Сон
Шрифт:
Тут вошел Дентон с двумя большими коробками бакалейных запасов. Он услышал последние слова Олли, увидел на лице Дженни досаду, нахмурился и поставил коробки на стол.
— Мы будем работать круглые сутки четыре-пять дней подряд. Спускаться под воду будут Джек и Пит. Когда мы вернемся, у Джека будет язык на плече. Вот тогда вы о нем и позаботитесь.
Дверь пинком открыла длинная мускулистая нога, и на пороге показался улыбающийся Джек.
— Ну ты и хитрец! — сказал он Чарли, опустил на пол несколько тяжелых коробок, сграбастал Дженни за талию и привлек к себе. —
— Джек, — смущенно прошептала она, — здесь Чарли и Олли…
Он только засмеялся. Господи, как чудесно снова слышать его смех!
— Я достал все, что было у меня в списке, — сказал он Чарли, выпросил, одолжил или взял напрокат барахло, которое может нам понадобиться. А как ты?
— Я тоже выполнил весь список, — ответил Чарли.
— Значит, нас таких трое, — добавил Олли.
— Отлично! Тогда отчаливаем в пять утра. С нами пойдут Пит и Реймонд. Пятерых должно хватить, чтобы справиться с работой… Конечно, если мы сумеем найти эту чертову посудину.
— Мы-то найдем, — откликнулся Чарли, — а вот поднимать этот проклятый груз придется тебе с Питом.
— Поднимем! — В дверях стоял улыбающийся Пит. — И мне, и Джеку такое дело по плечу, да и не впервой нам этим заниматься!
Хотя соленые шуточки не раз заставляли Дженни краснеть, она радовалась хорошему настроению друзей, чувствовала себя своей и жалела лишь о том, что не может отправиться с ними.
Она провела ночь с Джеком в его каюте, счастливая, что ее не отправили домой. Они страстно любили друг друга, а потом Дженни уснула в его объятиях. Когда корабль отчалил, она стояла на пристани, махала рукой и молилась за его успех, а потом тихо пошла домой.
В ту ночь она взяла в постель Скитера и удивительно хорошо спала. К несчастью, следующая ночь была не такой приятной. Снова вернулась бессонница — наверное, от беспокойства за Джека. Она пыталась убедить себя в том, что Джеку повезет и ему не придется уезжать из Санта-Барбары, но это плохо удавалось. Правда, пару часов она все же сумела поспать, но все остальное время металась, ворочалась и проснулась совершенно разбитая.
После работы она продолжила свое исследование, постепенно уменьшая перечень островов, которые могли быть местом действия ее снов. Поскольку в них фигурировал «пиджин инглиш», она выделила острова, принадлежавшие тогда Великобритании, — Антигуа, Гренаду, Барбадос, Бермуды, Багамы, Сент-Китс и Невис, Ямайку, Сент-Винсент, Виргинские острова… Перечень все возрастал. Отдельные острова — а то и вся группа сразу вроде Тринидада и Тобаго — так часто переходили из рук в руки англичан, французов, испанцев и голландцев, что было трудно сказать, кто пользовался там большим влиянием.
Под конец она пришла в такое замешательство, что швырнула принесенные сегодня книги на пол в гостиной, позвонила Милли, заехала за ней, и подруги отправились в Монтесито играть в пул.
— Не могу поверить, — заявила Милли, когда Дженни склонилась над зеленым столом в отделанной под орех бильярдной семьи Уинслоу. —
— Если останется здесь, — пробормотала Дженни, медленно отвела кий и ударила белым шаром по красному. Тот послушно скользнул в угловую лузу.
— Ну, если ему представится такая возможность, он будет просто потрясен. На меня ты уже произвела впечатление.
Дженни опустила кий и подошла к Милли.
— Спасибо тебе… за все, — она порывисто обняла подругу, — ты просто прелесть!
— Это доставило мне удовольствие, — сказала Милли. — Может, когда-нибудь вы с Джеком пригласите меня составить вам компанию.
Дженни приподняла бровь:
— Ты шутишь? Миллисент Уинслоу будет играть в пул в баре «Морской бриз»?
— А ты разве не шутишь? Почему Дженни Остин можно играть в пул в «Морском бризе», а Миллисент Уинслоу это не пристало?
Дженни засмеялась:
— Вижу, куда ты клонишь!
— А знаешь что? Похоже, Джек хорошо влияет на тебя. В последнее время ты стала смотреть на вещи совсем по-другому.
Дженни задумалась:
— Пожалуй…
— Может быть, мысль лечь с ним в постель была совсем не так плоха.
Дженни не ответила. Это бы не было ошибкой, если бы она не влюбилась в него. Интересно, что бы сказал Джек, если бы узнал правду?
Четвертую ночь без Джека она провела у Дотти, выслушав местные сплетни и узнав о планах Дотти на уик-энд. Они говорили о полисмене Деннисе Митчелле, с которым в последнее время встречалась ее рыжеволосая подруга, и шансах на то, что их связь будет иметь продолжение.
— До сих пор не могу поверить, что я встречаюсь с копом, откровенничала Дотти. — Я знаю, они непостоянные и очень быстро разводятся. Я никогда с ними не связывалась, но Деннис совсем другой. Он действительно любит свою работу, заботится о людях и хочет изменить мир к лучшему.
— А дети у него есть? — спросила Дженни, думая, удастся ли ему найти общий язык с Тамми.
— Воспитывает двух подростков-сыновей от предыдущего брака. Под этой хвастливой синей формой скрывается настоящий семьянин.
— Это начинает мне нравиться, — искренне сказала Дженни. Дотти никогда не говорила о представителях сильного пола ничего хорошего, и Дженни надеялась, что Деннис в конце концов сумеет научить ее подругу доверять мужчинам.
Они ели сосиски с соусом «чили», запивая их диетическим пепси, поскольку у Дотти не было времени готовить, да и, сказать по правде, стряпня была не ее стихией. Дальше они поговорили о последних кошмарах Дженни и предложении Чарли свести ее с доктором Ричардом Бейли, верившим в реинкарнацию.
— Что скажешь, Дотти? Ты веришь в то, что такие вещи действительно случаются?
— Не знаю, милочка. По мне, все это здорово смахивает на шарлатанство.
— Вот и я так думала, но Чарли говорит, что доктору Бейли удалось документально подтвердить несколько случаев.
Поскольку этот довод Дотти ничуть не убедил, пришлось поведать ей о кошмаре, который Дженни испытала наяву и который утаила и от Джека и Чарли.
— Дотти, это было хуже всего остального… Полное впечатление, что я на самом деле была там.