Сон Ворона

Аникина Ксения

– Коллеги, – продолжал Воронцов, – я рад был встрече и знакомству с вами. Я хочу процитировать великого Достоевского из «Преступления и наказания»: «Бывают иные встречи, совершенно даже с незнакомыми нам людьми, которыми мы начинаем интересоваться с первого взгляда, как-то вдруг, внезапно, прежде чем скажем слово…» – выдержав паузу и будто вернувшись откуда-то издалека, Константин Сергеевич продолжил: – Я вам желаю новых и интересных встреч. Желаю открытых и светлых взглядов. Я вам желаю только искренних

и благостных слов. Добра вам в Новом году!

Зал взорвался аплодисментами.

– Какой же он крутой! – восторженно воскликнула Светка.

– Угу, – не отрывая взгляд от Воронцова, ответила я. Хорошо, что глаза всех в этот момент были устремлены на министра, потому что свою физиономию я не могла контролировать. Любой без труда прочитал бы в глазах не только восхищение, но и обожание. А это уже был перебор.

Министр спустился с подиума, взял заранее подготовленный фужер шампанского у официанта, поднял глаза, посмотрел на наш столик и уверенно направился в нашу сторону.

– Да он же идет к нам! – Светка просияла от неожиданной радости.

– Добрый вечер. Дамы, позвольте вас поздравить с наступающим Новым годом, – с очаровывающей улыбкой обратился к нам Константин.

– Константин Сергеевич, какой потрясающий нереальный сюрприз вы нам преподнесли в канун Нового года, – широко улыбаясь, произнесла Галина.

– Вроде бы всё реально. Не сказка и не… – взгляд Константин перевел на меня… – и не сон.

Галина засмеялась в ответ:

– Главное, чтобы в двенадцать вы не исчезли и карета не превратилась в тыкву.

– До персонажа сказочной Золушки мне очень далеко, – отрывая взгляд от меня, поддержал шутку министр и прикоснулся своим бокалом к её бокалу.

В зале погас свет, и зазвучала старая, но всеми любимая Aisha в оригинальном исполнении Khaled.

– Прекрасная медленная композиция. Кристина Игоревна, потанцуем? – взгляд Константина опять устремился на меня.

– Я? – от удивления глаза широко открылись.

Он поставил фужер и протянул мне руку. Моя холодная от волнения рука утонула в его теплой и сильной ладони.

Это была физика. Я почувствовала, как все заряженные частицы моего тела самовоспламенились и вспыхнули так, как если бы это был взрыв ядерной бомбы.

Мы прошли в угол зала и остановились. Он смотрел мне в глаза, и я утопала в его глубоком взгляде. Мою руку он не отпускал, он сжал ее еще крепче и положил наши ладони на свое предплечье. Он уверенно прижал меня ближе к себе, и его левая рука властно обняла меня. Пару секунд мы стояли неподвижно и смотрели друг на друга. Я любовалась им. Он повелительно прижал меня максимально близко к себе. Я почувствовала его тело. Мы начали наш первый танец. Мы. Наш.

Оторвав взгляд от него, я словно слилась с ним. Закрыла глаза, сделала глубокий вздох. Я пропускала

через себя его запах. Запах такой родной, такой мой, такой мужественный и сексуальный. Я ласково поглаживало его плечо и, кажется, всю жизнь ждала этого прикосновения. У него прекрасное чувство ритма, он очень умело и спокойно двигается в танце. Константин дал мне возможность расслабиться и быть главной в нашем танце. Меня это приятно удивило.

Мне казалось, что это был танец наших душ.

– Прекрасно выглядите, Кристина Игоревна! – оборвал наше молчание министр.

– Спасибо, – немного смутилась я.

– Наша с вами последняя встреча получилась несколько скомканной и мне показалось неоконченной… мне бы хотелось продолжить разговор с вами.

– Константин Сергеевич, признаюсь, все эти дни я только и думала о нашем разговоре и о …вас. Я чрезвычайно рада видеть вас сегодня и готова с вами встретиться в любое время.

– Кристина, мы совсем не знакомы, и я не уверен, стоит ли нам продолжать наше знакомство. Но кажется, меня сейчас ничто не остановит. Я думаю, стоит попробовать!

– Господи! Это какой-то сон. Я боюсь утра, так как не хочу проснуться. Боюсь, что это всё нереально и исчезнет наяву, – глядя в глаза Константину, произнесла я.

– И я этого боюсь. Но это реальность, Кристина! – спокойно и как-то обреченно ответил он. – Уверяю вас, это не сон.

Тогда я еще совсем не понимала значения его слов и даже не предполагала, что нас ждет впереди.

Наш танец закончился. Я с дрожащими коленями направилась к своему столику. Девчонки тут же меня атаковали:

– Ну как он? О чем вы говорили? Что он спрашивал? Интересно, он на все мероприятия ходит без жены?

Последний вопрос, брошенный девчонками, мгновенно отрезвил меня. Я задумалась о его жене и как на ее месте мне было бы неприятно, узнав о таком танце и таком разговоре. Никогда не была разлучницей, и если честно, в будущем играть такую роль в мои планы совсем не входило. Как-то нехорошо стало мне после этих размышлений. Закружилась голова, и легкая тошнота опять подступила к горлу. То ли алкоголь, то ли мысли о его супруге, но этот эмоциональный всплеск после танца с Воронцовым душил меня в этом зале.

Из моих мыслей меня выдернул Славик:

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Не совсем, по-прежнему кружится голова немного, – приложив ладонь ко лбу, ответила я.

– Давай выйдем отсюда. Пошли в кафе на первый этаж, попьем кофе. Это тебя приведет немного в чувства.

Я охотно согласилась.

Со Славиком мы просидели около получаса за чашечкой кофе и за разговором ни о чем. Мне действительно стало легче, и я уже нетерпеливо хотела вернуться в зал, чтобы снова увидеть Константина.