Сон о сне
Шрифт:
– В самом деле, Амели. Мы давно не собирались все вместе, – неожиданно поддержал её идею папа. Я только вздохнула.
– Ну, если вы хотите… – промямлила я, «сдавшись» и поднимаясь на второй этаж. – Ладно. Пойду, распакую вещи.
***
Приоткрыв дверь, я осторожно заглянула в собственную комнату, будто боясь нарушить её покой. С моего последнего визита ничего не изменилось, не считая некоторого беспорядка на столе. Судя по исписанному акварелью альбому, это дело рук моего младшего братишки Алекса. Взяв альбом, я пролистала несколько листов,
Вытащив все вещи, хотела было убрать его, как вдруг заметила на дне старую потрепанную тетрадь. Я так и не выполнила своего обещания выкинуть память прошлых лет. Теперь нет необходимости писать, так зачем мучить себя воспоминаниями? Раз за разом окунаться в те дни, когда была счастлива, до того дня? И всё же… Почему так сложно просто порвать на куски старые исписанные листы? Жаль, что с настоящими воспоминаниями так не поступишь.
Внизу раздался звонок в дверь. Кинув дневник на дно, я запихала чемодан под кровать и вышла из комнаты.
– Ты вовремя, Алекс. У нас для тебя сюрприз!
– Я надеюсь, это не тётушка Мари? Нет, правда, я не выдержу, если она снова начнет болтать про своих соседок!
– Это неприлично, что, если бы она уже была тут? Но не волнуйся, ты ещё повидаешься с ней сегодня вечером.
– Ну, мааам!
Свесившись с перил, я с улыбкой наблюдала за младшим братом. Он был точной копией матери – те же светлые волосы и голубые глаза. И он был очень похож на Кэрол… Может, поэтому мама больше привязана к нему, нежели ко мне, унаследовавшей от неё разве что холодный сарказм.
– Я рада, что ты тоже не выносишь сплетен, братик.
Алекс резко поднял голову.
– Амели!
Сорвавшись с места, мальчик в считанные секунды преодолел расстояние между нами и повис у меня на шее.
– Почему ты так долго не приезжала?!
– Прости, – прижимая его к себе, я вдруг почувствовала подступающий к горлу комок. Даже недавнее событие, в корне поменявшее мою жизнь, не имело значения, по сравнению с порывистыми объятиями младшего брата.
– Ты ведь задержишься? Мама говорит, что ты не можешь остаться, потому что слишком любишь Лондон, но… но ведь ты останешься на Новый Год, правда? – Алекс ещё сильнее прижался ко мне, будто боясь, что я куда-то исчезну. Глаза неприятно щипало, и я подняла голову выше, не давая слезам пролиться.
– Конечно, останусь. Ал, пожалуйста, ты меня задушишь…
– Алекс, оставь сестру в покое. Она только что приехала, дай ей отдохнуть.
Мальчик нехотя отстранился. Вдруг его глаза широко распахнулись, будто он вспомнил о чём-то очень важном, и в следующую секунду брат метнулся в мою комнату. Зайдя следом, я увидела, как он прячет альбом за спиной.
– Ты… ты уже видела,
– Ты красиво рисуешь, мне нравится. Особенно… последний.
На щеках брата заиграл румянец. Вытащив альбом из-за спины, он пролистал несколько страниц, пока не остановился на нужной.
– Я нарисовал это несколько дней назад…
Я подошла ближе и заглянула в альбом. Сердце забилось быстрее, когда взгляд задержался на белоснежных волосах мальчика.
– Скажи… Кого ты хотел нарисовать?
Алекс молчал, внимательно вглядываясь в рисунок.
– Я не знаю, – ответил он спустя полминуты. – Я думал о тебе, а потом вдруг нарисовал их. Мне кажется, они как-то связаны. Только не знаю, как. Может… Амели? Ты меня слышишь?
Я так загляделась на картинку, что не услышала, как меня зовут.
– Прости, задумалась. Мм… да, возможно, они, и правда, как-то связаны… Ладно, я пойду в душ, – сделав пару шагов к двери, я вдруг замерла, обернувшись. Младший брат стоял посреди комнаты, сосредоточенно вглядываясь в рисунок. Тонкие пальчики скользили по бумаге, а между бровей залегла морщинка, будто он о чём-то размышлял.
Я перехватила правое запястье другой рукой и поспешно вышла из комнаты.
***
Едва указательная стрелка часов коснулась цифры пять, как в доме раздался звонок. Мне не стоило спускаться, чтобы узнать, какие именно гости удостоили нас чести своим присутствием. Но чтобы не показаться грубой и не испортить семейную атмосферу праздника, все же пришлось выйти. Остановившись на лестнице, я свесилась с перил и наблюдала за гостями. Алекс стоял рядом, прижавшись ко мне и обняв за талию. Среди прибывших, разумеется, была тётушка Мари со своим мужем Альбертом и ещё один мужчина. Приглядевшись, я с удивлением узнала их сына Джереми. Мы давно не виделись. С тех пор прошло девять лет, и он очень изменился. От пухлощёкого голубоглазого парня с вечно взъерошенными тёмными волосами не осталось и следа. Он заметно возмужал, его волосы больше не торчали в разные стороны, а были гладко зачесаны назад.
– Мари, Альберт! Мы так рады вас видеть! – улыбаясь, произнесла моя мама, целуя обоих, а потом перевела взгляд на Джереми. – А кто этот молодой человек? Я не узнаю своего милого скромного племянника!
– Рад встрече, тётушка Элис, дядя Чарли, – обворожительно улыбнулся молодой мужчина. – Мы так давно не виделись. Я только вчера вернулся из Франции.
Папа обернулся и посмотрел наверх. Заметив нас, он улыбнулся, но ни слова не сказал о «сюрпризе» в моём лице. Но, к сожалению, за его взглядом проследила тётя.
– Амели! Какая приятная неожиданность! – воскликнула она прежде, чем я успела бы скрыться с глаз. – Когда ты приехала, дорогая?
Я мысленно прокляла её острое зрение, помешавший отсрочить «трогательный» момент нашей встречи. Правила хорошего тона требовали спуститься вниз, а не кричать с лестницы через всю гостиную. Но я бы предпочла второй вариант.
Спустившись, я подошла к отцу, затем всё же переборола неприязнь и легко поцеловала семью Браун. Я заметила удивление и оценивающий взгляд кузена, скользнувший по мне.