Сорвиголова
Шрифт:
Пришлось подойти поближе к негостеприимным дундукам и легонько пнуть обоих по мягкому месту. Забыв о своей не в меру возросшей силе, я даже нанёс им немного урона.
Вы наносите гному-рабу??? урон лёгким пинком: 1. Противник дезориентирован на тридцать секунд.
Вы наносите человеку-рабу??? урон лёгким пинком: 1. Противник дезориентирован на тридцать секунд.
Оба упали и заухали, держась за пятые точки. Рассмотрел парочку — грязные, в рванине, как и я сейчас. Но у меня это маскировка, временно, а им вечно
— Ты чего толкаешься ваще, носатый? — пригрозил мне кулаком гном, попытался приподняться, но опять упал, схватившись за свой зад и сморщившись от боли.
Людинка молчала, только зло смотрела на меня, потирая ушибленное место.
— Я свистел, не ответили, пришлось принимать меры. Где все эльфы? Никого на улицах не вижу, заглянул в один из домов, но там тоже пусто.
— Не знаю, меня неделю держали в подвале, хворостинкой охаживала хозяйка каждый день. Попа и так болит, а ты дерёшься! — пожала плечами девушка.
Я кивнул в сторону гнома, мол, ты отвечай, но он вдруг поднялся и бросился на меня. Ишь какой обидчивый «бычок», пободаться решил. Естественно, ударившись о мой живот свой тупой башкой, он отлетел обратно и снова заухал.
Вы наносите гному-рабу??? урон прессом живота: 3. Противник оглушён на минуту.
Ох ничего себе, оказывается, это я его бил своим пузиком — рельефными кубиками. Ахах. А гном-то — дебил, каких поискать, но говорить что-либо ему было бесполезно: он оглушён и находился в прострации.
— Эй, девочка, а за что тебя била эльфийка?
— Чтобы ноги не раздвигала и чужих мужей не соблазняла. А что я могу сделать, если хозяин сам полез, будешь сопротивляться — побьёт. Лежишь тихо, отдавшись, потом бьёт евойная жена. Совсем жизни нет, почему я родилась такой красивой, была б уродина, никто б не трогал.
Усмехнулся. На мой взгляд, она была не такой уж красивой: молодая, но конопатая, белёсая, затюканная и сопливая. Причёски как таковой нет, волосы частью выдраны до лысины, остальные висят и торчат как пакля. Побитая и опухшая рожа — лицом это недоразумение над шеей назвать было трудно. На краю лба жуткая, но маленькая, много меньше обычного, уродливая надпись «MUL», что в переводе с синдарина значит «РАБ». Впрочем, как у меня и у гнома рядом, только у нас на весь лоб, а у девушки поменьше, можно залепить чем-нибудь, не видно будет. Про остальное её тело сказать нечего, под мешковиной от горла до пят нельзя было распознать в ней даже женщину. Но она всё равно пришлась по вкусу очередному эльфийскому придурку.
Что за уроды эти эльфы?! Его нужно самого трахнуть с особой жестокостью перед смертью, чтобы знал, каково это. Жаль, нельзя, одно из обязательных условий задания: никаких изнасилований, только убивать. Но ведь его можно помучить перед кончиной. Обойти ограничение в задании сердобольной Арвен не было как таковой проблемой для умнички Айка.
Ко мне на ум пришла идея спросить, как звать этого ублюдка, её «хозяина». А то у меня заказ на троих таких же. Какое совпадение, попал прямо в яблочко: насильник был одним
— Во-она тама! — протянула грязнуля, показав рукой направление к ближайшему домику. — Сейчас Глиндалин валяется дома пьяный.
— Один? — спросил я, девушка тут же кивнула. — Отлично. Слушай, а чего бы тебе не сбежать, в чём радость такой жизни? Бьют тебя оба урода, что бы ты ни делала, так ещё и насилуют.
— Но они же мои хозяева?! — но потом, стрельнув глазками на слышащего нас гнома, подошла ближе, я пригнулся к ней, и она зашептала на ухо. — Я бы с радостью, да кто позволит? Мы все друг за другом следим и стучим!
— Вот Великий лес, — показал я в бесконечные «зелёные джунгли», — пятнадцать метров, и начинаются деревья; ушла, и ты свободная птичка!
— А что, так можно было? — удивлённо спросила девушка, соображая.
— Да, без проблем, можно. Всё гениальное просто: пара десятков шагов, и ты свободна! Максимум тебя там зайцы сожрут… Но, по мне, такую смерть предпочтительнее встретить вольной пташкой. Как говорится, лучше ужасный конец, чем ужас без конца.
— Я не могу! Нет, могу, хочу, но боюсь! — задрожала она. — А если они меня найдут, догонят в лесу?
Что же, не все могут стать свободными в одночасье, некоторых и такая жизнь устраивает. Я сделал всё, что мог! Сам же преодолел себя буквально недавно, или мне помогла «божья искра»?!
— Эй, ты чавой это рабов баламутишь?! Это нашинские хозяева, дарованные небесами. Честь — служить им завсегда, — пришёл в себя гном и начал ругаться со мной.
— Тебя-то не насилуют! И не бьют так часто, как меня, хорошо тебе, волосатый урод! — на удивление рабыня не всхлипывала, а злобно «кусала» дурачка словами.
— Потому что я хороший, на мне благодать полубогов-эльфов. А ты потаскуха, тебя правильно госпожа Меллан бьёт, чтоб ты не занималась непотребствами с евойным мужем!
Опаньки, а слона-то я и не заметил. Меллан и Глиндалин — муж и жена, оба мои клиенты по квесту. Что ж я не спросил-то сразу?! Пустая голова. Странно, что эльфийка Меллан ревнует мужа к белёсой глупой девчонке-рабыне, но при этом разрешила ему же насиловать «мою» Арвен. А может, он это сделал втихую, а жена ни сном ни духом?!
Пока я обдумывал новые вводные, «ангелочек»-гном рассказывал, какой он и его хозяева «рукопожатные» личности. Когда слова в восхваляющей «молитве» закончились, он начал чихвостить нас: Я — отродье Сатаны, а блондинка — слабая на передок шлюхонафтка. И откуда он таких слов набрался, безмозглого дурачка кусок?!
— Заткнись уже, гномчик, иначе я тебя и вправду пришибу!
Глава 12. Девушка Альба.