Сон наяву

Кристенбери Джуди

— Понимаете ли, мистер Хардисон, — сказала она, приветливо улыбнувшись, — меня не интересует, что вы подумаете о моей комнате. Меня интересуют лишь дела.

— Я думаю, что у вас шансов на победу не больше, чем у команды «Рояле» пробиться в высшую лигу.

Кейт выпрямилась и подняла голову.

— Понятно. По крайней мере спасибо за откровенность. — Она постаралась побыстрее отвернуться, пока слезы не хлынули из глаз.

— Но я все-таки дам вам деньги, — сказал он и взял ее за руку.

Кейт замерла на месте.

Может, она ослышалась? Он же сказал, что у нее нет никаких шансов. Зачем он предлагает ей деньги?

Собравшись с силами, она как можно спокойнее спросила:

— На каких условиях?

Улыбка на его губах должна была насторожить ее. Но она думала о процентах, величине займа и оплате. А он думал совсем о другом.

— Мое условие таково: вы выйдете за меня замуж.

Глава третья

У Кейт сперва перехватило дыхание, затем она сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Придя в себя, она холодно проговорила:

— Мне кажется, я уже сказала, что не продаюсь, мистер Хардисон.

Уилл нахмурился.

— Вы не так меня поняли, мисс О'Коннор. Я не имел в виду настоящую свадьбу. И у меня нет никаких планов относительно вашего тела. Женитьба будет лишь договоренностью для нас обоих — и будет продолжаться ровно год. Мы заключим соглашение, где все оговорим с учетом компенсаций в вашу пользу в случае, если я нарушу какой-либо из пунктов.

Уилл наблюдал за тем, как Кейт пыталась понять его слова. В любом случае его предложение выглядело необычно, но заманчиво. Он сказал, что его не интересует ее тело, его не интересует все, что касается чувств.

Но Кейт слишком обворожительна, и ему будет очень сложно устоять перед ней. Но он сможет. Уилл терпеливо ждал ответа.

— Я не понимаю, — наконец проговорила Кейт.

— Вы видели сегодня мою мать?

— Да. И мне вовсе не понравилось то, что вы сделали.

— А что я сделал? Я просто представил вас. Единственное, что я сделал неправильно, — это то, что сообщил о нашей помолвке до того, как поговорил с вами. Но я сделал это, чтобы защитить вас. Моя мать бывает очень груба с людьми, которых она считает… неподходящими.

— Защитить меня? — переспросила она.

Чувствуя себя нашкодившим школьником, который оправдывается перед учителем, он старался говорить прямо и спокойно.

— Да.

— А какова все же причина столь необычного предложения? Еще одна попытка защитить меня?

— Не совсем так.

— Тогда объясните.

Он предполагал, что она попросит все объяснить. Осторожно подбирая слова, он сказал:

— Моя мама очень амбициозная женщина. Она вот уже несколько лет пытается меня женить.

— А вы еще не слишком взрослый для того, чтобы сказать «нет»?

Ее слова задели его.

— Я могу сказать «нет». И говорил. Но это не останавливает ее. Она постоянно вмешивается в мою жизнь.

Кейт

нахмурилась, но ничего не сказала.

— Я хочу спокойно жить, — продолжал Уилл. — Я начинаю очень важный проект, на который потребуется много сил и времени, и хочу, чтобы она оставила меня в покое.

— И вы не можете найти кого-нибудь, кто согласился бы выйти за вас замуж, не заключая таких сложных финансовых соглашений? — спросила Кейт. — У вас проблемы?

— У меня все в порядке, — ответил Уилл. Его щеки пылали. — Просто я не хочу этого, меня вовсе не интересует женитьба.

Вдруг ее глаза округлились. Придвинувшись ближе к нему, она прошептала:

— Вы гей?

Он разозлился.

— Нет, я не гей! И вообще, ваши колебания мне непонятны. Мое предложение и в ваших интересах тоже.

— И все же зачем мужчине связывать свою жизнь с женщиной, если он не хочет жениться?

— Чтобы оградить себя от действий матери.

— И чтобы расстроить ее?

Нет, она вовсе не глупа.

— Вы не та женщина, которую одобрит моя мама. Если я женюсь на женщине из высшего общества, миссис Хардисон начнет еще больше втягивать меня в светскую жизнь. А я этого не хочу.

— И вы решили выбрать сорняк и поместить его среди лилий, зная, что все будут его презирать?

Уиллу не нравился ход ее мыслей, но опровергнуть подобные рассуждения он не мог.

— Какая вам разница? — (Кейт от удивления приподняла одну бровь, но ничего не сказала.) — Вас разве интересует, будете ли вы им нравиться или нет? Вы ведь получите деньги, чтобы воплотить свою мечту в жизнь.

— Мы еще не обсудили условия возвращения денег.

Он улыбнулся. Если она об этом спросила, значит, уже настроила себя на согласие.

— В этом-то и вся прелесть соглашения для вас, Кейт. Вы ничего не будете мне должны.

Кейт нервно улыбнулась.

— Вы хотите сказать, что деньги — это подарок?

— Нет. Вы предоставляете мне определенную услугу, а я ее оплачиваю. В конце концов, это год вашей жизни.

— Но я смогу в это время работать в кафе?

— Конечно. Я даже хочу, чтобы вы были слишком заняты для светской жизни, — объяснил Уилл, в душе празднуя победу.

— Значит, все, что я должна сделать, — это пройти через церемонию бракосочетания?

— И делать вид, что у нас нормальный брак.

Кейт почувствовала, что ее восторг постепенно исчезает.

— И что это значит?

— Не очень-то много. Несколько совместных появлений в свете, несколько приемов в моем доме. Что-то в этом роде.

— Это не касается вашей спальни? — настороженно спросила Кейт.

— Нет, это не касается моей спальни, — заверил ее Уилл.

Кейт долго смотрела на Хардисона. В его взгляде был какой-то огонек, который заставлял Кейт колебаться. А те взгляды, которые он бросал на нее сегодня вечером? Может ли она ему доверять?