Сон
Шрифт:
– Демоны вернулись.
Черный тюлень подался вперед так резко, что хрустальная сфера покатилась по столу, Гевол едва успел ее подхватить.
– Расскажи-ка мне все, добрейший!
– Все… Появилась группа детей, о грозный, которых нельзя убить, как это было когда-то.
– Де-тей?
– Да, повелитель. Они отрицали свою причастность…
– Дальше! Видят ли они прошлое? Какова их магия? Подчиняются ли им животные? Можно ли их пытать, или, как тогда, их охраняет запрет, более сильный, чем все, что…
– Это просто
– Это не демоны. Забудь.
– Слушаюсь. – Гевол поклонился. – А вот еще – армию Иситрара тоже предупредил ребенок.
– Вот как… Тот же?
– По описанию – нет.
– Ребенок сказал – и армия перешла Нарир? Что же он им такое сказал?
– Не знаю, грозный.
– Созывай Совет, – устало вздохнул маг. – Пошли своих лучших шпионов в Иситрар и Лоас. Утрой жалованье шпионам у леров… раз уж им так повезло. Есть ли у тебя в руках эти… демоны? – он усмехнулся. – Допросить.
– Демонов нет. Но будут, я обещаю.
– Пошли за ними отряд.
– Сегодня же корабль пойдет в Аталету. Через две недели…
– Ступай! В прошлый раз я тебе пожелал не потерять армию… Не потеряй эскадру, добрейший…
Гевол покинул комнату кипя. Учитель – на то и Учитель, чтобы оскорблять и унижать, но всему же есть предел… Он сам выйдет в море, он допросит этих демонов, кем бы они ни были на самом деле, и он найдет того единственного человека, которому под силу будет через полвека остановить Тьму… Найдет сейчас.
Он вызвал капитанов трех лучших кораблей и отдал им распоряжения. Насчет сегодня же, он погорячился. Корабли пойдут в Аталету завтра, а по дороге… По дороге он навестит оракула на острове Тибталаг – того самого, который говорил с рыцарем… Что же это за рыцарь, который живет больше тысячи лет?!
Глава 20
По степи Лерка шел быстрее, и прямо по дороге. А что делать? Вокруг только низенькая трава, захочешь – не спрячешься. Кто здесь будет устраивать засады? И как тут идти скрытно ему, Лерке? Никак. Одна надежда – проскочить опасный участок как можно быстрее. Впрочем, он сплел себе новый маскировочный плащ взамен старого; удастся – используем… Но вообще-то, это игра в «кто кого первым заметит». Повезло. Он прошел почти что до города, не встретив ни единого каравана, а затем – у самого города – на дорогу, выложенную желтым кирпичом, вышли еще две – тракт, ведущий от Великого Леса, и тот, что шел вдоль реки Ози от океана. Народу стало – не протолкнуться. Дальше дорога выходила на мост, а мост вел через реку – и в город.
Перед мостом Лерка остановился полюбоваться на открывающийся перед ним вид. Не Москва, конечно, но все-таки здорово… С одной стороны – с леркиной как раз – к городу подходила степь, а с другой тянулись покрытые редким кустарником холмы.
– Да тут же рос лес! – сообразил вдруг Лерка. – Рос, а потом его весь вырубили!
Город состоял из крепости на вершине
Вот только на гравюрах не было виселиц, а здесь они были, целых две, по обе стороны моста, и было на них повешено по два человека на каждой. Не орка, не гобблина – человека. Виселицы словно предупреждали – у нас свои порядки. Не уверен, что впишешься – не лезь. Лерка не был уверен, что впишется, но деваться было некуда.
За мостом над дорогой нависала крепостная стена, но Лерка в крепость не пошел, а пошел в нижний город. Нижний – значит ниже по течению Ози и победнее. Там его должны были ждать Андрей, Лена и Женька Колокольчиков. Не ждали. Никто не пришел, откуда Лерка заключил, что что-то случилось. Тогда он сел в условленном месте на камень, который, вероятно, когда-то был фонтаном, и принялся ждать.
Пришел Женька, под вечер, один, и с подбитым глазом. Он был зол, а раньше, похоже, плакал. Одет был Женька в обрывки того, что месяц назад, видимо, было точной копией леркиного костюма, только без малейших следов веревочки с изумрудом на шее.
– Что случилось? – спросил Лерка.
– Их взяли – обоих, – сказал Женька. – Работорговцы или кто-то очень похожий. Повезут по тракту в Джиу. Кажется.
– Я обратно не хочу топать, – заявил Лерка. – Они еще здесь?
– Здесь. В «Трезубце».
– Веди.
Они пошли по городу, причем сначала улицы были широкими, затем уже, а под конец Лерка мог, если бы вытянул руки в стороны, коснуться заборов с обеих сторон одновременно.
– Что-то бедно для работорговцев, – заметил он.
– В том-то и дело! – горячо сказал Колокольчик. – Они похожи, но…
– А что – это тут принято – хватать детей на улицах?
– Нет. Это в Джиу. А кому пожалуешься?
– Не знаю. Ты как по-здешнему говоришь?
– Никак, – буркнул Женька. – Плохо.
– Значит, переговоры буду вести я. Теперь расскажи, как все произошло.
– Ну как… – Женька задумался. – Мы сидели. Ждали тебя. Ну мы же не знали, когда ты появишься. С утра сидели… Тут эти подошли… Похоже, из Джиу, а как поймешь? Один из них был наш, мы его знаем, нищий здешний… Пальцем тычет: «домн». Эти нас за шкирку – и потащили.
– И сюда? – Лерка с сомнением посмотрел на стоящее перед ним здание. – Это что?
– Кабак… – неуверенно сказал Женька. – Гостиница…
– Стало быть, так… Я пойду туда… Ты… У вас есть друзья в этом городе? У кого можно пожить несколько дней?
– Есть, – кивнул Женька.
– Ну вот. Назови.
– Клеры. Старики.
– Иди к Клерам. Мы тоже туда придем. Если нет – я буду у моста. Если опять нет, проснемся – поговорим. Давай.