Сосед
Шрифт:
– Это не прикол, Кир. Сколько я должна?
Показалось или нет, но лицо Кира разом изменилось. Исчезла радостная открытость, с которой он встречал её несколько минут назад. На смену пришёл тонкий ледок. Прежнее выражение замкнутой отчуждённости, под которым, оказывается, жило столько всего. Раньше она не знала, каким удивительным он может быть. Нежным, трепетным, заботливым... Березина тоскливо вздохнула, чувствуя себя последней сукой.
– Так... Ахуенно просто. Заебись, – Кир сел на табуретку, отложив полотенце, которым доставал горячую тарелку с блинами, – Приплыли, бля. Ну, и как это всё понимать? Давно у тебя
– Игорь, в отличие от тебя, нормально зарабатывает, – спокойно возразила Марина.
Она хотела сказать не это. Объяснить, что Кирилл живёт на деньги родителей, и не имеет права тратить их бездумно на неё, потому что не он их заработал. Но реплика прозвучала неудачно. Кир так смотрел, словно она ему только что по морде с размаха пизданула, пригвоздив ярлыком типа «неудачник», или что-то в этом роде. Маринка не особо понимала, просто поняла по выражению.
– Что дальше? – тихо спросил Кир, помолчав пару секунд.
– Ничего, – ответила Маринка, проглотив комок в горле, – Иди домой. Мама будет волноваться.
– Мама? – Кир откровенно не желал понимать, – Ок. Я предупрежу, что зависаю у тебя.
От этой мысли Березину током прошило:
– Кир! – Девушка посмотрела на чудища больными, затравленными глазами, откровенно испуганная, в какой-то беззащитной ранимости, понять которую парень оказался не в состоянии, но многое бы отдал, чтобы понять, - Я запуталась...
Кир нахмурил высокий лоб, свёл брови, пытаясь проникнуть, но не в слова, а в то, что осталось недосказанным.
– Мариш, вчера многое случилось, – выдал он осторожно, – Может, слишком быстро, но... Я ни о чём не жалею. Мы неправильно начали, и у нас всё пошло не так. Признаю, я очень сильно сглупил, вёл себя с тобой как долбоёб, но... давай попробуем начать заново. У нас все получится.
От этих слов хотелось плакать. Маринке хотелось сказать, что не надо объяснять, ей не нужны никакие объяснения. Она влюбилась в раздолбая, и любовь - не школьная переменка, чтобы взять и отменить, но именно этим она и собиралась заняться: выкинуть Кирилла из собственной жизни. И остро ненавидела себя за то, что поздновато спохватилась, позволила отношениям зайти настолько далеко. Всё, что между ними произошло, нельзя просто взять и перечеркнуть, сделать вид, что ничего не было, но самое лучшее, что они могут сделать - именно это.
– Нет... дело не в этом, Кир.
Маринка досадливо вздохнула, ища нужные объяснения. Период ухаживаний они действительно пропустили... или не пропустили. Вспомнив, что они творили, Маринка улыбнулась, и её улыбка заставила Кира расслабиться:
– Давай так, – предложил парень, – Объясни, что конкретно тебя напрягает, и мы попробуем вместе разобраться.
– Не вместе, Кир, – Маринка покачала головой, – Мы не можем. Я не могу... – на дальнейшие объяснения не то, чтобы не хватило слов, просто мешал спазм в горле, – Тебе лучше уйти.
– Хорошо, – Кир поднялся, спокойно принимая, – Когда я смогу прийти?
– Никогда... – Березина покачала головой. Остро хотелось курить, просто дико, – Тебе лучше сюда больше не приходить. Случившееся ошибка. Она не повторится.
– Уверена? – спокойно каким-то разом бесцветным голосом спросил Кир.
Маринка кивнула:
– Абсолютно.
–
– Нет.
– Что ж, немного легче, – плечи Кира неуловимо расслабились, – Я могу спросить причину? Мне важно знать. Что я сделал не так, Марин?
Да ты всё не так сделал!
– чуть было не взорвалась Березина, - Всю мою жизнь сделал не так, и сам этого не понимаешь. Вместо ответа она только вздохнула:
– Ты ничего не сделал плохого, Кир. Просто мы не можем быть вместе.
– Понятно. Значит из-за бабла...
Маринка чуть не подавилась, не понимая, с какого хрена он сделал такой вывод, но подумала и не стала отрицать:
– Да! – ответила нагло, – Трахаться предпочитаю с состоятельными мальчиками.
– А ты и правда шалава... – тихо сказал Кир, как в лицо кипятком плеснул, – Думал нормальную девчонку встретил, но похоже ошибся. Извини, что побеспокоил. За продукты ничего не надо, – он снова натянул на себя маску, превращаясь в прежнего бестыжего упыря, – Я ими тебе за секс заплатил, тёть. Не подавись, смотри, когда жрать будешь. Ты их честно отработала. Приятного аппетита.
Повернувшись, он ушёл, даже не задержавшись, чтобы натянуть кроссы - просто взял их в руку и свалил, звоня в соседнюю дверь. Словно нахождение в Маринкиной квартире стало для него отвратительным, невыносимым, как если бы сам воздух показался тлетворным.
Березина тихо завыла, уцепившись рукой за холодильник, сползла на пол, понимая, что вот, оказывается, в одно мгновение можно собственными руками всё взять и разрушить. Просто вдребезги... Вот и вся любовь. Была и вышла…
Скорчившись, Маринка завыла ещё горше. Упырь проклятый, недоносок недоделанный, всю душу об него обцарапала, и конца-края не видно.
***
Ленка Иванова укатила в Голландию вместе с будущим мужем к его родственникам. А у Маринки не хватило духу отравлять счастье подруги, заставляя беспокоиться за себя, хотя Ленка, как радар, чутко уловила Маринкино настроение, и даже попыталась вывести на разговор по скайпу. Но Маринка сослалась на переустановку винды и на то, что она совершенно в этом не разбирается. Врать получалось привычно и легко.
Дни тянулись улитками однообразия, оставляя в сознании серую, бессмысленную пелену, заполняя пространство тошнотворной дождливой массой больного, пытающегося подкрасться на порог октября. Кирилл ушёл. Он больше не попытался объясниться или поговорить, принял всё спокойно, как сам собой разумеющийся факт. Укатил с родителями на дачу, выбросив Березину из собственной жизни смятой промокашкой.
В квартире наступила долгожданная тишина. Маринка потратила её экономно: первые пару дней плакала, не переставая, почти навзрыд. Взяла выходной, чтобы спокойно прийти в себя, отлежаться, отреветься, навыться... потом успокоилась, впав в какое-то оцепенение и безразличие. Всё произошедшее стало казаться далёким, словно приснившийся сон.
Кирилл вернулся, снова сотрясая стены музыкой, но его приезд не вызвал в душе ничего. Несколько дней они молчали, не пытаясь общаться. Каждое утро он уходил на учёбу, собирался, кому-то звонил, иногда приходили друзья, шумели, Кир позволял себе провокационные фразы, пару раз стучал в стенку кулаком, выкрикивая оскорбления...