Сорванцы
Шрифт:
— А не могла бы я посмотреть на комнаты девочек? — заинтересовалась Амелия.
— Пойдёмте наверх — это на втором этаже.
— Сначала десять минут в микроволновке, а потом уже в подливе доведём в скороварке, — послышалось из кухни.
— Зелень резать?
— Нет, настрогай сладкого перца и нарежь помидоров. А фарш нужно солить?
— Не знаю. Вдруг его сразу солёным продают. Спроси у мамы.
— Фарш солить нужно, а рис я уже сварила, — бросила в сторону кухни Эмма и продолжила путь в сторону лестницы.
— Они что, втроём стряпают? —
— Когда не в ссоре — втроём. Вот тут девочки спят. Сначала мы поселили их каждую в свою комнату, но они стащили кровати в одну, чтобы шептаться по ночам. Рони, кстати, была ужасной неряхой, но стала понемногу исправляться. А в этой комнате, где раньше обитала Миона, у них стоят столы для занятий и книжные шкафы. Ну и, наконец, кукольная. В том углу Гарри пытается рисовать. Получается у неё плохо, но она очень старается. Рони хочет перевестись из танцевальной студии в балетную, а Миона уговаривает нас отдать её в музыкальную школу на класс гитары.
— И как вы собираетесь поступить? — поинтересовалась Амелия.
— Подождём до осени — девочки могут и передумать. Или все дружно пожелают чего-нибудь другого — от них можно ожидать и совместного решения.
— Получается, здесь у вас что-то вроде пансиона для маленьких волшебниц, — как бы про себя пробормотала мадам Боунс.
— Вообще-то, девочки не колдуют. Во всяком случае, это не заметно, — в этот момент лежащая на столе тонкая тетрадка поднялась в воздух и улетела, сделав крутой вираж, чтобы вписаться в габариты коридора. — Только изредка, если им лень идти, — прокомментировала поизошедшее Эмма. — У них вообще нет волшебных палочек, поэтому получаются только самые простые вещи. И то — когда поблизости нет посторонних.
— А из-за чего они ссорятся? — вдруг сменила тему мадам Боунс.
— Из-за кукол, из-за наставников, из-за разницы во взглядах на школьные события или поступки друг друга. А почему вас интересуют такие детали — это же обычные причины для малышовых скандалов.
— У меня подрастает племянница такого же возраста. Она осиротела в ту войну, когда погибли родители Гарри. И случились оба эти события по вине того самого человека, которому как раз тогда служили ваши сторожа. Нет, именно эти люди к этим смертям непричастны, но они принадлежат к враждебному мне лагерю.
Внизу что-то звякнуло, послышались звуки расставляемых тарелок и раскладываемых вилок.
— Идёмте за стол, мадам Боунс.
Глава 21
Настоящие планы на лето
Шрам стал покалывать посреди урока английского. Гарри прикрыла глаза и попыталась впасть в состояние сна. Это удалось ей только отчасти — она не сумела уйти в забытьё и только неясно увидела удаляющееся здание и почувствовала раздражение человека, идущего, как ей показалось, задом наперёд. Вслушаться в его мысли не удалось — ни одного ясного образа, ни одной связной фразы уловить не получилось — только смутные ощущения — злость и разочарование.
Единственное, что запомнилось, это контуры
— Давайте не станем сильно умничать, а попытаемся подумать прямо в лоб, — предложила Гермиона уже вечером, когда устроившись в кроватях, девочки стали делиться новостями. — Этот Волдеморт зачем-то пришёл в какое-то учреждение, но там этого чего-то не оказалось. Вот он и рассердился. Раз было жарко — значит это юг. Раз солнце выше, чем у нас, значит это восток. Что там подходящего на карте?
— Там вся Европа, — ухмыльнулась Рони. — А место, где он бродит, — она прошлёпала босыми ногами в соседнюю комнату и вернулась с атласом. — Греция, Италия и Испания.
— А точнее? — взмолилась Гарри.
— Для «точнее» нужно измерить насколько выше горизонта расположено солнце, а потом рассчитать, где оно в это время на такой высоте находилось.
— Рассчитать? — приуныла Рони.
— Измерить? — удивилась Гарри. — Для этого нужно попросить Волдеморта взять линейку и приложить её… к чему?
— В школе это будут проходить только в следующем году, — хмыкнула Гермиона. — Но книжки от нас никто не прятал.
— Ой, я вспомнила! На соседнем здании были часы. Они показывали половину первого, — спохватилась Гарри.
Девочки попытались прикинуть, где в этот момент часы могли показывать такое время, но запутались и решили, что Волдеморт находится в Италии, потому что на глазок она примерно посередине. А в качестве города, где он оказался, выбрали Флоренцию, потому что она тоже посередине. Посередине Италии. Ну, примерно. Зато и слово знакомое, и город большой.
— И для чего мы так стараемся? — недоумевала Рони. — У меня уже глаза закрываются, так спать охота.
— Врага надо знать. Где он, что задумал, как выглядит, — откликнулась Гарри.
— А почему ты уверена, будто Волдеморт тебе враг? — ехидно спросила Миона.
— Так он же убил моих родителей и пытался убить меня.
— Про Сириуса тоже думали, будто он укокошил кучу маглов и Питера Петигрю — пожала плечами Гермиона.
— Ой! — охнула Гарри. — Как же теперь быть?
— Утром придумаем, — простонала из-под одеяла Рони. — Спите уже.
Утром в доме Грейнджеров дежурил Снейп. Он как раз допивал кофе, поданный хлебосольной Рони, когда Гарри закончила есть гречневые хлопья с молоком, отодвинула тарелку и поинтересовалась:
— Профессор! А что такого важного находится во Флоренции?
— Одна из старейших Академий Зельеварения. В ней, кстати, трудился такой знаменитый алхимик, как Николас Фламель — автор метода получения Философского камня.
— Философского камня? — оторвалась от чашки Гермиона.