Солнечный ветер

Бирюшев Руслан Рустамович

Так, размышляя на отвлечённые темы, Омар добрался до своей цели - длинного четырёхэтажного здания центрального штаба Службы Безопасности. Здесь вышел небольшой конфуз - охрана отказалась впускать его через главный вход, приняв за осведомителя. Пришлось продемонстрировать значок офицера СБП. Извинились, пропустили. Наградив охранников тяжёлых взглядом, следователь вошёл в холл штаба и сразу же направился к посту внутренней охраны. Там, к счастью, дежурил знакомый жандарм.

– Михаэль, ну хоть ты-то меня ещё помнишь?
– Нарочито печальным голосом поинтересовался Омар, облокачиваясь

о стойку охранника.

– Господин Пер-Шаври!
– Широко улыбнулся усатый страж порядка, и весело уточнил.
– Издеваетесь?

– Ну почему же.
– Пожал плечами следователь.
– Вот твои коллеги снаружи меня вообще гнать хотели. За какого-то мелкого жулика приняли...

– А, молодые...
– Кивнул жандарм.
– Пока вы были на севере, состав изрядно обновился. Опытных из жандармерии и СБП в основном поближе к фронту шлют, вот как вас... А в столице главным образом молодёжь и всякие "лучшие из худших", из провинциальных отделений переведённые...
– "Васильковый мундир" вздохнул.
– Мой вам совет - одевайтесь как положено старшему следователю, вас и не будут ни с кем путать.

– Мне не идёт чёрный цвет.
– Усмехнулся Омар, выпрямляясь и одёргивая за лацканы свою мятую коричневую куртку.
– Пусть лучше за жулика принимают, чем за гробовщика. Слушай, а скажи-ка мне, где найти такого Фредерика цур Горберга, старшего следователя?

– Дело об отравлении, да?
– Понимающе хмыкнул охранник.
– Третий этаж, триста шестнадцатый кабинет. Худо ему нынче...

– Да уж догадываюсь... Он тоже из новеньких?

– Ага. Полгода как перевели в столицу откуда-то с юга. Вроде как хороший специалист, начальником отдела у себя в провинции был. Здесь ему сразу группу дали. Теперь вот влип он с этой историей...

– Ясно. Ладно, свидимся. Пойду, добью страдальца...

Распрощавшись с жандармом, следователь не спеша, чтобы не запыхаться на лестницах, поднялся на третий этаж и отыскал нужный кабинет. Постучал для проформы и, не дожидаясь разрешения, вошёл.

– Что там... Я занят.
– Пробурчал хозяин кабинета, отвлекаясь от разбора загромоздивших его стол бумаг и поднимая взгляд на гостя.
– Вы, простите, кто?

– А я вот, как раз, по вашему делу.
– Улыбнулся как можно дружелюбнее Омар.
– Фредерик цур Горберг, верно?

– Верно.
– Кивнул тот, захлопывая лежащую перед ним папку.
– С кем имею честь?

– Старший следователь Омар Пер-Шаври.
– Старый сыскарь поднял правую руку на уровень лица, держа её ладонью к себе - такой жест был принят на его родине при знакомстве.
– И у меня для вас две новости... Догадываетесь какие?

– Плохая и ещё хуже?
– Предположил Фредерик уныло.
– Да вы сядьте.

– Спасибо.
– Омар опустился на стул для визитёров и поёрзал. Определённо предполагалось, что место напротив следователя будет занимать подозреваемый или свидетель, которому для пущего смущения следует ощущать себя не в своей тарелке. Так что стул удобством, мягко говоря, не отличался.
– Ну почему сразу так пессимистично? Одна новость хорошая - я теперь работаю с вами. По крайней мере, пока не закроем дело об отравлении.

Очень удачно сложилось - я как раз завершил последнее расследование, когда возникла потребность в усилении группы. Ну а две головы ведь всегда лучше одной, если только они не на одних плечах...

– Угу.
– Судя по кислому виду Горберга, "хорошая новость" его не особо порадовала.
– А плохое что?

– Я утром был в канцелярии, и меня просили вам передать... В общем, квалификация расследуемого нами дела как коронного преступления признана ошибочной. Вот, тут письменное подтверждение от Коллегии.
– Омар достал из внутреннего кармана куртки запечатанный конверт и положил его на стол.
– Так что никаких больше особых процедур допроса, дополнительных средств и тому подобного.

– Вот дьявол...
– Протянул Фредерик, слегка удивив Омара. Он определённо был расстроен, но... ни капли не удивлён. Словно давно ждал такого известия.
– И это после побега Аркенау...

– Если честно, то даже странно, что запрос на присвоение преступлению статуса коронного прошёл так легко.
– Продолжал Пер-Шаври, внимательно глядя на коллегу.
– Теперь дело классифицируется как убийство одного лица и покушение на убийство группы лиц, находящихся на государственной службе. Радуйтесь, что с такой формулировкой его вообще не передали городской сыскной полиции. Я не буду вас спрашивать, Фредерик, зачем вы подавали запрос... Но может вы сами скажете?

– Да чего тут такого...
– Пожал плечами хокландец.
– Как обычно - ускорить хотелось. Дело-то ясное, а военные палки в колёса ставить начали.

– Вот насчёт ясности дела...
– Старый следователь наклонился вперёд, уперев трость в пол и обхватив её набалдашник обеими ладонями.
– В канцелярии мне также неофициально намекнули, чтобы мы с вами не упирались так в одну версию. К слову, вы в курсе, что глава семейства фок Аркенау покинул свою фамильную резиденцию и со дня на день будет в столице?

– В курсе.
– Скривился Фредерик.
– Но у меня достаточная доказательная база. Если вы ознакомитесь...

– Давайте.
– Кивнул Пер-Шаври.
– Я бы хотел изучить личные дела фигурантов, а также протоколы допросов и обысков. Пока только их. Они ведь у вас на руках?

– Да, в архив не сдаю.
– Цур Горберг выдвинул один из ящиков стола.
– Полностью в вашем распоряжении.

– Один момент.
– Омар предупредительно воздел палец.
– Меня не было больше года. Не думаю, что мой кабинет меня дождался. Можно мне устроить тихое местечко, чтобы почитать спокойно? Выносить документы из здания неохота, пока все бумаги оформишь...

– А здесь и почитайте.
– Хозяин кабинета переставил на пол несколько бумажных стопок со столешницы, и положил на их место нужные папки.
– Я как раз собирался пообедать где-нибудь... С утра тут сижу. Кабинет на пару часов весь ваш.

– Очень любезно с вашей стороны.
– Омар поднялся, чтобы пересесть в хозяйское кресло.
– А где вы обедаете?

– "У печёного уткоклюва".
– Ответил Горберг, застёгивая сюртук и снимая с вешалки шляпу.

– Хорошее место, знаю. Приятного аппетита.