Соседи
Шрифт:
— Ты не одобряешь, — заметила Камилла, приняв этот жест за критику. — Но не все могут быть так счастливы, как вы с Нэйтом, знаешь ли. Не все женятся на своей половинке.
Я выдохнула.
— Ты не знаешь, о чем говоришь.
Ее глаза расширились.
— Почему?
— Иногда… — вздохнула я.
— Что? Ты не счастлива?
Я посмотрела на нее.
— Иногда.
Камилла играла со своей салфеткой, ожидая продолжения, но я не могла. Если произнести слова, они станут реальными, а значит, мне придется что-то делать. И я не могла сказать Камилле, если только
— Ты не хочешь говорить? — наконец проронила Камилла.
— Нет. Это просто фаза. У меня гормоны. Но спасибо, что спросила. — Я закрыла крышкой свой пластиковый контейнер, взяла бутылку воды и улыбнулась. — Я лучше займусь возвратами.
Камилла отказалась разрывать зрительный контакт.
— Если передумаешь, ты знаешь, где меня найти.
Позже тем же вечером я отправилась в спортзал, планируя сразу после вечернего занятия в тренажерном зале пробежать десять километров на беговой дорожке. Я выключила непонятную музыку, которую позволила Саре добавить в свой плейлист для тренировок, вместо этого сосредоточилась на дыхании, сконцентрировалась на сердцебиении и заставила себя ставить одну ногу перед другой.
С каждым метром, который я преодолевала, чувство абсолютной усталости медленно распространялось по моим венам. Оно появилось в кончиках пальцев, ползло по рукам и ногам, как вирус, все выше и выше, пока мое дыхание не стало хриплым, а голова не закружилась. Если бы я не сбавила темп на беговой дорожке до неторопливой прогулки, меня бы счищали губкой с задней стены.
Я выключила тренажер, задыхаясь и пытаясь отдышаться, подошла к матам, где плюхнулась на одну сторону.
— Привет, Эбби. Ты в порядке?
Открыв один глаз, я обнаружила перед собой черно-красную фигуру. Джейк, один из тренеров тренажерного зала, медленно приближался ко мне. Он наклонился, глядя на меня сверху вниз.
— Я в порядке, Джейк. Спасибо.
— Уверена? — Он присел рядом со мной. — Ты прекрасно преуспела на занятиях, но сейчас выглядишь очень бледной. Хочешь воды?
— Я просто устала. Через минуту отправлюсь домой. — Он посмотрел на меня, и я добавила: — Честно. Со мной все будет нормально.
Джейк выпрямился и скрестил свои огромные руки, его красная футболка натянулась по швам.
— Хорошо. — Он сурово посмотрел на меня. — Я закончу свои подтягивания, но буду присматривать за тобой.
Когда Джейк ушел, я растянулась крестом и снова закрыла глаза, сосредоточившись на дыхании. Вдох через нос, выдох через рот, снова и снова. Мои руки и ноги перестали покалывать, и я позволила себе расслабиться, пока не почувствовала, что тело сливается с матом. Мой разум начал дрейфовать. И на этот раз я позволила ему освободиться от сотен тяготивших его мыслей.
Мой отец бросил меня. Жалкое оправдание моих отвратительных отношений с матерью, которую я теперь игнорировала. Любовь Нэйта ко мне, которую я никогда не заслуживала и не могла ответить взаимностью. Шпионаж за дочерью и невозможность нормально с ней общаться. Лиам, мужчина, которого я бросила и отчаянно об этом жалела. И Том, всегда Том. Мой дорогой брат, за гибель которого я навсегда
Я представила себе глубокое голубое небо над головой и отпустила эти мысли, одну за другой, как будто они воздушные шары, наполненные гелием, плыли вверх, все дальше и дальше, пока не исчезли, оставив мой разум пустым и спокойным…
И пока я лежала там, в полусонном состоянии покоя, должно быть, именно тихое гудение других беговых дорожек и полное отсутствие болтовни в моей голове послужили толчком к прозрению.
Я, наконец, отдалась во власть осознанию, которое взывало ко мне, сначала тихо, потом все громче и громче, пока его стало невозможно игнорировать.
И наконец я признала, что устала. Измучена. Измотана. Мой постоянный садизм — родственный самобичеванию, на самом деле — что я совершала над своим разумом и телом — это уже слишком, слишком много. И ради чего? Для кого?
Лежа на гимнастическом мате, вытянувшись настолько, насколько позволяли мои конечности, я решила, что так больше не будет. Это должно прекратиться. Хватит.
Казалось, что вновь обретенная энергия снова прилила к моим рукам и ногам, прошла через мои изможденные мышцы, по спине и груди. Я задыхалась, когда наконец открыла глаза, чувствуя себя бодрее, чем за последние недели. Месяцы. Возможно, даже годы.
Я вскочила и побежала в сторону раздевалки, помахав Джейку. Затем схватила свою экипировку, вышла из спортзала и направилась в кафе «Стимрум», расположенное по соседству. Подойдя к стойке, поняла, что никогда не заходила сюда раньше. Я всегда игнорировала восхитительный аромат свежеиспеченных булочек, кексов и пирожных, предпочитая морковные палочки с «сытном хумусом», несмотря на ненависть к нуту.
— Что будешь, милая? — Официант улыбнулся мне. Он превосходил меня по ширине как минимум вдвое, а обхват его живота растягивал буквы черной футболки «Сохраняй спокойствие — я бариста».
Я посмотрела на меню на доске. Если бы здесь подавали коктейли, я возможно попросила бы джин с тоником.
— Капучино, пожалуйста. И можно со взбитыми сливками сверху?
Он улыбнулся.
— Конечно. Один капучино со взбитыми сливками.
Когда он отвернулся, и прежде чем я успела передумать, снова указала на доску.
— У вас еще остался сладкий ирисовый пудинг?
— Конечно. — Он похлопал себя по животу. — Он великолепен. Как и шоколадный пирог.
— В таком случае, — я стащила с себя куртку, — возьму немного того и другого.
Я села и достала свой телефон, скользя пальцами по контактам.
— Это я, — произнесла, как только он взял трубку. — Мне нужно тебя увидеть.
Глава 36
Сейчас
Нэйт
— Нэнси, это просто великолепно, — Я положил кисточку и оглядел столовую. — Не могу поверить, какой гладкий потолок. Ты проделала блестящую работу.
Нэнси улыбнулась мне. Ее джинсы пестрели капельками краски, пятна на руках уже потрескались и высохли.