, он так и не сделал предложение?
— Пока нет, мама. Я не думаю, что он готов.
— Дорогая моя, мужчины никогда не готовы. — Она похлопала меня по руке. — Только когда мы, женщины, помогаем им в этом.
Я смотрела на Лиама, когда он вернулся к столу, смотрела, как он
Это было легкое решение. Просто солгать о своих контрацептивах и добросовестно спустить их в унитаз — захватывающее ощущение, как если бы я пошла за велосипедные сараи в школе с сигаретой, — и почувствовать себя немного виноватой, когда сообщила Лиаму с хорошо отработанным, удивленным выражением лица, что беременна.
Я вытряхнула воспоминания из головы и посмотрела на будильник, который показывал несколько минут до полуночи, затем подумала, что сделает Лиам, если я расскажу ему о Нэйте. Будет ли этого достаточно, чтобы заставить его ревновать? Будет ли ему не все равно? Он не прикасался ко мне неделями, едва ли признавал мое присутствие в половине случаев. Его постоянное отдаление посылало волны ярости по моему телу, особенно когда я задавалась вопросом, не прикасается ли он к кому-то другому вместо меня.
И опять, рассуждала я, делая глубокий вдох, Нэйт прав насчет работы Лиама. Лучшая работа, новый босс, новое место. Все это сходилось, но все равно оставалось неприемлемым. Он не единственный, кто много работал. А как насчет ремонта, которым я занималась, а также ведения домашнего хозяйства и ухода за Заком, пока он болел? Но помимо того, что Лиам работал долгие часы, он еще ходил на тренировки — некоторые из них с Эбби, которая, очевидно, пренебрегала Нэйтом так же, как и Лиам мной — несмотря на то, что он неоднократно призывал меня присоединиться к их нелепым занятиям.
Сказать Нэйту, что между его женой и моим мужем ничего не может быть, тоже ложь. Учитывая, сколько времени они проводили вместе, я не могла не задаваться этим вопросом, и одна только мысль заставляла колебаться между желанием рассыпаться в прах и выколоть глаза Лиаму и Эбби голыми руками.
Я напоминала себе, что у Лиама нет времени на интрижки, что он никогда не позарится на такую фригидную колючку, как Эбби, но что, если это так? Или что, если они использовали друг друга для прикрытия? Встречались со своими любовниками и смеялись над этим за нашими спинами? Я покачала головой. Я смотрела слишком много плохих мыльных опер и теорий заговора по телевизору.
Тем не менее, чтобы быть уверенной, я проверила его телефон, когда он принимал душ, просмотрела его социальные сети в поисках улик и несколько раз обыскала карманы, но ничего не нашла. Либо он очень ловко заметал следы, либо его холодность на самом деле объяснялась давлением на работе.
Еще недавно я бы сказала себе быть более чуткой к его потребностям. Теперь это звучало как что-то из руководства для жены хорошего дома 1950-х годов. Мы с Лиамом должны быть равными партнерами во всем, и все же казалось, что я всегда прилагала больше усилий. Я бегала за ним, обожала его, возводила на пьедестал и открыто умоляла оказать мне обратную услугу. Я была не лучше, чем влюбленный, жаждущий внимания щенок. И, честно говоря, мне это надоело. Меня тошнило от поведения Лиама по отношению ко мне, но не так, как меня тошнило от моего поведения по отношению к нему.