Сосед года

Вечер Ляна

Прекрасная у Сани жена. С отличным слухом и без совести.

Выхожу во двор, а там Витя с трубкой у уха ходит вокруг машины. Вид у него взволнованный.

— С Сашей что-то? — спрашиваю, когда он завершает звонок.

Близость сердечного приступа налицо — у меня немеют губы, а в груди жжёт.

— Нет, — следователь вздыхает. — Но есть новость для вас с Саней. Неприятная.

— Говори, — выдыхаю с клубком пара.

После фантастической череды бед я уже ничему не удивлюсь. Наверное.

— Хозяин

квартиры, в которую вы должны переехать, возвращается с вахты. Не поделил что-то с начальником и дал ему по морде… — дует щёки. — Короче, уволился Серёга. Утром будет дома

— Прекрасно…

— Кто же знал? — Витя разводит руками.

— Фиг с ним. Поехали к Сане, — дёргаю ручку на двери авто. — Только, Вить, — замираю, — я сама скажу Саше про квартиру.

Витя кивает и плюхается за руль.

Такое впечатление, что Танька на нас с Орликом порчу навела. Иначе как всё это объяснить? Магия какая-то! Чёрная.

Глава 40

Ксива следователя МВД — воистину волшебная вещь. Когда мы с Витей зашли в приёмное отделение, местный персонал смотрел на нас снизу вверх. Даже санитарка, которая там полы драила, хмыкнула пару раз. Но стоило Виктору показать документы, отношение поменялось как по щелчку пальцев. Красную дорожку не постелили, конечно, но разрешили пройти на второй этаж в отделение травматологии, куда положили моего Орлика.

— Ты иди к Сане, а я в машине подожду, — Витя подаёт мне белый халат. — Потом подброшу тебя до дома.

— Угу, — киваю и отвожу взгляд.

«До дома»… Остаётся только рассказать Саше, что мы не переезжаем. А ещё придётся вложиться в ремонт кухни и материально помочь Вере Ивановне. Её квартире вообще ни за что досталось. Блин, ещё замок в подвал… А у меня финансы поют романсы. Да и у Саши та же песня.

— Девушка, куда это вы собрались? — на лестничном пролёте стоит пожилой мужчина в очках и белом халате. — Кто вас вообще сюда пустил в такое время?

Пустили меня девочки из приёмного, но, думаю, врача об этом не предупредили. Ещё и ему придётся объяснять… А у меня волшебной ксивы нет.

— Я-а, э-э… к Орлову. В пятую палату, — держусь за ручку двери отделения травматологии — лицо кирпичом.

— Жена? — доктор сдвигает очки к кончику носа и изучает меня внимательным взглядом.

— Да-да, — киваю, — я жена, — и дёргаю дверь. — Орлова я.

— Тогда подождите минуточку, — заходит за мной. — Я дежурный врач. Осматривал вашего мужа при поступлении.

— Как он? — замираю.

В полумраке больничного коридора витает запах лекарств, из палат доносится храп, а где-то в умывальнике капает кран. Атмосфера давящая, а нервы у меня шалят.

— В целом ничего страшного. Но я советовал ему остаться под наблюдением врачей ещё несколько дней, а он домой рвётся. Утром, говорит, после обхода напишу отказ и прощайте.

Вы поговорите с ним, — кладёт руку мне на плечо, — попробуйте убедить. Иногда последствия травм видны не сразу. Лучше пусть побудет у нас денёчка три-четыре.

Дядечка-врач старой закалки — это сразу видно. На пациента ему не плевать.

— Да, спасибо. Я обязательно поговорю с ним.

Доктор идёт по своим делам, а я шагаю в палату номер пять. Дверь открыта, внутри темно, но свет уличного фонаря пробивается в окно, и я могу разглядеть на одной из двух кроватей моего Орлика.

— Сань… — зову шёпотом.

— Котёна, какого хрена?! — пытается встать, но у него не получается.

— Куда ты рвёшься, боже мой! — быстро иду к нему. — Успокойся, пожалуйста, — присаживаюсь на край кровати. — Ох, ё-моё… — замечаю швы на лбу.

— Попросил же Витька отвезти тебя на новую хату, — перехватывает моё запястье, когда я пытаюсь погладить его по голове. — Что началось-то?

— Отвезёт, — от волнения кусаю губы. — Потом.

У меня не хватает смелости «обрадовать» Орлика новостями. Он тут после аварии со швами на голове, а я ещё добавить собираюсь…

— Не надо было тебе приезжать, котён. Зачем, ну? — сжимает мои пальцы в огромной лапе.

— Затем, что это я виновата, — отворачиваю голову. — Позвонила тебе в панике и вот…

— Глупости перестала говорить, — товарищ мент переходит на привычный приказной тон. — Дорога — каток. Я мог вляпаться и в другое время. Ты лучше расскажи, что там с батареей?

— Прорвало батарею, — сглатываю тугую недоговорку, которая стоит комом поперёк горла. — Но уже всё нормально, — улыбаюсь нервно.

— Ох, котёна, у тебя всегда всё в порядке, — Орлик прижимает меня к себе.

Не уверена. Точнее, уверена, что не в порядке, но поговорить об этом с Саней я не могу. Не сейчас точно. Вид у него, конечно…

— Что врачи говорят? — шепчу в крепкое мужское плечо, стараясь не заплакать.

— Да их не понять! — товарищ следователь возмущён. — Сотрясение у меня, ушибы. Ничего смертельного, но в больнице надо остаться. Я до утра тут побуду. Дождёшься меня? — слабая улыбка мелькает на бледных губах.

— Сань, давай без геройств, — отстраняюсь и заглядываю ему в глаза. — Тебе лучше подольше остаться в стационаре под наблюдением.

— Ты от меня избавиться хочешь, я не понял?! — в шутку наезжает.

— Конечно, — киваю. — Я любовника завтра в гости пригласила.

— А-а, ну тогда я останусь здесь ещё на пару дней. Не люблю мешать людям, — щипает меня за попу.

— Ой! — вскрикнув, прижимаю ладонь к губам. — Мы сейчас в отделении всех перебудим, — шепчу.

— Да фиг бы с ними, — вздыхает и удобнее устраивается на скрипучей кровати. — Но у меня башка болит, да… Машину жалко. В ремонт кучу бабла влить придётся.