Сон Ворона

Аникина Ксения

Глава 5. Физика

Утро пятницы порадовало москвичей и гостей столицы ярким солнцем и легким морозом. Однако на душе у меня было совсем не радостно. Боль и тоска. Ругала себя за то, что позволила чувствам дать волю. Безумно глупо с моей стороны было увлечься министром и тем более мечтать о нём. Пыталась блокировать воспоминания о нашей последней встрече, но это мне совсем не удавалось. Провалилась и попытка не думать о Константине. Воспоминания о нем, как рана на теле, болезненно

кровоточили. И лекарства от этой боли я не могла найти.

А между тем наша группа готовились к новогоднему вечеру. Девочки уже были с маникюрами, педикюрами и купленными в Москве или привезенными из дома нарядами. Оставалось сделать прически и макияж. Я же была с синяками под глазами и собранным наполовину чемоданом, оставалось залезть в этот чемодан и в качестве безучастного груза покинуть столицу.

Утром за завтраком девчонки набросились на меня.

– Кристина, я вообще тебя не узнаю! Да что случилось с тобой за эти три дня? Всю неделю тусили и ты была центром внимания, а сейчас? – причитала моя приятельница Светка с Сахалина.

– Так, Высоцкая! Идёшь со мной сейчас же в салон. Там шикарный косметолог нахваливала мне новые маски для лица! Будешь красавицей. Причёска, макияж… Я верну тебя к жизни! – взялась за меня Галина с Камчатки.

У нас сформировалась небольшая веселая банда за эти две недели. Я искренне прониклась симпатией к этим людям и полюбила их.

– А я пойду с вами, моя дорогая, массаж и солярий я организую. И только попробуй, такая красивая, сегодня не отжигать с нами всю ночь. Мы в Москве. И сегодня это наша Москва, детка! – подмигнув и громко заливаясь смехом, заявила мне Таня из Оренбурга.

– Мои спасительницы, – улыбнулась я. Вы такие хорошие! Но в солярий я не пойду! – все-таки внесла свою лепту я.

Полностью подчинилась подругам. Закрыла глаза и впервые за эту неделю на целых пять часов расслабилась и отключилась от мыслей о нём.

На вечеринку наша банда пришла ярче звёзд, и даже красная дорожка была нам не нужна. Каблуки, эффектные платья, прически и макияж, а главное, отличное настроение сделали свое дело. И к гадалкам не ходи, было понятно, что вечер будет незабываемым. Девчонки решили зажигать, а это означало беспрерывный смех, танцы до утра, море комплиментов, прежде всего друг другу, и как результат – повышение самооценки!

– Кристина, какая ты красивая сегодня, – Славик взял меня за руку, крепко сжал её и продолжил: – Девочки, я нам занял столик с лучшим видом на сцену и напротив руководства.

Вечер был прекрасным. Я получила массу удовольствия. Надо было отдать должное организаторам – очень продуманно подготовили вечер. Выступили с поздравительной речью кураторы, педагоги, и даже один из начальников министерства приехал нас поздравить с наступающим Новым годом. Мне было комфортно и стало легче. Ровно до того момента, как вышел саксофонист. Казалось, начал игру на струнах моей души. Саксофон для меня оказался как соль на рану. Натянутая внутри меня струна готова была вот-вот порваться. Душа металась, и сердце тоскливо плакало. Я поняла, что есть несколько звуков на свете, которые оказывают сильное влияние на меня: саксофон, но еще сильнее – голос Константина Сергеевича. Я опять вспомнила о нем.

Ведущий пригласил на танец всех желающих. Пожалуй, это то, что мне сейчас

нужно. Надо забыться, надо «затанцевать» мысли о нем. Звуки саксофона начали ласкать мой слух, и я плавными и мягкими движениями слилась с ними в дуэте. Танцевать с закрытыми глазами и полностью отдаться музыке просила моя душа. Я выполнила её просьбу. Закрыв глаза и начав движения я, почувствовала, как мой внутренний мир наполнился еще более яркими красками. Только музыка, движение и я. Чувственно перекрещивая в области запястья расслабленные кисти, руки поднимались вверх и, словно индийские караны, рассказывали свою историю. Историю любви, боли и слёз. Жесты рук, движения шеи, головы и плеч были подобно волнам, которые забирали в свой плен уходящее солнце. Мягко сгибаю колени. Бедра и ягодицы плавно вращаются по небольшой окружности, вовлекая в свой танец мышцы живота и грудь.

Закончилась музыка, я глубоко вздохнула. Саксофон сделал свое дело, и я смогла расслабиться. Открыв глаза, я улыбнулась, потому что показалось, что Константин был рядом. Что смотрит на меня своим пронзительным взглядом. Нет, забыть его я не смогу.

Включили свет, и ведущий попросил всех занять свои места, предоставив слово директору нашей Академии. Немного странно, директор хочет выступить второй раз. Наверно, хочет попрощаться и оставить нас одних, как старшеклассников на выпускном – без родителей и учителей.

– Дорогие друзья, – начал он, – этот новогодний вечер действительно претендует стать по-настоящему волшебным. Чудеса случаются не только в сказках. Впервые за всю историю проводимых нами занятий наш вечер посетил очень почетный гость. Коллеги, поздравить нас с окончанием обучения и наступающим Новым годом приехал Воронцов Константин Сергеевич! Поприветствуем!

– Кто?! – воскликнула я в тот момент, когда зал взорвался аплодисментами.

Мое сердце из ритмичного тук-тук-тук мгновенно перешло на сумасшедший темп. Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула, пытаясь прийти в себя, но в этот момент резко закружилась голова, и, кажется, я немного пошатнулась на стуле.

– Тебе плохо? – приобнял меня Славик, который весь вечер был рядом.

– Голова что-то закружилась. Пожалуйста, воды, – просипела я.

Я жадно выпила фужер минеральной воды. Слух начал постепенно ко мне возвращаться. И вот вместо биения своего сердца я услышала до боли знакомый голос.

– …поэтому я здесь и рад лично поздравить вас с наступающим Новым годом!

– Что? Что он сказал? Почему он здесь? – подталкивая в бок, требовала я ответа от Славика.

– Высоцкая, ты опять зависла? – шептал он. – Говорил про какие-то обстоятельства, которые заставили его сюда приехать. Слушай, давай! – с улыбкой добавил Славик.

– Год выдался непростым, и особенно конец года подбросил нам немало испытаний. Но ваш высокий профессионализм …

Я наслаждалась его голосом, его речью, его манерой выступать перед публикой. Я любовалась его глазами, его статностью, идеально подобранным галстуком к идеальному костюму. В нем чувствовалась твердость и решительность. Я увидела, что он еще и прекрасный оратор. Он был очень органичным и естественным во время выступления. Мне показалось, что сложившийся у него образ для выступлений надежно слился с ним самим. Воронцов – человек обычный и Воронцов – человек публичный – один человек.